Убийство Алисы - Ясуми Кобаяси

Шляпник в это время с огромной лупой в руках пристально изучал обломки Шалтая-Болтая, а Мартовский Заяц скакал вокруг него как сумасшедший. Нет, он и в самом деле был сумасшедшим.

– Что вы делаете? – спросила у них Алиса.

– Как видишь, расследуем преступление, – ответил Шляпник, не поднимая взгляда.

– Преступление? Шалтай-Болтай ведь упал со стены. Это несчастный случай.

Наконец Шляпник поднял голову и произнес:

– Нет. Шалтая-Болтая убили. Это определенно убийство.

Глава 2

«Ах, очередной странный сон».

Ари Курисугава медленно вылезла из постели и выключила будильник.

«Сон, как обычно, был реалистичным. И пока я была в нем, все мои пять чувств настолько обострились, что сомнений в том, что это все же был сон, не осталось (точнее, я не помню сами ощущения, но помню, что они были „такими“).

Однако это не значит, что воспоминания стали туманными, просто все вокруг казалось лишенным реальности. Это можно сравнить с просмотренным фильмом или прочитанным романом. Правда, несмотря на всю остроту чувств, я понимаю, что это всего лишь вымысел.

Почему мне продолжает сниться этот мир, населенный столь странными людьми и животными?

Я словно хорошо знаю его, но почему-то не могу вспомнить, где именно я находилась. Да и в самом сне я подобным вопросом не задавалась.

Ну, это лишь сон, поэтому вполне естественно, что он был бессвязным. Но ведь считается, что сны забываются сразу же после пробуждения. В моем случае ощущение реальности произошедших событий исчезает, но память о них сохраняется надолго. Может быть, мой случай уникален?

В последнее время я постоянно вижу этот сон. Неужели он снится мне каждый день? Не может быть.

Пытаюсь вспомнить вчерашний сон.

Вчера мне снился этот мир. Вчера? Нет ничего странного в том, чтобы видеть два дня подряд один и тот же сон, верно?

Кажется, позавчерашний был таким же, как и вчерашний. Что ж, это простое совпадение.

А три дня назад? Почему-то я чувствую, что это снова был тот же сон, но не до конца в этом уверена».

* * *

Ари вдруг стало неспокойно.

«Это ведь нормально? Да, нормально.

Я не очень хорошо разбираюсь в психологии, но слышала, что повторяющиеся сны имеют какое-то значение. Тот мир является отражением чего-то важного, проблемы, которая беспокоит меня в данный момент. Поэтому подсознание пытается поведать мне об этом таким образом.

Итак, когда я начала видеть этот сон? Точно не могу вспомнить. Кажется, достаточно давно, и, поскольку сны особо не связаны с реальностью, то определить точную дату непросто.

Подойдем к вопросу с другой стороны. Были ли еще какие-либо сны, помимо этого, показавшиеся мне важными?»

* * *

«Ничего не приходит в голову. Неужели я не видела других снов, кроме этого? Но это невозможно. Наверное, я просто не могу вспомнить».

Ари прикусила нижнюю губу.

«Меня совершенно не должны волновать сны, но по какой-то причине меня начинает это беспокоить. Надо было мне завести дневник снов. Точно. Дневник снов.

Почему бы не завести его сейчас? Буду записывать дату и делать пометки и наверняка выясню, что меня тревожит».

Ари открыла ящик стола и достала тетрадь, купленную для занятий. На первых страницах уже имелись какие-то записи, но она проигнорировала этот момент и начала писать на чистом листе:

«25 мая.

Мне приснился сон.

Кролик бежал. От Ящерицы Билла я услышала пароль „Снарк оказался Буджумом“. Шалтая-Болтая убили.

Что означает „Снарк оказался Буджумом“? Ох, я ведь знала эту фразу еще до того, как он это сказал. Возможно, все в том мире знают ее? Тогда, выходит, Билл полный болван.

О нет! Я опаздываю! Нужно скорее бежать в университет. Я же подала заявку на использование лабораторного оборудования сегодня!»

Ари покормила своего домашнего хомячка и выбежала из квартиры.

Когда она добралась до лаборатории университета, заметила, что внутри царит странная неразбериха. По коридорам сновали туда-сюда сотрудники, которых редко можно было здесь встретить, а еще вокруг было много незнакомых ей людей и полицейских.

– Что-то случилось? – спросила Ари Рио Танаку, аспирантку на год ее старше.

– Господин Одзи из лаборатории Наканосимы скончался.

– Что?!

Ари не верила своим ушам. Она не была близка с Одзи Тамао, докторантом-исследователем из лаборатории Наканосимы. Так, обменивались парой фраз во время встреч научного кружка. Однако для нее стала большим шоком новость о том, что человек, который еще вчера был жив и здоров, сегодня внезапно умер.

– Я тоже не могла поверить.

– У него случился приступ?

– Учитывая его круглую фигуру, из-за которой он получил прозвище Яйцо, можно было подумать, что от диабета или заболеваний сердца. Но нет, он погиб в результате падения.

– Падения? Разбился на самолете?

– Нет, он упал с крыши.

– Неужели самоубийство…

– Обстоятельства сейчас выясняют, но свидетели говорят, что он сидел на краю крыши и болтал ногами.

– Кто-то его видел?

– Да. Они сразу позвонили в службу спасения, но было уже поздно… Некоторое время здесь было очень шумно из-за машин скорой помощи и полиции.

«Нечто подобное уже случалось. Что же это было?» – Ари вдруг задумалась.

– Наверное, это не самоубийство, – пробормотала Рио.

– Почему?

– Он не из тех, кто может покончить с собой, не думаешь?

– Мы с ним были не особо близки…

– Он довольно беспечный. Его не волнует, что происходит вокруг, да и зависать на крыше довольно типично для него. Наверняка он не видел в этом ничего опасного.

– То есть это несчастный случай из-за неосторожности?

– Не могу сказать наверняка. В любом случае, похоже, сегодня не самый подходящий день для экспериментов.

– О боже. Это проблема! Я оставляла заявку на использование установки вакуумного напыления[3]. Если не воспользуюсь ей сегодня, то в следующий раз такая возможность выпадет только через три недели.

– Да, ситуация неприятная. Но ничего не поделаешь. Нам сказали, что все эксперименты на сегодня отменены.

– Даже ночные?

– Чтобы проводить эксперименты ночью, нужно разрешение. Если подашь заявку сейчас, вряд ли ее успеют одобрить.

– Что же делать? – грустно спросила Ари. – Боюсь, я не успею подготовить презентацию к конференции.

– Если тебе очень нужно, то попробуй договориться с кем-нибудь, кто бронировал оборудование на этой неделе. Вдруг кто-нибудь согласится.

– Попробую.

Ари изучила список заявок и, отметив подходящих кандидатов, отправилась осматривать лаборатории. Почти в каждом кабинете студенты и научные сотрудники занимались не опытами, а обсуждением смерти Одзи. Некоторые проводили простые опыты вручную, однако Ари