1991 - Ал Коруд

Комитета Коммунистической партии Литвы еще гоношился. Но ему казалось странным, что его допрашивают люди в погонах. В это раз Центр действовал стремительно. Не успели догореть остатки президента СССР, как в Литве начали работать неизвестные вооруженные группы. Они зачастую были одеты в странный камуфляж, использовали различное вооружение. И орудовали предельно нагло, не разбирая чинов и званий. Вот и его арестовали прямо дома в трусах, выбив дверь. Но Бразаускас еще до конца не верил, что в стране сорван стоп-кран.

— Вы раскололи компартию, безо всякого разрешения со стороны рядовых коммунистов преобразовали ее в социал-демократическую.

— Мне вменяют в преступление внутрипартийную политику?

— Нет, — военный следователь в чине капитана протер уставшие глаза. Второй день на ногах. — Это в довесок. Пользуясь служебным положением, вы вели курс на вооруженный мятеж. А это довольно серьезное преступление. На первом же заседании Верховного Совета 11 марта 1990 года с вашей подачи был принят «Акт восстановления независимости Литвы». Одновременно на территории республики было объявлено о прекращении действия Конституции СССР и возобновлении действия литовской конституции 1938 года.

Внезапно бывшему партийному лидеру стало страшно. То ли от бессилия, то ли он нарочитого спокойствия следователя. Его не били, не принуждали, невозмутимо задавая вопросы. В том числе и от каких зарубежных источников он получал финансы. Вот оно что! Если они смогут притянуть его связи с заграницей, то участие в мнимом мятеже также докажут. А это… расстрел. Остается лишь два пути: отмазываться от всего или сотрудничать. Неужели мировое общественное мнение им не поможет?

— Гражданин Бразаускас, вы готовы отвечать на вопросы? Мы знаем, что секретарь ЦК КПСС Яковлев поддерживал вас с единственной целью. Ваш Саюдис и раскол республиканской партии был нужен ему для свержения советского строя. У меня есть записи ваших разговоров. Изъяты его документы. Мы сможем доказать вашу причастность к заговору.

Бывший коммунист дернулся от новости. Раз Эти замахнулось на такую величину, то у них есть сила. И противостоять ей он не сможет. Да никто в республике не сможет. Если в сороковые и пятидесятые у советской власти хватило сил, чтобы уничтожить националистическое подполье, то сейчас тем более. Голос Бразаускаса стал надтреснутым. Предать вовремя, значит, не предать.

Буквально перед самой операцией из Пятого управления КГБ СССР в штаб военной разведки пришли интересные сведения. Полковник Кобяков поведал о занятном эпизоде из своей недавней поездки в Литву. В один из дней ему сообщили, что хотели бы встретиться в условиях строгой конспирации руководители ЦК Компартии Литовской ССР, остающейся «на платформе единой КПСС». Тогда вокруг здания КГБ в Вильнюсе, круглосуточно дежурили группы наружного наблюдения, созданные «Саюдисом». Пришлось в условиях тотальной слежки организовать выезд из здания КГБ глубокой ночью. Из ворот КГБ одна за другой выехали несколько одинаковых черных «Волг», которые на большой скорости разъехались в разные стороны. Успешно оторвавшись таким образом от слежки националистов, удалось приехать в частный дом под Вильнюсом, где их ждали руководители литовских коммунистов-интернационалистов. То есть в столице республики СССР встречаться пришлось чуть ли не подпольно.

Те подробно рассказали о двурушнической и предательской позиции Бразаускаса и его единомышленников. А затем вручили полковнику подготовленный ими документ, в котором на нескольких листах содержался анализ обстановки, а также излагались истинные цели и детальный план «национал-коммунистов» на ближайшие месяцы по дальнейшему движению в сторону отрыва Литовской ССР от Советского Союза и фактической ликвидации в ней советской власти и социализма. Была просьба передать этот документ лично Горбачеву. И эту просьбу выполнили: документ был ему передан через заведующего Государственно-правовым отделом ЦК КПСС А. С. Павлова.

Так что можно было с уверенностью заявить: Горбачев своевременно получал достоверную упреждающую информацию буквально из первых рук.

По результатам поездки в Литву Горбачеву была доложена совместная записка отделов ЦК, где детально излагалась информация о кризисной ситуации в республике, а также о текущей сепаратистской деятельности «Саюдиса» и истинной роли секретаря ЦК раскольнической Компартии Литвы Бразаускаса, покровительствующего националистам. Горбачев, прочитав эту записку, потребовал немедленно вызвать в Москву Альгирдаса Бразаускаса якобы для «серьезного разговора». Прибывший в Москву Бразаускас был сильно напуган и, вероятно, не исключал, что беседа с генсеком ЦК КПСС может закончиться смещением с партийного поста и даже арестом.

Но в последний момент Бразаускас был принят секретарем ЦК А. Н. Яковлевым, а затем уже вместе с ним отправился на разговор в кабинет к Горбачеву. Беседа была продолжительной, и о конкретном ее содержании можно только догадываться. В итоге Бразаускас вышел от Горбачева с сияющим от радости лицом. Своим кураторам из Отдела оргпартработы ЦК он заявил, что Михаил Горбачев полностью одобряет работу лично Бразаускаса и возглавляемой им части ЦК КП Литвы, а также благосклонно относится к «перестроечному» движению «Саюдис». С этим он и вернулся в Вильнюс, где лишь активизировал работу по отрыву Литвы от Союза ССР.

В течение 1990-го и в начале 1991 года в Литве органами госбезопасности были выявлены работавшие нелегально сотрудники ЦРУ, британской разведки МИ-6, польских и немецких спецслужб, которые осуществляли руководство «Саюдисом» и другими националистическими организациями, а по сути, управляли процессом антисоветского переворота в Литве. Тогда же в 1990 году в Литву прибыл американский гражданин Эндрю Эйва, который стал консультантом лидера «Саюдиса» Ватаутаса Ландсбергиса. Он занимался изучением возможности подготовки повстанческого движения, планировал открыть курсы «рэйнджеров», обучал боевиков из числа националистов использованию гранат и бутылок с зажигательной смесью против советских бронетранспортеров и танков. В апреле 1990 года за эту деятельность ему был закрыт въезд в СССР, однако в декабре того же года Эйва вновь прибыл в Литву. Вместе с ним в Вильнюс приехала группа агентов ЦРУ, появившихся вскоре в окружении Ландсбергиса. Позднее Ландсбергис заявил, что американский «специалист» Эйва сыграл «положительную роль» в январских событиях.

Обстановка в республике накалялась. Националисты и сепаратисты продолжали захватывать власть. В этой связи 8–9 января 1991 в Литву были переброшены военнослужащие 76-й гвардейской воздушно-десантной дивизии и других частей. 11 января президент СССР Горбачев был вынужден потребовать отмены антиконституционных актов в Литве и восстановления действия союзной Конституции СССР. Решался вопрос о наведении порядка в Литве и введении особого порядка управления республикой. Важно отметить, что в эти дни органами госбезопасности был зафиксирован звонок лидеру националистов Ландсбергису из здания ЦК КПСС, в ходе которого неустановленный московский абонент сообщил ему о детальных планах действий советских силовиков и прибывшей в Вильнюс группы «Альфа», которая должна была вместе с десантниками взять под контроль