Магия льда для мастеров - Нинель Мягкова

— Тогда что делать будем? Не оставлять же его так.

Я подошла ближе, остерегаясь сенсорных нитей. Задач стояло две. Отключить ловушку — раз, и повернуть ее действие вспять — два. Если с первым я, возможно, могла бы справиться, то отменить приказ об удержании мог лишь глава рода. То есть нынешний господин Эйсгем.

— Приводи второго брата, ты говорила, он жив, — предложил дух.

— А ты не чувствуешь отклика родной крови? — нахмурилась я.

— Еле-еле. Их слишком мало осталось.

Страж понурился и стал прозрачнее от сожаления.

— Чем меньше представителей семьи, тем слабее связь и привязка к базе. Вот уже три поколения я едва существую. Если линия прервется, вовсе исчезну, — печально констатировал он.

— Неприятно, — посочувствовала я. — Тем важнее поскорее вытащить отсюда господина Эйсгема. Надо бы как-то сюда заманить его близнеца… Только не сработает ли ловушка снова? Если их обоих запечатает, боюсь, станет еще хуже.

— Ее сначала стоит отключить, — согласился дух. — Объясню тебе, что делать.

— Я не принадлежу к вашему роду, — покачала я головой. — Могу попробовать, но результат может быть непредсказуем. И в любом случае мне нужно сначала восстановиться. Ты мне весь резерв угробил, я пуста.

Бросила оценивающий взгляд на артефакты и убедилась еще раз в правильности принятого решения. С наскоку я их не вырублю, сломать так просто не получится, а чтобы изменить тонкие настройки, притворяясь одновременно одной из Эйсгемов, нужно время и много-много сил. Которых у меня сейчас нет. Был бы это оазис, припахала бы гончих.

Мысль использовать фамильяра я отмела сразу же. Сова — запасная батарейка на самый крайний случай. Работать в форме духа я не смогу по той же причине, что и предок Эйсгемов. Магией оперировать могу, а вот потрогать что-то физически — уже нет. А тут явно придется в том числе руками ковыряться. Была надежда на то, что в этом мире законы сохранения и применения энергии не действуют, но увы.

— Нужен накопитель, — заметила вслух. — Возможно, не один. И мне следует отдохнуть хотя бы сутки, чтобы резерв был под завязку. То есть ни сегодня, ни завтра я этим заняться не смогу.

— Что значит, не сможешь? — возмутился дух. — Мой потомок так и будет здесь лежать, погребенный заживо?

— Ну, во-первых, он тут не первый год, — резонно парировала я. — Лежал себе, и еще полежит. А во-вторых, у меня свои планы, и довольно срочные. Браконьеры ждать не будут. Вот с ними разберусь и обязательно займусь ловушкой. А в-третьих, не перекладывай на меня вину за свой косяк. Кто не разобрался в происходящем и посчитал нормального парня за марионетку?

— Это не я, это автоматика, — смутился дух и чуть потемнел.

Покраснел, значит. Я на его показное раскаяние внимания не обратила.

— В общем, решено, — постановила твердо, — через три дня приду, постараюсь отключить ловушку. И подумаю, как привести господина Эйсгема.

Вот не было печали — объясняй еще хозяину дома, как наткнулась на его брата! Может, тайком заманить? Письмо отправить анонимно или еще что? Ладно, потом соображу. Время еще есть.

Поднырнув под натянутые триггеры, я помахала духу рукой.

— Не скучай, скоро буду. Кстати, а что там дальше? — я кивнула в сторону дверей.

— Эта информация доступна лишь представителям рода Эйсгем, — надулся хранитель базы.

— Ну здрасьте. Как помогать, так я, а как поделиться чем полезным — так иди лесом?

Предок потупился.

— Я не имею права разглашать эту информацию, — пробормотал он виновато. — Но и препятствовать помощнице главы рода не стану.

И хитро покосился на меня. Ясно, могу сунуться на свой страх и риск. Но что важнее — покопаться в чужих сокровищах или вытащить второго наследника? После того как секретарь здесь побывает, меня вряд ли снова пустят. Как бы не выкинули из усадьбы вовсе за самоуправство и наглость. Или же наградят за спасение?

Я потопталась у входа, сомневаясь. Лезть в чужой схрон при живом владельце все-таки неэтично. Ладно, помогу братьям, а там разберемся. На худой конец у меня и свой, то есть наместнический тайник имеется.

Из последних сил окутав себя аурой господина Эйсгема, я прошла сквозь портал и рухнула у старого зеркала. Ноги не держали, изнутри поднималась мерзкая дрожь озноба. Таки зачерпнула из жизненных сил напоследок. Хорошо, организм молодой, быстро восстановится. Спать, спать. Поесть бы еще, но в комнате ничего нет.

Проходя мимо кухни, стащила из ящика с овощами морковку. Помыла на ходу и вяло ею захрустела. С тоской вспомнилась копченая рыбка. Надо бы засолить про запас и держать под рукой. Понятно, что с такой жизнью мне постоянно будет требоваться дополнительная еда.

Наведаться, что ли, к брату? Заодно проведаю, как там у него дела. Только когда? Труд на благо секретаря и госпожи Гиссы никто не отменял. Раз уж числюсь у них прислугой, приходится соответствовать.

Недовольный скудной подачкой живот урчал, но я мысленно убедила его потерпеть до утра. Каша на завтрак простовата, зато сытная. А там, может, и огрызок пирога какой перепадет. Кухарка прекрасно понимала, что из-за расхода магии мне нужно питаться обильнее, и постоянно подсовывала лакомые кусочки. То у нее оладушек не удался, то ветчину криво порезала, не подавать же на стол некрасивое.

За что я госпоже Гиссе была весьма признательна. Но этого все равно катастрофически не хватало. Из-за активной прокачки мой резерв походил на бездонную бочку и требовал не просто кушать, а жрать! Потому с утра я первым делом все-таки попросила отгул.

— А куда ты пойдёшь? У тебя в Хельвитте есть знакомые? — с ноткой подозрения в голосе осведомилась кухарка.

Такое чувство, что она правда несет за меня ответственность перед подругой и собирается оберегать от проблем и воспитывать.

— Посмотрю на город, погуляю, — невинно захлопала я ресницами. — Все-таки столица, а я тут видела только особняк господина Эйсгема и допросную.

— Ну, иди, — неожиданно покладисто согласилась госпожа Гисса.

Хотя почему неожиданно? Я ей заменила с десяток ответственных горничных, выдраила особняк с подвала до чердака так, что все сверкало. Уж один отгул точно заслужила!

В приподнятом настроении собралась, оделась потеплее, прихватила сову и направилась к «Королевским кущам».