Проводник проклятых - Ольга Дубровская

Похоже, весть о скором возвращении сестры Константина не сильно её обрадовала.

— Сольвейг можно понять, — мягко ответил Нагварден, — в дни её молодости Иррата убили её родного брата и любимого человека. Даниэль — это тот, кто нас обратил — рассказывал мне, что она всегда была холодной и замкнутой, почти все эти века жила одна. Ну, разумеется, те века, когда Даниэль уже не держал её при себе. Она так и не смогла полюбить кого-либо. Или смогла, но побоялась вновь потерять. Когда Даниэль обратил меня, я стал её отдушиной, в какой-то степени заменил погибшего брата. Она наконец-то начала проявлять хоть какие-то эмоции, кроме ярости и ненависти к Иррата.

— А что это за имя? Откуда она?

— А что, по ней не видно? — улыбнулся Нагварден. — Настоящая норвежская валькирия-воительница. А имя Сольвейг означает «путь солнца».

— Не очень-то она похожа на солнце, — задумчиво покачала головой Алина.

— Ну, для кого-то солнечные лучи ласковые и приятные, а для кого-то — разящие и обжигающие, — пожал плечами гвардеец. — Пойдём на кухню, нам всем следует поесть.

В просторном кухонном помещении всё было обставлено с таким же минимализмом, как и в гостиной: высокий стол с четырьмя барными стульями, лаконичный гарнитур. Из техники — только внушительный серебристый холодильник и небольшая микроволновка.

Константин открыл один из ящиков, достал оттуда три кружки, поставил их на столешницу и, подумав, вытащил ещё одну. Затем он открыл холодильник, и Алекс с Алиной удивлённо переглянулись.

— Ты что, донорский центр ограбил? — немного брезгливо поинтересовалась Алина.

В холодильнике на всех полках стопками лежали небольшие пластиковые пакеты с бордовой жидкостью.

— Почему сразу ограбил? — чуть обиженным тоном ответил гвардеец. — Вполне себе честно купил. И не в донорском центре, а в банке крови…

Говоря всё это, он извлёк из холодильника три пакета, осторожно раскрыл и ловко перелил содержимое в три кружки.

Отправив их греться в микроволновку, Константин сел на свободный стул.

— Интересно, а что, кровь можно вот так… в микроволновке? — с удивлением спросил Алекс. — Она от этого не испортится разве?

Константин хмыкнул.

— В обычной микроволновке — конечно испортится, — обезоруживающе улыбнулся он и кивнул на прибор. — Это специальная, здесь микроволны малой интенсивности, поэтому их воздействие не приводит к денатурации белков в эритроцитах… проще говоря, клетки не разрушаются, а кровь не сворачивается…

Алекс взглянул на гвардейца с сомнением, но кивнул, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. Сконцентрировавшись на них, он почувствовал приближение кого-то из Нагварден.

— Похоже, твоя сестрёнка возвращается, — задумчиво изрёк он.

Константин утвердительно мотнул головой, подтверждая догадку Иррата. Через минуту хлопнула входная дверь, а ещё через несколько секунд недовольная Сольвейг возникла на пороге кухни. Она осмотрела сидящих за столом вампиров, послав отдельный «ласковый» взгляд брату, и чётким шагом подошла вплотную к Алексу и съёжившейся Алине.

— Медальоны! — отрывисто изрекла она, переводя давящий ледяной взгляд с Алекса на Алину и обратно.

Алекс, стараясь выглядеть как можно непринуждённее, спокойно достал кругляшок металла из-под водолазки и продемонстрировал его валькирии. Алина, не в силах оторвать глаза от воительницы, только с третьего раза смогла подцепить цепочку медальона, чтобы предъявить его.

— Неделю назад? — также коротко спросила валькирия Алекса.

Тот понял, что Сольвейг имеет в виду дату обращения.

— Уже чуть больше…

— А ты, — она перевела взгляд на Алину, — не больше двух дней.

Алина не нашла в себе сил открыть рот и просто кивнула.

— Одиннадцатое поколение, — Сольвейг ещё раз осмотрела медальоны и поджала губы. — С такими даже мой непутёвый брат справится.

— Сольвейг, прошу тебя, не начинай опять, — устало протянул Константин, поднимаясь и направляясь к пропищавшей микроволновке.

Он быстро достал кружки и поставил их на стол.

— Не опять, а снова, — отрезала девушка, наклонив голову набок, отчего вплетённые в косички монетки мелодично звякнули, стукнувшись друг об друга. — Мне нужны документы, которые ты привёз. Даниэль просил отправить ему сканы.

— А он разве не в городе?

Эта новость явно не обрадовала Константина. Нагварден, нахмурившись, посмотрел на сестру. Алекс вспомнил прочитанные им в поезде мысли: похоже, как раз с этим загадочным Даниэлем гвардеец и хотел обсудить его историю.

— Вчера улетел во Францию. Сказал, что несколько дней до него нельзя будет дозвониться, но почту проверяет. Собственно, поэтому я и оказалась здесь.

— Он не просил ничего передать?

— Кроме пожелания быть разумнее, ничего, — ядовито ответила Сольвейг и, не удержавшись, добавила, — но вряд ли ты учтёшь его пожелания.

— Я тоже тебя люблю, — с широкой улыбкой парировал Нагварден. — Документы в кабинете в сумке. Компьютер полностью в твоём распоряжении. Но постарайся поскорее, мне надо написать Даниэлю письмо, раз дозвониться до него нельзя.

— Ясно.

Сольвейг развернулась на месте, сделала несколько шагов, затем остановилась, вернулась на кухню, подхватила со стола кружку Константина, пропустив мимо ушей его возмущённое восклицание и, не сказав ни слова, ушла в кабинет.

— Вот всегда она так делает, — проворчал Нагварден, снова открывая холодильник. — А вы пейте, пока не остыло. Буря миновала.

Глава 2. Инверсия

Алина с тоской посмотрела на кружку с тёплой кровью. Человеческие привычки требовали кофе или, на худой конец, чая. Но об этом можно было забыть навсегда.

— Вот же гадство, — пробормотала она, сделав первый глоток, — убила бы за чашку кофе.

— Привыкнешь, — философски пожал плечами Константин, — а со временем сможешь различать в крови вкусы продуктов и напитков.

— Ого, даже так, — поразилась Алина и задумалась: — Вообще, я же только вчера вечером выпила целую фляжку, может, поэтому не особо голодная?

— Да, но нам предстоит сегодня снова отправляться в путь, — Нагварден настойчиво пододвинул кружку к девушке, — а в Великом Новгороде, насколько я знаю, вампиров нет, соответственно, никаких связей с банками крови. Сложно сказать, когда мы сможем снова поесть…

— Ну а куснуть кого-нибудь, в чём проблема-то? — спросила Алина.

Константин, к тому моменту тоже приступивший к трапезе, поперхнулся и закашлялся, с явным трудом удерживая губы сомкнутыми, чтобы не забрызгать кровью всю кухню. Ермолов вздрогнул, надеясь, что за такое предложение гвардейцы не четвертуют Алину на месте. Сам же он испытал сейчас укол стыда, памятуя об опыте в парке с первой кровью. В голове всплыли уверения Илека относительно того, что надо «это» обязательно научиться делать и что постоянно питаться из пакетов — всё равно, что есть просроченные консервы.

— Я что, неудачно пошутила? — растерянно спросила Алина тем временем, непонимающе глядя на Константина.

— Да как тебе сказать, — не зная, как реагировать, ответил Ермолов, пока Нагварден пытался прокашляться, — если проводить аналогии, ты только что