Сметанка для порочных котов - Бетти Алая

— Почему? — Шахов повторяет вопрос сестры.

Я вижу нашу альфу. Алина нежно гладит большой живот и пристально смотрит на меня. В глазах подруги нет осуждения. И даже вопроса нет. Или она просто не хочет лишний раз нервничать?

— Потому что… — слова застревают в горле, но я должна сказать, — мой внутренний зверь погиб. Её убил дракон.

Молчание. Вопреки всем страхам, я не вижу осуждения в глазах моих друзей.

— Мразь чешуйчатая! — рычит Мия. — И что вы сидите?! У вашего собрата убили зверя… почему вы…

— Тихо! — рычит Саид, жестко усаживает лису обратно. — Не говори о том, чего не понимаешь!

Мия замолкает. Булькает что-то и опускает голову. Краснеет.

— Кира, — Шахов явно поражен моими словами, — ты потеряла зверя?

— Да.

— Как ты, дорогая? Почему молчала? — Агнесса встаёт, семенит ко мне и обнимает.

— Я не знала. Пыталась разобраться, но в итоге только больше запутывалась. Вчерашние слова Мары открыли мне глаза. Эта дверь для меня закрылась.

— И ты решила пойти своим путем? — спрашивает Наиль.

— Да. Я уже давно не часть стаи. Не слышу вас, не чувствую связи и… я… — сглатываю, — мне жаль, что не оправдала ожиданий.

— Кира, ты всегда будешь частью нашей семьи, — тихо говорит Алина, — даже если твоя волчица больше не с нами, ты сама вольна выбирать свою судьбу.

— Я хочу быть… — касаюсь рук моих котиков, всё это время находившихся рядом и своим присутствием придающих мне сил, — со своими истинными.

— Понятно, — Шахов с грустью смотрит на меня, — ты позволишь нам помочь?

Сжимаю руки в кулаки. Я ведь понимаю, что нам троим даже при помощи Миэля не одолеть Кадира. А если еще у Бори с древним барсом какие-то разногласия…

Киваю.

— Я хочу кое-что прояснить, — говорит Наиль, — даже если ты, Кира, покидаешь нашу стаю, я бы хотел остаться друзьями. И твоё место в лаборатории всегда будет за тобой.

— Правда? — улыбаюсь.

— Да, — кивает Гриша, — мы бы хотели, чтобы ты продолжила работу на своих условиях.

— Другой разговор, — фыркает Тимур, — если мы всё решили, предлагаю пропустить фазу горьких слез и перейти к делу.

— Согласен, — хмыкает Денис, — что мы имеем.

— Кадир очень силен, — хмыкает Наиль, — увидев его силу воочию, я понял, что без остальных древних нам не справиться.

— Мы связались с Улиссом ночью, — говорит медведь, — ему явно не очень хочется связываться с драконом. Он отлично устроился. Хаянэ мертва, и её сила где-то гуляет.

Мия фыркает, но Саид сжимает ее ладонь. Лисичка краснеет до кончиков ушей. Али смотрит на меня.

— Истинные должны защищать свою пару от любой угрозы, — басит он, — это испытание для них.

И показывает на моих котов.

— Кадир уничтожит Улисса одним взглядом. Единственный, кто может ему противостоять — это древний волк и Миэль. Первый расщеплен на три части. Вы знаете, как можно собрать их воедино?

— Две из них беременны, — сдавленно шепчу.

— Даже так… тогда тем более, — вздыхает дракон.

— А вы? Это же ваш папаша выполз из своей норы, — рычит Мия, вскакивает и подходит ко мне, — я буду защищать её. Кира назвала меня другом! И я буду сражаться за свою подругу!

— Мия, — всхлипываю.

— Мы тоже, — встаёт Шахов, — стаи пойдут за Киру даже на смерть. Дело не в том, кто ты сама по себе. А в том, кто ты для нас. А ты — друг, соратник и родная душа.

