За порогом снежного утра - Лилия Талипова

Мы с Джессикой регулярно созванивались каждую неделю, иногда и чаще. Подруга стала моей настоящей опорой, пусть и жили достаточно далеко. Вживую мы еще никогда не виделись, но в дальнейших планах это имелось.

– Ну нет, спасибо.

– Зря! Я бы попробовала.

– Куда мне до твоего авантюризма? Мисс «лучший стрелок года».

Джессика окончила курсы стрельбы из лука и получила множество наград. Никогда не поверила бы, что столь хрупкая на вид девушка может попасть в цель в двухстах метрах.

Еще и с луком весом больше четырех килограмм.

Подруга закатила глаза.

– Ну, а как на личном? Что, тот парень? Уилл, кажется?

Я застонала, падая лицом в подушку, при этом вытягивая руку с вином.

– Ужасно. Он весь вечер болтал, как ему нравится моя самостоятельность, а потом ляпнул: «может, тебе перебраться в офис? Там намного спокойней. Или вообще не работать?» – И ты убежала? – зная меня от и до, спросила Джесс.

– Конечно.

Уилл звонил несколько раз, но я не брала трубку, написав короткое СМС, что видеться нам больше не нужно. Наверное, уже каждый парень в городе считает меня сумасшедшей.

– А что же твой Джим?

– Что? Джим?

Иногда я рассказывала о днях, проведенных на работе, и Джим изрядно мелькал в этих рассказах. Но чтобы Джессика запомнила?

– Судя по всему, он частый клиент. Вечно заказывает парочку открыток. Ты не задумывалась, что он приходит, только чтобы поговорить с тобой?

– Джим? – еще раз переспросила я, туго соображая. – Нет.

– Он симпатичный?

– Он… ну… не знаю. Кажется, да.

И тут я впервые задумалась о том, что за все время нашего знакомства с Джимом не обращала на него внимания, как на мужчину. А ведь он был красив! Даже, я бы сказала, чертовски красив. Я знала, что ему тридцать два года. Он работает в компании по транспортировке крупных грузов. Джим был широкоплеч и высокого роста. У него красивые каштановые волосы и карие глаза. А еще он всегда заразительно улыбался. Джим из тех мужчин, что привлекал твое внимание, но не дерзкой красотой – нет. Джим будто светился изнутри, излучал тепло каждой клеточкой кожи. А когда он смеялся, неважно грустил ты или злился, всегда хотелось отвечать ему тем же.

– О, кажется, кто-то поплыл!

– Что? Нет!

Я дернулась так резко, что волосы упали на лицо, а содержимое бокала расплескалось. Джессика расхохоталась, а я почувствовала себя полной идиоткой. Ну надо же!

– Слушай, так пригласи его на свидание.

– Я?

– Ты сколько там выпила, подруга? Да, ты! Думаю, наш бедный Джим не знает, как к тебе подойти. Судя по тому, что за два года вашего знакомства ты только сейчас поняла, что он красавчик, ты вряд ли замечала хоть что-то.

– У него, кажется, сын есть.

– И? – Джессика выгнула бровь. – Для тебя это минус?

– Ну, нет. На самом деле, Элиас замечательный.

И это была правда.

– А где его мама?

– Она умерла, – тихо сказала я, и Джессика печально кивнула. – Уже давно.

– Тогда тебе ничего не мешает действовать.

– Я не могу, Джесс. – Закусив губу, я отвернулась от экрана телефона.

– Почему? Это же отличный вариант! Или… – Джессика сощурилась, пытаясь разглядеть мое лицо. – Да ты боишься!

– Нет! – быстро выпалила я, чувствуя, как загорелись и без того алые щеки. – Просто это не вовремя.

– А когда придет время? Ты же сама говорила, что хочешь с кем-то встречаться. Это отличный вариант. Только если ты на самом деле никого не хочешь пускать в твою маленькую и уютную клеточку.

Я насупилась. Я не считала свою жизнь клеткой. Скорее, убежищем. Но, может, Джессика и права. Мне страшно пойти на этот шаг. Но и в одиночестве жить не хотелось бы.

– Хорошо. Я попробую.

– Отлично! – Джессика засияла. – Мне пора идти. А ты, – она ткнула на меня пальцем, – предоставишь мне завтра полный отчет. До связи, Эм.

– Пока.

С окончанием звонка моя решительность быстро растаяла. Что, если Джим мне откажет? Или хуже, согласиться, но окажется не таким чудесным, как я успела представить. Или, наоборот, он разочаруется во мне…

Я закусила губу и упала на диван. Потерла глаза ладонью. Взгляд сам зацепился за листик, что я принесла из типографии. Потянувшись вперед, я схватила его.

– Может, это руна удачи или смелости? Что я потеряю?

Пока храбрость не покинула меня, я быстро взяла ручку и прямо на коже руки нацарапала знак. Закончив работу, я пристально сверлила ее взглядом. Ничего не происходило. Я зажмурилась и представила, как становлюсь счастливой.

Ничего.

– Ну вот, что и требовалось доказать.

Усталость накатила на меня снежной лавиной, и я, даже не стирая символ, улеглась в постель и укрылась теплым одеялом.

Снег за окном усилился.

3

Неожиданное чудо

Первое, что я увидела, проснувшись – сильнейший снегопад. Он был без ветра, снежинки ровным покрывалом спускались на землю. На часах нет и шести утра, и на улице все еще темно.

Я поелозила под одеялом, устраиваясь поудобней и не желая покидать теплое местечко, но сон не шел. Решив не терять времени, я все же выбралась из постели и поежилась. Пусть в доме и достаточно тепло, но после уютной лежанки – это казалось пыткой. Я мысленно поблагодарила свою теплую пижаму.

Кофеварка приступила к работе, пока я зажигала в комнате свет. Снег хлопьями облюбовал окно, и мне захотелось остановиться. Я смотрела на пробудившийся город, покрытый белоснежным покровом и освещенный уличными фонарями. На домах ярко сверкали новогодние огоньки, висели омелы и венки. Стояли снеговики, олени и прочие украшения. И от всего этого, несмотря на мороз, веяло согревающим теплом.

Машинка оповестила об окончании, и я нехотя оторвалась от пейзажа, побрела к столику. Замечтавшись, я неаккуратно схватилась за горячий край кружки и руку обожгло. Ладонь разжалась, и я отскочила, ожидая брызг. Но вместе этого…

Стакан разбился. На маленькие ледяные осколки.

Наверное, я простояла так несколько долгих минут, пытаясь найти хоть одну логическую причину. Вот стакан обжигает, а вот он лежит, покрытый инеем.

Я присела и пальцами провела по холодным осколкам.

– Что произошло? – спросила я у себя.

Сердце громко забилось в висках. Будто в трансе, я подняла ладонь, отодвигая длинный рукав пижамы. Символа не было. Ни следов ручки. Ничего.

В душе зародилось подозрение, но я отказывалась даже предположить нечто такое. Губы задрожали, и я начала отползать. И чем больше тревога накрывала меня, тем сильнее что-то рвалось на поверхность.

Это просто недоразумение! Такого не бывает!

Мысли метались в голове, я огляделась,