Капитан под залог - Майя Хоук

Рейвен переписал отчёт. Взял вину на себя. Выгородил меня.

На мгновение, когда он протянул мне исправленные документы, мне показалось, что ему не всё равно. Что в его взгляде мелькнуло что-то... тёплое.

Но он тут же отвернулся, словно ничего не произошло.

Я пыталась поблагодарить. Предложить... что угодно. Ужин. Помощь. Хоть что-то.

Он дал понять — холодно, отстранённо, — что это совершенно неуместно.

Вот почему они так пялятся сейчас. Вот почему шепчутся.

Я направляюсь к камерам предварительного заключения, и с каждым шагом сердце бьётся всё быстрее.

Что он скажет, увидев меня?

Как посмотрит, узнав, что я внесла залог?

Он ведь принципиальный. Гордый. Он никогда не просил помощи. Никогда не принимал одолжений.

Особенно от таких, как я.

Я останавливаюсь у двери, сжимая пропуск дрожащими пальцами.

Может быть... может быть, за решёткой он стал менее принципиальным?

Блок предварительного заключения встречает меня стерильной белизной и гулом силовых полей. Дежурный офицер — сержант Кайл, с которым я раньше перекидывалась парой слов у автомата с кофе — смотрит на меня так, словно видит впервые.

— Документы на освобождение под залог, — я протягиваю планшет с дрожащими руками.

Он молча сканирует данные. На экране вспыхивают строки текста — условия, обязательства, последствия. Мои глаза цепляются за одну фразу: «Поручитель несёт полную ответственность за действия освобождаемого. В случае нарушения условий залога обе стороны подлежат аресту».

— Вы понимаете, что подписываете? — голос Кайла жёстче, чем обычно. — Если Блэкторн нарушит хоть одно условие, вы окажетесь в соседней камере. Ваша репутация, ваша свобода — всё под залогом.

— Понимаю, — шепчу я.

Он долго смотрит на меня, потом вздыхает и прикладывает ладонь к сканеру.

— Вам обоим придётся носить синхронизированные браслеты мониторинга. Радиус — пятьсот метров. Если он попытается сбежать или нарушить периметр, браслет заблокируется на обоих. Автоматически.

Кивок. Больше я не могу выдавить из себя ни слова.

Решётка перед блоком содержания вспыхивает — не металлические прутья, а мерцающая сетка плазменных нитей, пульсирующих тускло-синим светом. Кайл вводит код, и энергетическое поле распадается на отдельные искры, которые стекают вниз, словно капли света, растворяясь в полу.

Внутри — длинный коридор с прозрачными стенами камер. Силовые поля вместо дверей. В некоторых ячейках силуэты заключённых. В других — пустота.

Я иду, чувствуя, как каждый шаг отдаётся в висках. Страх сжимает горло. Что он скажет? Как посмотрит? Отвергнет ли с порога?

Последняя камера.

Он там.

Силовое поле гаснет с тихим гулом, и я вижу его.

Рейвен стоит у дальней стены, спиной ко мне. Широкие плечи напряжены под тёмной тканью стандартной рубашки, которые выдают здесь всем заключенным. Руки скованы массивными наручниками — не обычными, а усиленными, с мигающими красными индикаторами подавления. Такие надевают только на тех, у кого в крови течёт что-то... иное.

Валарийская кровь.

Одна из редких космических рас, почти полностью ассимилированных человечеством. Внешне — почти неотличимы. Но физическая сила, скорость реакции, выносливость — всё на порядок выше. Поэтому наручники. Поэтому трещины в бетонной стене, которые я замечаю, переводя взгляд. Глубокие, рваные борозды, словно кто-то бил по камню голыми кулаками.

Он медленно поворачивается.

И меня прошивает.

Я видела его сотни раз. В коридорах участка. На построениях. На фотографиях в новостных лентах. Но сейчас, здесь, в тусклом свете камеры — он другой.

Жёсткие черты лица, словно высеченные из камня. Тёмные волосы растрёпаны. Челюсть напряжена. Глаза цвета грозового неба смотрят мимо меня — в стену, в пол, куда угодно, только не на моё лицо.

Пренебрежение, думаю я, и сердце сжимается.

А потом до меня доходит.

Многие хотели бы забрать его отсюда. Офицер Лейна. Детектив Сара. Половина женщин в участке. Но только у меня было два миллиона кредитов. Только я могла это сделать.

Я краем глаза замечаю взгляд молодой охранницы в конце коридора. Она смотрит на Рейвена так, словно он приз, который достался не ей.

Они все завидуют.

А он даже не смотрит на меня.

Потом его взгляд наконец поднимается — резко, как удар, — и встречается с моим.

Я вспыхиваю, чувствуя, как щёки горят.

Он не подчинится. Он откажется. Сейчас скажет, что ему не нужна моя помощь.

— Вашу руку, командир, — голос Кайла звучит натянуто. Он протягивает браслет мониторинга — тонкий обруч из серебристого металла с пульсирующим индикатором.

Рейвен не двигается.

Продолжает смотреть мне прямо в глаза.

— Мне нужно сначала сказать пару слов офицеру, — его голос низкий, спокойный, но в нём сталь.

Кайл моргает.

— Сэр, вы не...

— Камера для допросов, — обрывает его Рейвен, не отводя от меня взгляда. — Сейчас.

Пауза. В его глазах есть что-то, от чего мне снова хочется вспыхнуть.

Не презрение, интерес. Он как будто впервые меня увидел… по-настоящему.

Блэкторн не имеет права командовать. Официально он арестован, лишён полномочий, обвинён в коррупции.

Но Кайл кивает.

— Да, сэр.

И я понимаю: они всё ещё слушаются его.

Даже здесь. Даже сейчас.

Камера для допросов — серая коробка с голым столом и двумя стульями. Рейвен садится, не глядя на меня. Наручники ложатся на стол. Охранник закрывает дверь, оставляя нас одних.

Тишина давит.

Я стою у стены, сжимая руки за спиной, чувствуя, как дрожат пальцы.

— Ты отдала две тысячи кредитов, — говорит он наконец, снова глядя мне в глаза и от этого взгляда мне опять становится жарко. — Ради человека, который не будет ходить с тобой на балы.

Я вздрагиваю. Упрек попадает в самое сердце: значит, и он тоже думает что нужен мне… чтобы позабавиться.

— Командир Блэк…

— Я не игрушка, — глаза Рейвена блестят так, что мое сердцебиение ускоряется. Даже такой, в казенной робе и наручниках он прекрасен.

— И не разменная монета в ваших играх, — Блэкторн откидывается назад. — Ты очень дорого заплатила чтобы узнать это, Стормвейд.

Вот он, отказ.

Мне становится невыносимо горько и вместе с этим жарко.

Почему он думает обо мне так? Почему видит избалованную девушку, когда я…

Блэкторн неожиданно выставляет перед собой руки и опускает на них голову.

— Ну и попили же мне крови прихвостни твоего отца!

— Что?… — едва слышно вырывается у меня.

Блэкторн смотрит на меня так словно впервые по-настоящему заметил. Его взгляд скользит по моему лицу, губам. Неожиданно уголок его рта приподнимается. Рейвен снова откидывается назад.

— Я их метлой поганой отсюда гонял! — на