За порогом снежного утра - Лилия Талипова

– Снег?

Стоило слову слететь с губ, как пространство вокруг меня накрыло пургой. Снежинки завихрились, трепля одежду, заползая под ткань.

– Снег в квартире! – с ужасом пробормотала я. Но тут же с трепетом добавила: – Это я его сделала!

«Ключ к твоему счастью», – сказала тогда Авсель.

Я осторожно поднялась, заправляя белые локоны за уши. Посмотрела на свои пальцы. Внезапно меня охватил такой детский восторг и радость, будто внутри меня надули воздушный шарик! Я щелкнула руками.

И маленькие снежинки превратились в гигантские! Я повела ладонью в сторону, и они последовали за ней.

– Невозможно!

И все же… Я бегала по квартире, ловя снежинки ртом. Хлопала в ладоши, вызывая волны снега. Топнула ногой, и пол в квартире покрылся льдом. Веселье пьянило, возвращало в беззаботное детство. Я смеялась, верещала и, кажется, в этот момент ощутила то самое важное чувство – счастье.

И в одну секунду веселье сменилось тоской. Неужели это все? Конечно, это было просто волшебно! Но разве может это заменить прочное и долгое счастье?

Снег прекратился.

Вся квартира наполовину покрыта льдом, наполовину снегом. Его же нужно как-то убрать! Вздохнув, я решительно сделала шаг… и поскользнувшись, упала прямо на спину. Лед начинал таять.

– О нет!

– Посторонись!

Я бежала, огибая толпы прохожих. Время подсказывало, что типография откроется позже на целый час! Немыслимо!

Снег хрустел под ногами, шапка съехала набок, а руки болели от бесконечного таскания талой воды! Ненавижу лед!

У дверей уже стояло несколько человек, терпеливо ожидая меня.

– Простите! Простите! – лепетала я, быстро вставляя ключ в двери. Колокольчики зазвонили, и Мистер Шикли – весьма негодующе мяукнув – прошмыгнул на улицу.

– Прости!

Уставшая и вымотанная, я быстро раздавала заказы и принимала новые. Из-за опоздания график полностью сбился. Я то и дело сдувала непослушную челку, лежавшую то торчком, то крючком. На мне надета толстовка цвета васильков, местами весьма помятая, и старые джинсы – первое, что вывалилось из шкафа.

День был просто ужасный! Но хотя бы никакого льда или снега внутри типографии.

После обеда зашел Джим. И вот тогда, я вышла из рабочего состояния и ощутила ранее незнакомый трепет внутри.

Джессика, это все ты!

Я невольно залюбовалась им. Его походкой, неспешными уверенными движениями. Он осматривал витрину, будто видел впервые. Волосы немного намокли от растаявшего снега, кожа лица порозовела, придавая ему очарование. Джим невероятно красив, и почему я не заметила этого раньше?!

Потому что всегда думала лишь о работе и своем спокойствии.

Джим посмотрел на меня, улыбнулся. И я смутилась. Будто мы не знакомы уже несколько лет, будто не разговаривали каждый день! Ладонь пригладила волосы, но я знала, что это все равно не поможет.

Откуда-то взялся Мистер Шикли, хотя я уверена, что его никто не впускал. Кот прыгнул на прилавок и посмотрел на мужчину так, словно ему выпала честь принимать заказы.

Джим сразу же приласкал кота.

– Здравствуй, Эмилия. Заказ на этикетки готов?

Его голос всегда был таким? Трогающим до глубины души?

«Джессика!» – проворчала я мысленно.

– Д-да, – запнулась я. – Сейчас.

На одних открытках типография и я не прожили бы долго, поэтому я принимала крупные заказы у фирм. Первый год шел тяжело, но, когда я познакомилась с Джимом, он предложил мне первый заказ. А после него потянулись и остальные.

Я замерла, выдвигая большую коробку из-под стола. Джим уже тогда спас меня. Я даже никогда не думала о нем в таком ключе. Я никогда не благодарила его.

Вспомнился разговор с Джессикой. Это отличный шанс сделать все правильно.

Пока Джим рассматривал макет, я собиралась с духом. То заламывала ладони, то вновь поправляла челку, оттягивала кофту.

– Отлично, Эм! Дизайн подходящий. – Он не смотрел на меня, и я совсем отчаялась.

Все решил Мистер Шикли. Коту надоело сидеть, и он прыгнул вперед. Джим отскочил, а стопка этикеток упала, разлетаясь по грязному полу.

– Черт!

Я вылетела из-за прилавка и начала быстро собирать их, пока они все не промокли. Джим бормотал извинения под нос и, опустившись на четвереньки, принялся помогать спасать свой же заказ.

– Мне жаль, Эм! Я возмещу.

– Конечно, Джим, ведь это твой заказ. – Внезапно мне стало смешно, и я не удержалась от улыбки.

Джим не ответил, тогда я, забеспокоившись, что сморозила глупость, подняла взгляд. Он больше ничего не собирал, а смотрел прямо на меня своими шоколадно-медовыми глазами.

Открытки, не самый чистый пол, другие клиенты – больше не волновали меня. Между нами происходило какое-то волшебство. Казалось, мир приглушил все оттенки и звуки, сжался вокруг нас. Я дышала, но воздуха не хватало. Я хотела что-то сказать, но язык не слушался. Я растворялась в его мягких чертах, едва уловимой улыбке, и вновь собиралась, когда его ресницы касались щек.

Собирая последние остатки воли, я протянула ему стопку уцелевших бумажек. Джим, не отрываясь от меня, принял их, но тут он нахмурился.

– Что за?

Я знала, что увижу. Страх смахнул всю магию.

Лед. Все открытки покрыты толстым слоем льда.

Джим с минуту молчал, будто, как и я ранее, искал любое объяснение происходящему. Он поднял на меня взгляд, полный вопросов. И чтобы ни одни из них не успел прозвучать вслух, я опередила его.

– Выпьешь со мной кофе? Сегодня?

4

Сладость на языке

Я стояла у выхода, переминаясь с ноги на ногу. Кажется, это впервые, когда я так нервничала перед свиданием. Мы договорились встретиться после шести, и Джим опаздывал на десять минут. Правда, он сразу предупредил, что может ненадолго задержаться, но это не унимало мою тревогу.

Снег не прекращал идти, но ветра не было, снежинки ворохом падали на землю в красивейшем танце. Фонари подсвечивали их медленный вальс. Этим невозможно не залюбоваться. Безмятежность.

– Эми!

Неожиданно близкий голос заставил меня подскочить на месте.

– Прости, не хотел тебя напугать. – Примирительно поднял руки Джим.

На мое облегчение он тоже выглядел слегка перевозбужденным. Снежинки припорошили ворот куртки, легли на волосы и ресницы. Захотелось смахнуть их ладонью, провести кончиками пальцев.

Эмилия, о чем ты вообще думаешь?!

– Ничего страшного, – сказала я. Переместив взгляд ему за спину, я поняла, что мы тут вдвоем. – А где Элиас?

Прикусив нижнюю губу, Джим лукаво поднял брови.

– Сегодня он гостит у друга. Поэтому, – Джим подставил мне локоть, – не хотела бы ты прогуляться?

– Конечно!

Улочки заполнились людьми, собирались хоры, исполнявшие рождественские песни. Звучали трели колокольчиков. Мы шли по аллее, увешенной светящимися шарами и разноцветными лентами. Вдали угадывалась высокая