— Значит, решено? — Алинка хлопает в ладоши. — Победим дракона объединенными силами защитников Киры?

Глава 36

Кира

Три часа спустя…

— А вот это что? — спрашивает меня Али, заглядывая за плечо, пока я их генетический материал изучаю.

— Микроскоп, — фыркает проходящая мимо Мия.

— Язык откушу! — рычит дракон.

— Догони сначала, — она явно провоцирует его.

— Прости ее, — зачем-то вступаюсь за лисичку, — она мать потеряла.

— Потому мы до сих пор с ней нянчимся, — Саид подходит с другой стороны, — так давно бы уже покрыли и язык с мылом помыли.

— Я ВСЕ СЛЫШУ! — гремит Мия на весь подвал. — Себе язык мой, лгун чешуйчатый!

— Нет, я хочу твой, — скалится голубоглазый дракон.

После нашего небольшого, но очень продуктивного и богатого на эмоции диалога со стаей, Маша любезно позволила мне занять их подвал для исследований.

— У них здесь всё не очень с сигнализацией. Если отец узнает, то спалит этот дом дотла, — вздыхает Саид.

— Мы ему не позволим, — басит Тим с диванчика.

Мои котики тихо переговариваются, с сомнением поглядывают на братьев-драконов и пьют пиво. Дэн пошел укладывать Марьяшу на дневной сон.

— Тебе удобно? — спрашивает Маша. — Здесь, конечно, не стерильно…

— Сойдет. У меня вон, живые носители биоматериала, — показываю на весьма довольных жизнью драконов.

— Вы чего лыбитесь? — беснуется Мия. — Навязались со мной…

— Куда же ты без нас, сладкая? — облизывается Саид. — А счастливые, потому что наконец-то увидели, что не только кровь имеет значение.

— Правда? — отрываюсь от окуляра. — Я рада.

— Да, — Али облокачивается на переоборудованный под мои исследования стол, — отец всю жизнь учил нас, что лишь чистота крови и сила имеют значение. Но смотрю на ваших вожаков… на всех вас и поражаюсь единству, которое вы обрели.

— Оно далось нам непросто, — вздыхает Маша, — мы тоже были разрозненны раньше. Но теперь всё изменилось.

— Мы будем рады, если вы станете нашими товарищами, — Дэн возвращается, замирает в дверном проёме, — неважно, кто ваш отец. Важно, что вы собой представляете.

— С отцом нам даже вдвоем не сладить. Он древний. Мы можем помочь, но хочу сразу отметить, что в нашем приоритете — эта рыжая колючка.

— А в моем — Кира! — фыркает Мия. — Так что я за ней и в огонь, и в воду!

Лисичка крепко меня обнимает.

— Так! Оставьте нашу истинную в покое! — рычит Боря. — Предлагаю дать Кире время поработать и переместиться наверх. Нужно обговорить вопросы безопасности.

— Хорошо, — кивают драконы, — пошли, Мия.

— Нет! — лиса всё еще цепляется за меня. — Я хочу остаться с блондиночкой.

— Мияяя, — глаза Саида вспыхивают ярко-красным, прямо как у отца.

Вздрагиваю.

— Не пугай её! — рычит лисичка. — Кира и так натерпелась. Идите все отсюда! А я ее посторожу.

— Пусть она останется, — смеюсь.

— Точно? — спрашивает Тимур.

— Да, — киваю, — одной мне будет грустно, а Мия прелесть.

— Слышали? Я теперь ее охраняю! Пошли вон!

Мия выталкивает мужчин прочь.

— Машунь, останешься? — приглашаю Ткача присоединиться.

— Нет, сыночка пора кормить. Не буду мешать! — она уходит.

— Мия, — говорю, когда мы остаемся наедине.

— Ммм? — она находит какой-то пыльный высокий стул в углу, быстро отряхивает сидушку и плюхается.

— Почему ты так с ними? Тебе ведь самой