Лейтенант спасательной службы. Игры профессионалов - Михаил Александрович Михеев

Все трое от местных, коренастых и смуглых, отличались высоким ростом, светлыми глазами и волосами. Даже у выглядевшего на фоне троицы темным шатена Алекса они были куда светлей, чем у местных. Пшеничный же цвет Марека и светло-русый, очень хорошо подходящий к имени, у Светланы, и вовсе бросались в глаза издали.

За непохожесть их, к слову, периодически цепляли местные ревнители основ, пытающиеся выместить собственные комплексы на «понаехавших». Впрочем, с определенного момента безуспешно. И в свой тесный круг ребята никого не допускали, хотя, конечно, на необычную внешность периодически клевали местные красотки. Этим ребята пользовались без зазрения совести. А вот от Светки чужих отшивали решительно – так, на всякий случай.

– А где наша полная блондинка? – поинтересовался между тем Алекс.

– Домой пошла уже. Ее мать просила не задерживаться сегодня.

– А-а… Тогда и на ром нечего рассчитывать. Но давай-ка поторопимся.

– А что?

– Да на Калле Эльвира с утра Мигель со своими пиратами опять дрейфует. А он дурак, так что Светке и достаться может.

– Зря ты ему в прошлый раз шею не свернул. Побежали!

На улице было дерьмово. С утра моросил противный мелкий дождик, и заканчиваться он, похоже, не собирался. Пластибетон, которым в городе мостили улицы, был отвратительно-скользким и пестрел мелкими лужами. Все правильно, и материал берут самый дешевый, и кладут его кое-как. Несмотря на спешку, Алекс лужи старательно обходил – в них копошились земляные мокрицы, эндемичная пакость, мгновенно закукливающаяся и впадающая в анабиоз, когда было сухо, и так же быстро оживающая, стоило пойти дождю. Никакой угрозы эти похожие на мелких белесых червяков создания не представляли, но ведь противно же!

Впрочем, сегодня все выглядело так себе. Мокрые стены домов, сложенных из серого песчаника, уже напитались водой и потемнели. Зеленоватые стебли плюща, к земному не имевшие ни малейшего отношения, но весьма похожие, выглядели уныло и картинку только портили. В общем, классическая получилась картинка окраинной улицы провинциального города депрессивной планеты. И люди были этому месту под стать – в отличие от большинства планет, населенных выходцами из Латинской Америки, где могло твориться что угодно, однако все равно наблюдались движуха и веселье, Гренада–7 и раньше-то выделялась не самым приятным менталитетом аборигенов, а сейчас, когда пришли немцы, и подавно.

Как выяснилось, торопились они не зря. Мигель действительно обнаружился, да еще и посреди улицы. Где Светлану в компании приятельниц и тормознули. Сейчас там шел разговор на повышенных тонах. За подругу Алекс не особо волновался – Мигель сволочь, но не идиот, и знает, что огребет сразу и больно. А вот за остальных девчонок заступиться было особо и некому. Вон как в стену-то вжались. Другой вопрос, что ни Алексу, ни Мареку они, собственно, никто, однако все равно стоило вмешаться. Хотя бы для порядка, чтобы знали, кто тут главный.

Мигель когда-то с ними же и учился, но в прошлом году школу бросил. Его, впрочем, особо и не держали – учился парень отвратительно. В основном потому, что не считал ее чем-то нужным, в чем его вполне поддерживал отец – мелкий «бык» в портовой банде. В отличие от папаши, Мигель был не дурак, но притом и гением его не назвать. Иначе сообразил бы, что немцы их быстро зачистят «в ноль», и будет ему или пуля в лоб, или же путевка на урановые рудники. И неизвестно еще, что лучше.

Что там они со Светкой обсуждали, так и осталось непонятным. Финка говорила традиционно для своего народа тихо и не слишком эмоционально, а Мигель хоть и орал, но достаточно невнятно. А все потому, что сложно говорить с поврежденной челюстью и нехваткой зубов – и ту, и другую особенности организма он приобрел несколько месяцев назад, в уличной драке, и пока что исправить их не удосужился.

Так вот, суть разговора непонятна, однако в расклады парни вмешались решительно, благо их приближения ни сам Мигель, ни трое его приятелей не заметили. Слишком были увлечены осмыслением шепелявых перлов, а потом стало уже поздно.

В отличие от занятых переговорами гопников, Алекс с Мареком времени на формальные приветствия тратить не стали. Алекс с ходу залепил классическую боксерскую «двойку» по роже ближайшему оппоненту. Тот на вид был чуть постарше друзей, а потому и опаснее – в этом возрасте даже год разницы многое значит. Впрочем, несмотря на тупой вид, он имел еще и мозги. Откуда известно? Так ведь если б упал, шарахнулся головой, а потом встал – стало быть, и мозгов нет. А если появилось сотрясение до потери сознания – значит, есть чему сотрясаться.

Пока Алекс укладывал своего противника, Марек обработал второго. Пнул его в промежность и тут же добавил сцепленными руками по хребту. Получилось не столь убийственно, как у товарища, но вполне неплохо. Только в этот момент остальные начали понимать, что происходит что-то незапланированное, но трепыхнуться уже не успели. Марек отвлек противника, Алекс тут же приласкал его по затылку, после чего оба повернулись к опешившему и хлопающему глазами Мигелю.

– Слышь, ты, выкидыш. Тебе сколько раз говорили, чтоб к Светке подходить не смел? – лениво спросил демонстративно ковыряющийся ногтем в зубах Марек. – А когда она идет – чтоб с дороги отскакивал, а?

– Че ты с ним возишься? – тупого и агрессивного изображать у Алекса всегда получалось виртуозно. Даже учителя верили – а потом удивлялись очень даже неплохим оценкам в тестах. – Выдавить ему глаз – и делу конец. Слышь, козел, тебе какого больше не жалко – левого или правого?

– Погоди, – Марек свою роль тоже отыгрывал неплохо. – Тут же улица, свидетелей много. Пошли, Мигель…

– Куда?

Надо же, какой голос-то стал – неуверенный, зато разборчивый. Марек усмехнулся в ответ:

– А вон туда, в арку. Там никто не увидит…

Вместо того, чтобы повернуться и бежать со всех ног – преследовать его все равно бы не стали – Мигель решил поиграть в крутого и выдернул из кармана нож. Довольно паршивого качества складник, зато большой. Правда, воспользоваться им не успел – Алекс, спасибо урокам матери и тренеров из ее фитнес-зала, отлично знал, как надо действовать. Все было вбито на уровне автоматизма. Секунда – и нож полетел в одну сторону, а Мигель в другую. Сегодня он лишился еще двух зубов, но, стоит признать, легко отделался – наносить ему по-настоящему тяжелые увечья никто на самом деле не собирался.

– Еще добавить? – почти ласково спросил