Война - Роман Г. Артемьев

— Но некоторые принципы остаются неизменными. В частности, стратегия выживания рода.

Мужчины обменялись короткими взглядами. Они давно, с первого знакомства, замечали за ученицей склонность к коротким, точным и необычным формулировкам. Словно девушка училась и воспитывалась в очень странной среде и привыкла мыслить её категориями.

— Давно замечено — маги, слишком тесно связанные с придворной жизнью, интригами, политикой, всегда плохо кончали, — не обратив внимания на переглядывания собеседников, продолжила Анна. — Их обвиняли в служении Рогатому, травили, сжигали, приговаривали к вечному покаянию, ссылали на край света. Или они просто переставали развивать дар, превращаясь в обывателей. Мне не хотелось бы подобной судьбы, мне ещё род восстанавливать.

— Потребуется дозволение сюзерена, чтобы передать вашему сыну фамилию Стормсонг, — сказал Штальбюль. — Я конечно, не сомневаюсь в его согласии…

Анна слегка пожала плечами. Да, князь, по соображениям приличия, обязан сделать всё для сохранения древнего благородного рода. Однако всегда найдутся варианты для отказа строптивой дворянке, если та не прислушивается к пожеланиям господина. Девушку данное обстоятельство ничуть не волновало, у неё имелся брат, настоящий наследник, о чем она собиралась молчать до последнего. Поэтому комментировать слова наставника она не стала и перевела тему.

— Я ведь имею право основать собственный род? Не то, чтобы я собиралась, доминусы, просто хотелось бы знать.

— Имеете, — кивнул Болен. — Конечно, придётся соблюсти некоторые формальности, но имеете.

Неожиданно Штальбюль задумчиво хмыкнул и подергал себя за короткую бородку.

— А ведь старый алтарь может вас не принять. Я помню, что сейчас доступ к нему затруднён, леди. Однако в будущем обстоятельства могут измениться, и тогда у вас появится возможность вернуться на родину. Всё в руке Спасителя — учитывая происходящие в Придии события, будущее непредсказуемо. Ваш алтарь, насколько я понимаю, настроен на усиление родового дара Стормсонгов, не так ли? Тогда с вашим личным даром он будет конфликтовать.

— Не обязательно, — вдруг возразил его зам. — Вспомните де Фуэго и Тьяна. У них одновременно существовали по два алтаря, и они использовали оба.

— Недолго, они быстро разделились. И, смею предположить, члены разных ветвей, с разными дарами, использовали разные алтари. То есть из общего у них была только фамилия, и то недолго. Хотя вопрос интересный, да!

Родовой алтарь многое значил для семей одаренных, особенно древних. Он служил вместилищем хранителя, преданного полуразумного слуги и защитника дома. С помощью алтаря проводились сложные ритуалы, он позволял игнорировать мелкие ошибки и смягчал последствия крупных. Чередой длительных процедур в него помещали образ-матрицу полученного от духа дара, благодаря чему в будущем дар медленнее угасал в потомках из-за постоянной стимуляции. Словом, алтарь был важен.

От слов Штальбюля у Анны по спине забегали холодные мурашки, ей пришлось сделать несколько глубоких вздохов, чтобы успокоиться. Она не знала, как именно алтарь Стормсонгов проверяет обратившихся к нему претендентов. По крови, по генетическому коду, как сказали бы в далеком будущем? Вполне возможно, что генетика у неё с недавних пор изменилась, или меняется сейчас. Энергетика изменилась тем более. Тогда, получается, она не сможет войти в Уинби, хранитель примет её за чужака и попытается уничтожить.

Всё-таки до чего же не вовремя она встретилась с тем старшим духом!

Мысленно девушка сделала зарубку в памяти — выяснить как можно больше о родах, чьи представители оказались в схожей с ней ситуации. Таких имелось ровно два, оба из Тарраконии. Одаренный рода Фуэго, спустя четыре поколения после получения дара от духа, получил благословление от другого; в случае с Тьяна поколений прошло больше. Иных сведений леди Стормсонг не имела, она не знала ни о силах даров, ни о сущности, ни как реагировали алтари на обратившихся к ним вестников. Нужно попытаться выяснить как можно больше. Пусть подобные знания скрывают, они считаются тайнами рода, но попробовать всё равно надо.

— Независимо от того, примет меня алтарь или нет, в любом случае я останусь Стормсонг.

— Разумеется, — закивали наставники. Декан продолжил: — Отчасти поэтому господа из высшего света не выразили удивления, узнав о происшедшем. С их точки зрения нет ничего удивительного в том, что посланец Царства проявил благосклонность к представительнице благородной древней фамилии. Теперь они думают, как с наилучшей пользой включить вас в свои планы.

— Использовать.

— Грубый термин, домина, — ехидно усмехнулся Штальбюль. — Хоть и верный. Как бы то ни было, стоит вам приехать в Аутрагел, и самое меньшее на следующий день вы получите пачку приглашений в лучшие дома столицы. Игнорировать их или отказаться от визитов будет крайне неразумно.

— Значит, мне стоит избегать поездок в Аутрагел, — сухо усмехнулась Анна. — До тех пор, пока интерес общества не спадёт.

— Мудрое решение, только неизвестно, исполнимое ли. Если его королевское высочество пожелает видеть свою подданную, выбора не останется. Тем не менее, пока что, — декан сделал акцент на последней паре слов, — призывать вас он не намерен, я знаю точно. Мои конфиденты при дворе убедили князя, что до весны его восхитительной подданной предпочтительнее оставаться в Букеле, дабы освоиться со своей новой природой.

— Приятно слышать. Воробьиный Луг можно навестить? Съездить хотя бы на неделю?

— Полагаю, это возможно. После того, как часть студентов разъедется на Рождественские каникулы, любопытных глаз станет меньше.

— Хочется верить, что вы правы, мэтр, — вздохнула Анна.

Осенью она собиралась вербовать егерей. Ницы её устраивали, леди сочла возможным заключить с ними договор на долгий срок, Бленкерты тоже произвели достойное впечатление и понемногу осваивались в Черном Кольце. Жаль, что всех их было недостаточно. По прикидкам Стормсонг, для полноценного контроля за владением требовалось около трёх десятков охотников, тогда можно было быть уверенным, что ни чудинцы, ни одержимые или бродячие духи к обычным людям не проскользнут. Поэтому она надеялась осенью найти ещё хотя бы пару семей, желающих сменить хозяина.

Дядя Джон писал, люди приходят. Слух о том, что недавно появившаяся в Кольце молодая леди благословлена старшим духом, разлетелся по округе мгновенно, многие захотели его проверить и пошли в Воробьиный Луг. Там, узнав, что леди отъехала в Букель, кое-кто решил — их обманывают. Клятвы и заверения тех же Ницей убеждали не всех. Затем из университета начали приходить письма, или студенты разговаривали с родителями по зеркалам, сообщая удивительную новость. В Букеле училось много