Обманщик Империи 2 - Ник Фабер

Услышав мой вопрос, Игнатьев с удивлением посмотрел на меня.

— Евгений Николаевич Сурганов, — произнёс он таким тоном, словно хотел пристыдить меня за то, что я не знаю этого человека. — Он же, для определённого круга людей, — Макаров. Он же — ближайший советник мэра нашего дорогого и чудесного Иркутска. Разве твой отец не говорил тебе о нём?

Советник мэра Иркутска? А мне откуда знать? Может, и говорил. Может, и не говорил. Я же не Измайлов. Но допущенный косяк стоит исправить как можно скорее, а то не нравится мне это удивление на лице Игнатьева.

— Имени он не называл, — уклончиво ответил я.

Поджав губы, Давид вздохнул и покачал головой.

— Не рассказывай об этом своему отцу, Алексей, но я всегда считал его одержимость сегментированием информации чересчур… чрезмерной.

— Он скорее назовёт это осторожностью, ваше сиятельство.

Услышав мой обтекаемый ответ, граф скривил лицо.

— Чрезмерная осторожность тоже может пойти во вред, Алексей. Если бы он не был подвержен этой своей мании, то рассказал бы мне гораздо раньше о том, что мы лишились каналов поставок через порт во Владивостоке. И большого количества нынешних проблем можно было бы избежать.

Так, а что, если попытаться подсластить пилюлю?

— Я бы на его месте так бы и поступил, ваше сиятельство, — произнёс я, и Игнатьев одобрительно улыбнулся.

— В последнее время у меня всё меньше и меньше сомнений насчёт этого, Алексей. Надеюсь, что и сегодня ты меня не подведёшь.

В ответ я лишь кивнул, не став ничего говорить. Вместо этого я задумался над тем, что картина не складывалась. Если этот «Макаров» на самом деле работал на мэра Иркутска, то почему тогда он не использовал свои связи для того, чтобы решить вопрос с уликой? Или их у него нет? Вот ни за что я не поверю в то, что у такого человека нет нужных связей.

Хотя…

Если так подумать, то Игнатьев с Измайловым тоже пошли на определённые меры, дабы заполучить своего человека внутри департамента. Странно всё это…

Стоп. А кто там вообще ведёт то дело?

Я вдруг вспомнил, что абсолютно не обратил внимания на фамилию сотрудника УОР, ответственного за это расследование. Может быть, он просто боялся таким образом показать факт наличия у Сурганова второй, куда более тёмной личности?

— Ваше сиятельство, скажите, а многие ли знают о том, кто такой Макаров на самом деле? — очень тихо спросил я.

— Единицы, — так же тихо ответил он и сразу же добавил: — И, предвосхищая твой вопрос, скажу сразу — нет. Использовать эту информацию в своих целях чревато. Евгений знает обо мне достаточно, чтобы, если и не похоронить мою репутацию, то, как минимум, чрезмерно усложнить мне жизнь. Слишком сильно, чтобы я мог рассчитывать выбраться из подобного положения без потерь.

Выслушав его, я с самым серьёзным видом кивнул и больше ничего говорить не стал. Как и думал — тактика гарантированного взаимного уничтожения. Сдашь меня, а я в ответ сдам тебя, и посмотрим, кому придётся хуже. Буквально жизнь в банке с ядовитыми пауками.

Тем временем Макаров-Сурганов подошёл к нам, а следующий за ним по пятам мужчина лет сорока остановился лишь на миг, чтобы прикрыть дверь. Скорее всего, телохранитель. Уж очень показательно он держался и…

Да он же альфар! Я даже не сразу обратил на это внимание, отвлечённый короткими и чёрными, как вороньё крыло, волосами. Да и не сразу заметил иную форму ушей. При этом они выглядели так, словно кто-то умышленно и крайне топорно укоротил их.

— Ну что? — произнёс Сурганов, обведя взглядом всех присутствующих. — Давайте начнём? А то у меня не так много времени, чтобы тратить его на пустую болтовню. Михаил Борисович скоро пресытится картинами, а мне ещё его развлекать сегодня.

— Уверен, что наш достопочтенный мэр даже не заметит твоего отсутствия, Евгений, — вежливо улыбнулся Игнатьев, после чего указал на стол. — У нас достаточно времени…

— У господина есть времени ровно столько, сколько он отвёл для этой встречи, — холодно проговорил стоящий позади советника альфар.

Судя по его гневному лицу, он с удовольствием продолжил бы тираду, но Сурганов остановил его поднятой ладонью.

— Слова Валира могли прозвучать грубо, Давид, но он прав. У меня на самом деле не так много времени. А потому, если позволишь?

Сказав это, Макаров указал на стол, вокруг которого стояли четыре стула, и Игнатьев кивнул. Спустя несколько секунд я, граф, Макаров и китаец заняли места за столом, в то время как сопровождающие встали за нашими спинами.

Всё происходящее отдавало каким-то безумием. Подспудно я почти ждал, что сидящие вокруг меня люди сейчас выхватят оружие и начнут палить друг в друга в надежде на то, что именно они выйдут отсюда целыми и невредимыми, когда всё закончится. Я почти на физическом уровне ощущал витающую в воздухе ауру жажды убийства.

И, как ни странно, больше всего внешне она проявлялась у Григория и этого альфара, что не сводили глаз друг с друга, как два бойцовых пса, которых выпустили на арену.

Только вот так не бывает. Луи рассказывал мне о паре таких случаев. Как показывает практика, после случившегося никто и никуда не уходит. Мёртвым вообще уже без надобности куда-то идти.

Когда эта мысль пришла мне в голову, на короткий, едва ощутимый миг мне вдруг захотелось, чтобы всё именно так и произошло. Чтобы эти преступные воротилы начали тут безумную резню в отчаянной попытке выйти победителем из игры в гротескную русскую рулетку. И тогда точно всё закончится. Никаких проблем. Никаких тревог и метаний. Всё решится за считанные секунды…

— Могу ли я узнать, что здесь делает он? — первым заговорил Сурганов, посмотрев в сторону китайца.

— Достопочтенный Джао здесь по моей просьбе, — быстро ответил Игнатьев.

Он явно хотел сказать что-то ещё, но вместо этого его опередил сам азиат.

— Я присутствую здесь не только как деловой партнёр графа, — китаец изобразил снисходительную улыбку тонкими губами. — Я ещё и один из Когтей дракона Цинлуна. Помимо этого, я представляю интересы одного хорошо знакомого вам человека из столицы вашей Империи, с которым наша часть Завета сотрудничает уже достаточно долгое время.

Значит, я мыслил в верном направлении. Этот китаец — один из «когтей», приближённых к главам китайской мафии, известной под названием Завет Трёх Драконов. Находилась она под руководством трёх боссов, которых и называли драконами. А вот уже их приближённых и называли этими самыми «когтями».

К слову, украденные нами маски как раз-таки и принадлежали одному из трёх драконов —