Рожденная из пены - Джеймс Ганн

class="p1">По скептической усмешке стало ясно: отговорка не сработала. Болдуин знал, что Диона нет, причем давно. Возможно, он даже знал, куда Дион подевался. Впрочем, нет, это было бы чересчур.

— Но он проработал здесь всего два месяца и уже в отпуске? — Болдуин сделал вид, что удивлен.

— Да, так и есть.

— Вот как… Необычный молодой человек. Изрядно, я бы сказал. Не поведаете ли нам, откуда он взялся? И почему ради него вы уволили отцовского пивовара, который проработал здесь сорок лет?

— Герхардта никто не увольнял, — поспешно возразил Джерри. — Его с почетом проводили на пенсию. А нанять вместо него Диона мне завещал отец.

— Также он завещал вам долги, причем немалые, — сухо произнес Болдуин. — Что ж, раз Диона с нами нет, придется прибегнуть к услугам другого специалиста.

Он встал, выпрямился во весь свой невысокий рост и медленно подошел к двери. Джерри со вздохом опустил взгляд на бокал. Пена уже сошла.

Дверь открылась, и за спиной у Болдуина возник полноватый седой мужчина. Джерри удивленно уставился на круглолицего, красноносого немца.

— Герхардт, вы?!

— Здравствуйте, мистер Джерри, — сказал бывший старший пивовар с легким акцентом.

— Ничего не понимаю. Зачем вы здесь?

— Не могу сидеть без дела, скучно. Жена гонит. «Иди отсюда, — говорит, — под ногами путаешься». Мистер Болдуин предложил мне вернуться к работе. Я согласился. Всегда рад помочь.

Помочь, говорите? Интересно, кому?

Болдуин оглядел стол; все бутылки были пусты.

— Нам понадобятся новые образцы, — сказал он.

— И рецептурный журнал, — добавил Герхардт.

— Хорошо. — Джерри вздохнул. — Сейчас вызову старшего химика, он принесет.

Щелкнув рычагом селектора, он попросил Дорис связаться с Джорджем Феннелом.

Химик принес запотевшую бутылку, которую держал в вытянутой руке, и тетрадь в черной обложке. Его худое, длинное лицо было под стать телосложению.

— Герхардт! — воскликнул он.

— Здравствуй, Джордж. Как идет процесс? — спросил Герхардт.

— Неважно, — грустно ответил Феннел.

Джерри забрал у него бутылку, открыл и осторожно, по стенке наполнил бокал, чтобы пиво не вспенилось.

Герхардт наблюдал за Джерри с некоторым удивлением. Подняв бокал, он посмотрел напиток на просвет.

— Цвет хороший. Красота! А что не так с пеной?

— Сперва попробуйте, — попросил Джерри.

Герхардт пожал плечами и поднес бокал к губам. Сделал глоток, посмаковал. Его маленькие голубые глаза засияли.

— Да! — произнес он с легким придыханием, так что вышло почти «та». — Это же просто идеальное пиво! Дайте взглянуть на рецептуру.

Столетия проб и ошибок, попыток и чаяний — и вот оно: идеальное пиво. Каждый ингредиент добавлен строго в нужном количестве, строго в нужный момент. Идеальный баланс между содержанием спирта, углеводов, белка, минералов и углекислоты. Цвет, аромат, вкус, пузырьки, пена…

Пена. Именно она мешала пиву быть по-настоящему идеальным.

Герхардт вглядывался в рецептурный журнал и не верил своим глазам.

— Не понимаю. Как будто ничего необычного, но вот крепость… Три и шесть процента. А кажется, что гораздо больше.

— Я думал, это пятипроцентное пиво, — с подозрением сказал Болдуин.

— Так и есть. Пятипроцентным называют любое пиво с содержанием спирта от трех целых двух десятых до пяти, — объяснил Джерри.

— Из всего, что здесь написано, — вдруг подал голос Феннел, — я могу ручаться только за данные химического анализа.

— То есть? — Болдуин повернулся к химику.

Феннел сжал кулаки.

