Ранчо на краю Вселенной - Каталина Канн

― Ты выглядишь как лесная фея, ― произнесла я, нежно обнимая девочку.

― Кто такая фея, Анна?

― Феи они такие маленькие, ― я показала на свою ладонь. ―Но невероятно красивые и живут в лесу. А ещё у них полупрозрачные крылышки.

― Я люблю лес, ― выдохнула Мия. ― Но крылышек у меня нет, да и перекидываться я ещё не научилась.

― Обязательно научишься, ― ответила ей.

― Мия! Какое преображение! Из сорванца в принцессы, ― прозвучал голос Айо с порога. Он прекрасно выглядел в своей тёмно-зелёной тунике и брюках, которые подчёркивали его мускулистую фигуру.

— Вы готовы? Мы смогли запустить двигатель «Глорта». Хару умеет обращаться с техникой.

― Ладно тебе, Айо, там всего лишь надо было поправить связь между силовыми узлами. Дело-то на пять минут, ― скромно отозвался Хару.

― Мне нужно переодеться, ― отозвалась я и, повернувшись к Мии, спросила: ― Поможешь мне уложить волосы?

― Конечно! Я умею плести косички, ― малышка подпрыгнула на месте и, взяв меня за руку, потащила к выходу мимо ухмыляющегося Айо.

Минут через двадцать я нервно дёргала край платья, рассматривая своё отражение в зеркале.

― Как я выгляжу? ― спросила у Мии.

― Ты прекрасна, Анна, ― вместо Мии позади меня раздался голос Айо.

Я резко развернулась, чуть не столкнувшись с приблизившимся ко мне мужчиной, и смело встретилась с его оценивающим взглядом.

― Спасибо, Айо, ― его аромат окружил меня, всколыхнув воспоминания прошлой ночи. Я протянула руку и осторожно прикоснулась к его груди, заметив блеск, вспыхнувший в зелёных лисьих глазах.

― Нам лучше поспешить, церемония скоро начнётся, ― прошептал мне почти в губы с явным намерением поцеловать.

― Анна! Айо! Скорее же! Мы опоздаем, и они съедят весь торт! ― прокричала Мия, заглядывая в комнату. ― Рен, Хару! Анна снова краснеет!

― Она неисправима, ― Айо весело подмигнул мне, пропуская вперёд.

Я подхватила шаль, и мы все вышли во двор, где уже стоял коричневый, чуть проржавевший шаттл. Он явно был повидавшим виды, но его структура оставалась крепкой, а двигатель урчал, как огромный котёнок.

Подав руку, Айо галантно помог забраться внутрь. Ступеней не было, поэтому в платье было тяжело задрать ногу так высоко над землёй. Внутри мы все расселились по местам, пристегнув ремни.

Я думала, что пилотом будет Айо, но он, хлопнув Хару по плечу, указал на место пилота и с улыбкой уселся на место второго пилота.

На лице Хару появилась мечтательная улыбка, и он плюхнулся на кресло пилота, любовно проводя ладонью по вспыхнувшей панели управления. Он уверенно ввел комбинацию на панели и довольно кивнул, когда взвыли моторы и дверь закрылась.

Глава 29

Анна

Мы добрались до горного хребта, где проходила церемония. Ветер развевал ленты и цветы, которыми были украшены столбы, удерживающие деревянный навес над собиравшимися. Все собрались, как я поняла, вокруг счастливых жениха и невесты, стоящими перед жрицей.

На самом деле я не очень хорошо успела ознакомиться с религиозными верованиями алтэрианцев, но пообещала себе, что со временем всему обучусь. Прошло всего несколько дней, но никаких новостей от шерифа не было, что наталкивало на мысль: моя планета расположена слишком далеко и не была самым привлекательным туристическим местом.

Церемония прошла быстро и радостно, после чего заиграла неизвестная мелодия, которая звучала невероятно душевно и романтично.

Мы направились к длинным столам, заполненным блюдами с мясом, фруктами, овощами и хлебом, а также стаканами с шипучей синей жидкостью и десертами.

Многие пошли танцевать, кружась в странном сочетании вальса и медленного танца, соединяя пушистые хвосты вместе. Мия побежала играть в прятки с другими детьми.

Сквозь толпу гостей к нам направлялся Траксон. Он низко поклонился, чуть задев мою ногу своим хвостом, и протянул руку.

― Мне интересно, если…

Айо встал между нами и быстро спросил, чуть поклонившись:

― Хочешь потанцевать?

― С удовольствием! Извините, Траксон, ― я вложила ладошку в его раскрытую, позволив увести себя в центр площадки. ― Айо, я не знаю ваших танцев…

— Встань мне на ноги, — ответил он с улыбкой.

— Тебе не будет больно?

— О, Анна. Ты ничего не весишь, я даже не замечу.

― Только потом не говори, что я отдавила тебе все ноги, ― весело подмигнула ему, осторожно поставив ногу на его ступню, затем вторую. Мужчина только крепче обнял меня за талию, слоняясь ко мне.

― Держись за меня крепче, ― шепнул он.

Прежде чем я успела что-то сказать, он закружил меня под весёлую, немного дикую мелодию. Его шаги были настолько быстры, что всё, что я могла сделать ― вцепиться в его плечи. Но вскоре, уловив ритм, я начала наслаждаться. Не могу вспомнить, когда в последний раз мне было так весело.

Танец закончился, и мы вернулись к столу за прохладительными напитками.

― Я не вижу Мию, ― сказал Айо, выискивая сестру в толпе. ― Ты не возражаешь, если я оставлю тебя на минутку? Нужно найти Мию, пока она не вляпалась в неприятности.

― Пойти с тобой? ― спросила я, замерев с протянутой к стакану рукой.

― Я быстро, наслаждайся, ― ответила Айо, скрываясь в толпе.

Пока я медленно пила шипучую голубую жидкость и рассматривала алтэрианцев, рядом появилась бывшая подружка Айо с остекленевшими глазами.

— Анна, ты тоже здесь, — пробормотала она, опираясь на стол, чтобы не упасть. — Я слышала, Айо много заплатил, чтобы освободить тебя. Всегда думает о других, а не о себе.

— Он самый лучший и один из немногих, кого я встретила с тех пор, как очнулась в этой части Вселенной.

Она кивнула, слегка покачиваясь, а затем, икнув, прошептала:

― Я слышала, как он говорил с Траксоном о продаже части земли ранчо, чтобы пережить холодный сезон.

― Что ты сказала? — Я не верила своим ушам.

― С дополнительным ртом, который нужно кормить, шансы пережить сезон ничтожны, — её взгляд скользнул по мне и затем она ядовито добавила: — Неудивительно, что семья остро нуждается в дополнительных кредитах.

Я даже не могла возразить ей. Она сказала горькую правду. Я причина того, что у семьи Айо недостаточно денег.

— Добрый вечер, Рина, — вежливо проговорил появившийся Айо и, повернувшись ко мне, спросил: — Ты готова отправиться домой?

Дом. Одно слово наполнило меня такой грустью и тоской, когда я поняла,