Вдвойне или ничего - Эндо Биндер

сразу в обоих местах. Это всё равно что электрическая лампа, работающая на частоте шестьдесят тактов в секунду: человеческому глазу кажется, будто она светит непрерывно, хотя на самом деле всё время мигает – то включается, то выключается.

Он сделал паузу, чтобы подчеркнуть сказанное.

– И обратите внимание: вы действительно существуете в обоих местах, поскольку ваше тело перемещается туда и обратно. Помните, что это ничем не отличается от медленного бега взад-вперёд – тогда всё происходящее хорошо видно. Но с поясом движение настолько ускоряется, что само перемещение тела становится неразличимым. Однако тело – а вместе с ним разум и личность – действительно находится в обоих местах поочерёдно, меня положение в пространстве каждые одну шестидесятую долю секунды.

Тут даже я начал понимать, что он имеет в виду.

– Вот! – воскликнула Майда. – Ни одному учёному прежде не удавалось добиться ничего подобного. Это потрясающее изобретение…

– А нужно оно для чего?

Когда демонстрация закончилась, Мэллоу снова стал самим собой: нахмурился и недоверчиво посмотрел на неё.

– Ну, например, бизнесмены могли бы использовать его, чтобы одновременно присутствовать на двух встречах.

– Чушь собачья! – фыркнул Мэллоу. – Тут же возникнет куча юридических заморочек. Спасибо за фокус, но это годится разве что для циркового номера. Мне это не пригодится, да и никому другому тоже.

– Это ты так думаешь, придурок!

Эти слова произнес новый голос, раздавшийся из дверного проёма. Доктор Петри, Майда и Мэллоу разом обернулись, чтобы посмотреть, кто это, а потом словно окаменели. Я приподнялся еще на дюйм, чтобы тоже посмотреть, и мой позвоночник превратился в одну большую, холодную сосульку.

В дверях стоял человек в скафандре, с пистолетом в руке. Забрало его шлема было поднято. Это был сурового вида тип с кривыми губами и шрамом на виске. Это был «Шрам» Долан! Я сразу его узнал – один из самых хитрых и злобных преступников, только что вышедший из тюрьмы «Красное Пятно». Его пистолет был новейшей модели – стрелял бесшумно.

– К-кто вы такой? – выдохнул доктор Петри. – Не направляйте на нас оружие. И убирайтесь из моего дома…

– Заткни сопло, – перебил его Шрам Долан. – Говорить буду я. Вообще-то я пришёл обшарить эту лачугу на предмет ценностей, но теперь меня ничего не интересует, кроме этого пояса. Гони его сюда!

– Э-этот п-пояс? – заикаясь, переспросил Петри. – Но какая от него польза вору?

– Огромная, тупица, – растягивая слова, процедил Шрам. –Слыхал про алиби? С этим поясом я смогу бывать в двух местах одновременно. В одном месте я буду грабить банк, а в другом – мило беседовать с легавым, и всё это в одну и ту же секунду. Верно, профессор?

Петри ошеломленно кивнул. Шрам расхохотался.

– Клянусь кольцами Сатурна, какая удача, что я заглянул сюда сегодня! Схлопотал пять лет за крупную кражу… А теперь могу начать с чистого листа, и у меня всегда будет железное алиби! Я обчищу астероиды до нитки. У меня всегда будет легавый в качестве свидетеля, готовый поклясться, что во время преступления я стоял прямо перед ним. – Шрам повернулся к Мэллоу: – Ну и болван! А ты ещё отказывался от такой штуки. Ну а теперь давай пояс, профессор.

А что всё это время делал я? Ну, понемногу выгонял из крови последние остатки жидкого кислорода и лихорадочно соображал. Нужно было как-то остановить Шрама Долана. Зайду к нему со спины. Я начал красться…

– А вот и не угадал! – прорычал кто-то мне прямо в ухо.

У Шрама оказался подельник! В спину мне что-то упёрлось, и я сразу понял, что это не леденец.

– Не дёргайся, а не то твои мозги долетят до Нептуна.

Только не поймите меня неправильно. Я не побоюсь сойтись в честном бою ни с человеком, ни со зверем. Однажды я даже надрал уши быкочеловеку с Урана за то, что тот плохо отзывался о Земле. Но со стволом шутки плохи.

– В дом, приятель, – велел мне громила.

Через минуту я уже стоял в ряд с остальными, под прицелом двух пистолетов. Шрам ухмыльнулся, глядя на меня.

– Мы с тебя глаз не спускали, таксист, чтобы ты не решил путаться под ногами. Оставили корабль за куполом, а внутрь пробрались через задний шлюз, вскрыв замок отмычками.

Я мысленно дал себе хорошего пинка. Я же видел снаружи какое-то движение! Если бы тогда пошёл и проверил, ничего этого не случилось бы.

– Ну, бывайте, лохи, – бросил Шрам. – Спасибо за пояс. Пошли, Шиз. Пора заняться делом. Большим делом!

И они свалили. Я видел в окно, как они обогнули купол и поспешили к заднему шлюзу, застёгивая на ходу скафандры. Две фигуры скрылись среди скал, направляясь к своему кораблю.

Я повернулся обратно. Теперь, когда опасность миновала, Карл Мэллоу лишь равнодушно пожал плечами.

– Я ухожу, – безразлично сказал он. – Этот случай ничего не меняет в отношении закладной, Петри. Понятно? Мне всё равно придётся забрать твой дом за долги.

– Ну конечно! – процедил я сквозь зубы.

Мейда расплакалась, уткнувшись в плечо отца. На них и так навалилось слишком много всего – да ещё и разом.

– Пояс-удвоитель оказался в руках опасного преступника! – простонал доктор Петри. – Теперь он сможет сделать всё, о чём говорил: грабить и даже убивать на астероидах, и его невозможно будет привлечь к ответу по закону. О, что же я наделал? Неужели мы никак не можем его остановить?

Я подумал, что это было очень достойно со стороны старика. При всех собственных бедах он думал о других – о том, сколько неприятностей принесёт им пояс-удвоитель.

– Я ухожу, – снова нетерпеливо сказал Мэллоу.

– Да? – огрызнулся я. – Ну так и вали! Пешком по космосу. А я отправляюсь за Шрамом Доланом!

– Нет, – сказала Майда, улыбнувшись и пытаясь сдержать рыдания. – Очень мило, что вы готовы сделать это ради нас, но вы будете рисковать жизнью. К тому же вы не можете бросить свою работу в такси.

А ведь и правда не мог. Мне нужно было платить по счетам. Конечно, было бы по-геройски всё бросить и отправиться по следу Шрама Долана, но не слишком практично. Я это понимал. И всё же мне понравилось, как девушка улыбнулась в ответ на мои слова, так что я продолжил. Какого чёрта,