— Дион журнала даже не касался. Я говорил, что нужно иметь данные под рукой на случай отклонений, а ему хоть бы что. Пиво, мол, будет идеальным. Я настаивал, но он лишь отмахнулся. «Что хочешь, то и пиши, без разницы».

— Как же вы это допустили?! — воскликнул Болдуин.

— Не все так просто, — возразил Герхардт. — Старший пивовар — главный, он ни перед кем не отчитывается.

Сначала Билл, потом Герхардт и теперь Джордж. Кто еще отвернется от меня? Эх, Дион, дружище, почему ты тоже меня бросил?.. Дион! А полное имя, случайно, не Дионис? Самое то для пивовара! Древний виноградарь, бог-бык, бог-козел, покровитель растительности и виноделия! Бахус всегда все делал для людей, а раз люди перестали пить вино, почему бы ему не заняться пивоварением?.. Эх, Дион, где же ты?

— Выходит, рецепт неповторим, — сухо констатировал Болдуин. — Даже если пену удастся… э-э… устранить, нет никакой гарантии, что в новой партии качество сохранится.

— Дион все сделает, — уверенно сказал Джерри. — У него уже тридцать раз подряд получалось.

— Так где же он? И когда вернется? Распустили вы тут всех, скажу я вам.

Все присутствующие согласно закивали. Джерри угрюмо засопел.

— Зато смог приготовить лучшее пиво в истории, — сказал он.

— Вот только его не продать, а может, даже и не повторить… Ведь так? — Болдуин обратился к Герхардту, который, вертя головой, следил за их перепалкой.

— Трудно сказать, — неуверенно произнес тот. — Пивоварение — искусство, а не наука. В нем нередки неожиданности. Во время затирания, фильтрации, кипячения, брожения…

— Пиво, — вмешался Феннел, — это тонкая смесь различных ингредиентов, которые следует добавлять в определенном количестве в определенное время и при определенной температуре. Ведущую роль играют органические катализаторы, а их поведение до конца не изучено. Самые незначительные отклонения могут сказаться на качестве конечного продукта.

— А нельзя ли как-нибудь попроще? — перебил его Болдуин.

— Ну вот возьмем, к примеру, шотландский виски, — стал терпеливо объяснять Феннел. — Его характерный букет получается благодаря тому, что ячменный солод просушивают дымом от сгорания торфа.

— Давайте лучше о характерных свойствах нашего пива, — сказал Болдуин. — Вот, смотрите!

Он схватил бутылку и выплеснул оставшуюся половину Герхардту в бокал.

Пиво с журчанием потекло из горлышка и бурно вспенилось. Шапка приняла форму обнаженной красотки. Теперь она потягивалась: пальцы сцеплены, руки вытянуты, плечи отведены назад, слепые пенные глаза смотрят на Джерри.

— Фот оно тшто! — От удивления акцент у Герхардта усилился. — Так, знатшит, это и есть пена?

Пузырьки лопались, и девичья фигурка слегка покачивалась, как будто живая.

— Откуда она взялась? — глухо спросил Болдуин.

Герхард пожал плечами и сказал неуверенно:

— Много причин может быть. Тип солода, температура затирания, дрожжи… Ja, дрожжи! Если у меня не получилось пиво, виноваты всегда дрожжи!

— Ваше мнение? — Болдуин резко повернулся к Феннелу.

— Этим штаммом мы пользуемся вот уже который год, — ответил Феннел, глядя на красотку в бокале. Сглотнул. — Я утверждаю, что дело в карбонизации и гуммиарабике. Видимо, произошла какая-то реакция, и…

— Чушь, — твердо возразил Джерри. — Ты сто раз все перепроверял. Содержание углекислого газа ровно две целых сорок две сотых, гуммиарабика столько же. В общем, говорите, что хотите, но на самом деле…

— На самом деле — что? — спросил Болдуин. — Скажете, это совершенно обычное явление, которое объясняется совершенно обычными причинами?

— Да, — вяло произнес Джерри. — Дион все объяснит.

Дверь в кабинет распахнулась.