Кощей - Сергей Анатольевич Куковякин

Это — закон.

Под рубашкой у меня брезентовый пояс с кармашками. В них — золотые монетки. Пять штук.

Я — удачливый. Время от времени из леса интересные вещицы приношу.

Кроме золотых, есть ещё и монетки серебряные. Они — покрупнее, поувесистее. Их у меня полтора десятка.

В правом кармане брюк — медь. Она — на текущие расходы. Здесь так и говорят — деньги из правого кармана. Большинство же людей — правши, вот они свои монетки в правом кармане и носят.

Я не спеша оделся, обулся. Вещевой мешок у меня всегда заранее собран. Там — патроны, провизия, запас воды и много чего ещё нужного.

За драку с помощником шерифа мне светит временное изгнание. Может даже и на половину года. Вряд ли на больше.

Это — очень серьезно. Для большинства жителей поселка — то же самое, что смерть. Для меня — терпимо. Я как-то раз в лесу больше прожил. Правда, на факториях время от времени всем необходимым закупался. В случае изгнания, на них путь мне будет закрыт, но у меня несколько схронов с запасами имеется. Их, все, кто в лес ходит, делают. Ну, у кого голова на месте.

Нож, ружьё…

Что ещё?

Вроде, и всё…

— Выхожу! — крикнул я находящимся за дверью. — Принимайте!

Подвижная пластина засова скользнула по направляющим пазам без скрипа. Правильно — я всегда всё вовремя смазываю.

Руки я предварительно сложил на затылке, а уже только потом толкнул ногой дверь. Не надо шерифа и его пристяжь провоцировать, себе это дороже будет. Сейчас я уже жалел, что вчера вечером вырубил недоумка, но сделанного назад не вернёшь.

— Выхожу! — повторил я в уже распахнувшуюся дверь.

На лице помощника шерифа сияла печать его вчерашнего позора, глаза — метали молнии.

А вот уж тебе хренушки…

Шериф, хоть и достаточно мерзкий человечишка, но прилюдно закон нарушать не будет. Помощникам своим — тоже не позволит.

— Иди, Кощей, прямо. Мы — за тобой… — определил направление моего движения старший у слуг закона.

Другого пути у меня и не было. Коридор от моей комнаты на улицу только прямо шел, без всяких тебе поворотов и извилин.

Ой, как холодно…

Ещё и ветерок…

Руки я с затылка снял, засунул их в карманы куртки.

Помощник шерифа что-то пробурчал, но привязываться не стал.

Офис шерифа расположен рядом с рынком. Туда мы и шагали. Дорога была хорошо расчищена от снега, да его сейчас и не много.

Кто так успел поработать?

А… Девицы из бара…

И не надо на меня зло коситься!

Что, вчерашнее угощение не понравилось?

Нет?

Скорее всего их сегодня на пустом месте припахали. Тот же помощник шерифа за своё вчерашнее позорище на них отыгрывается.

Как он своими грабками махать начал!

А, что ими махать? Надо сразу в нужное место бить… Он же раза в два тяжелее меня худенького…

С этими мыслями мы вошли на рынок.

Рынок… С него всё у меня и началось. Не с этого самого, а того, что был дома. Как-то вертелся я на нем, а один из знакомых по кладбищу воров и сунул мне что-то завернутое в тряпочку. Отнеси мол, туда-то… Ещё и денежку мелкую дал. С этим узелком меня и повязали. Там украденное было.

Вот и поехал я в исправительное учреждение для малолеток. Мама плакала, за меня просила, но…

Исправительное…

Три раза ха-ха.

В учреждении я так исправился, что лучше не бывает. Через год, когда домой вернулся, люди от меня шарахались.

В школу мне больше дороги не было, таким как я, туда дверь закрыта.

— У всех дети как дети, а ты… Видел бы это твой отец… — завела старую песню мама.

Тогда я на неё обижался, дурак был.

Работать я не пошел. Пусть трактор работает, он — железный…

Кладбищенская компания приняла меня с распростертыми объятиями.

Что-то я сегодня всё старое вспоминаю…

Сон виноват?

Скорее всего, так и есть.

— Кощей, стой! — скомандовал шериф.

Я и так уже стою. Не самому же мне дверь в его офис открывать — много чести будет. Да и не по понятиям… О такую дверь только руки марать.

Глава 5

Глава 5 В офисе шерифа

— Заходи, — прозвучала следующая команда.

Конечно, зайду. Не на улице же мне стоять мерзнуть.

Часть помещения офиса шерифа была отгорожена от его всей площади железной решеткой от пола до потолка. Туда меня и определили. Только моё ружьё по другую сторону от металлических прутьев оставили. Пусть де тут у стены постоит. Нет, мы его у тебя не отнимаем, оно — твоё, только пусть временно здесь будет находиться.

Ну, и ладно… Их сейчас сила.

Шериф куда-то ушел, а его помощник остался меня караулить. Тот самый, который от меня вчера получил по морде.

Зачем меня караулить? Я же никуда бежать не собирался. Хотел бы это сделать — ещё вчера лыжи навострил.

— Сидишь? — за каким-то лешим поинтересовался мой караульщик.

— Сижу.

А какого ответа он от меня ожидал? Нет, по потолку бегаю…

— Вот и сиди.

Сказано это было с какой-то издевочкой, как бы обещанием чего-то плохого.

Я посидел-посидел и … заскучал. Ещё и голова у меня побаливала.

— Слушай, дай водички, — обратился я к помощнику шерифа.

Тот даже своё лицо в мою сторону не повернул — как и не слышал будто просьбы.

Ладно… Перетерпим.

Я походил от стены к стене в огороженном пространстве, посидел, полежал. Шерифа всё не было.

Куда его черт унёс?

В поселке правосудие обычно быстро реализуется. Несколько минут и всё. Шериф определяет наказание и оно тут же вступает в силу. Сейчас же он куда-то умотал.

Странно это? Странно. Ещё и как-то нехорошо.

Тут я решил немного поразвлекаться и своего стража позлить.

А, пусть ему служба сахаром не кажется.

— Начальник в своем кабинете

Места себе не найдет.

Ах! Эта песня жигана

Всех за живое берет.

Черная роза — разлука,

Красная роза — конвой,

Желтая роза — измена,

Нас разлучают с тобой…

Затянул я песню нарочито писклявым голосом.

Помощник шерифа встрепенулся, лицо его аж перекосило.

Слушай, слушай, сука… Наслаждайся.

— Мать по сыночку скучает,

Карточку сына возьмет

И материнской слезою

Все