Черный дрозд - Алёна Моденская

— Из-за этого так воняет? — недоверчиво спросил Данил.

— Нет, конечно. Тот хлам, который они успели в туалет спустить, застрял здесь, в трубах. У нас во дворе теперь целое вонючее озеро с фонтаном. Вон, машина откачивает.

Данил вытянул шею и увидел за головами соседей машину с цистерной.

— А это точно её ремонтники? — осмелился уточнить Данил.

— Они-они. Сбежать хотели, да их поймали. Так что сами всё и рассказали. Она, вишь, не хотела вывоз мусора оплачивать. А эти дуболомы не придумали ничего лучше, чем отходы в канализацию спустить.

— Смывали всё в туалет, ага, — резко проговорила ещё одна соседка, из крайнего подъезда. — Правильно, это же не их собственность, значит, можно портить.

— Что ж теперь будет, — вздохнула цветоводша.

— Да ничего особенного, — отмахнулась другая соседка. — Стояк уже отремонтировали, туалет ей просто заглушили.

— Так она теперь весь двор в нужник превратит, как её собака.

Дальше соседки пустились в разговоры о том, кто виноват (ну, это понятно), и что делать всем остальным соседям. А Данил молчал. Потому что только утром он оставил у двери этой хабалки подклад. Но он же его оставил исключительно ей, а не всем соседям! Он ведь никому ничего плохого не желал. Разве что этой мерзкой тётке, да и ей — только воздания за то, что она сама натворила. А пострадал весь дом.

Пока шла расчистка двора, Данил решил отправиться в контору. Правда, там весь день просто просидел, поедая пиццу из доставки и просматривая сериалы на планшете.

Позвонил бабушке, чтобы рассказать про Крайнова, но она, разумеется, уже была в курсе. Наверняка Новиков сумел как-то утрясти со своей коллегой показания того дядьки, который видел их в сарае. Иначе почему она не стала эту тему прорабатывать.

Во второй раз бабушке Данил позвонил вечером, когда вернулся домой. Он еле прошёл по внутреннему двору дома — подошвы оставляли следы во влажной дурно пахнущей субстанции, толстым слоем покрывающей всю площадку. Соседка-цветовод наскоро разгребла клумбы в палисаднике, чем-то их посыпала и уехала на дачу. Собственно, как и почти все соседи.

Не продохнуть же. Данил и сам нормально смог дышать, только когда зашёл в квартиру. Даже окна не открыть. Вот и пришлось проситься на пару дней к бабуле. Стыдно, конечно, ведь он-то о ней не позаботился, когда ей было нужно где-то переждать время сноса старого дома и постройки нового.

Бабушка разрешила на время переехать к ней, и Данил собрал немного вещей. Пока запихивал костюмы в сумку, позвонила Анфиса и предложила куда-нибудь сходить.

— Прости, мармеладка, не получится, — вздохнул Данил. — Около нашего дома прорыв канализации, вонища на весь район. Все соседи уехали, и я сейчас поеду к бабушке. Здесь дышать нечем.

— Почему не в мамину квартиру? — спросила Анфиса, как будто между прочим. — Там же сейчас никого нет. Мы могли бы пожить немножко вместе.

— Не получится, — повторил Данил, немного жалея о такой несбыточной возможности. — Мама будет против. Он страшно не любит, когда кто-то входит к ней домой, когда её нет.

— Даже ты?

— Даже я, — проговорил Данил, припоминая, как получал от мамы трёпку каждый раз, когда просто приходил без предупреждения.

— Тогда приезжай к нам, — оживилась Анфиса. — Поживёшь пока у нас на даче. То есть, мы поживём.

А вот это хорошее предложение. Заманчивое, ой, какое заманчивое.

— Давай завтра? Просто я бабушке обещал. Она обидится, если я не приеду.

— Хорошо, давай завтра. Люблю тебя, мой мулипусик.

— И я тебя, малиночка моя.

Анфиса отключилась. Хорошо, что она позвонила. Обычный разговор с нормальным человеком, не из реальности порч, подкладов и ведьм, улучшил настроение. Даже повеселее стало. Плюс перспектива пожить несколько дней у Анфисы, вместе с ней, почти как семья. Кажется, дела пошли на лад.

Данил собрал сумку, закрыл квартиру и весело пробежал по лестнице. Прикрыв лицо воротником, засеменил к арке. По пути бегло окинул взглядом дом. А ведь жутковатое зрелище — вечер, а ни одно окно не светилось.

Только одна из собачниц, что ругала кошек во дворе, тащила чемодан на колёсиках к арке. Колёсики чемодана застревали в подсыхающей жиже, псинка тявкала, хозяйка ругалась. Помочь или нет?

— Давайте, помогу, — всё-таки предложил Данил.

Тётка ничего не сказала, просто впихнула ему ручку чемодана, как лакею. А сама взяла собаку на руки.

Делать нечего, пришлось тянуть поклажу через вязкую вонючую субстанцию. Кажется, ещё кто-то из соседей собирался уезжать, потому что когда Данил и собачница подходили к арке, туда юркнула чья-то тень. Странно, но этот тёмный силуэт отчего-то вызвал беспокойство.

Данил немного замедлил шаг, делая вид, что осторожничал с чужим чемоданом. И когда они миновали арку, там уже никого не было. Может, показалось? Или это мародёры намеревались чем-то поживиться в оставленных квартирах?

— Как думаете, нас не ограбят? — намеренно небрежно, даже немного насмешливо, бросил Данил.

Соседка замедлила шаг. Видимо, ей в голову эта мысль не приходила. Она развернулась и уставилась на двор. Потом махнула рукой и пошла дальше:

— Да кто сунется в эту вонищу.

— Пожалуй, вы правы. — Выйдя из арки, Данил осмотрелся. Никаких подозрительных теней видно не было. Но на всякий случай решил потянуть время и спросил: — Вы на машине? Или на такси?

— На такси. Вызвала, да чего-то не едет. — И соседка уставилась в смартфон.

Данил любезно подождал с тёткой авто, помог погрузить чемодан. Соседка даже спасибо не сказала. Залезла в салон, и такси укатило. Ну, ничего, водитель вас точно отблагодарит за вонючую грязь с чемодана.

А Данил направился к дому бабушки, то есть, тому, где она сейчас жила. Ему нужно было миновать небольшой сквер и пару улиц. Одному, ночью. Проделать тот же путь, как в прошлый раз, когда его сбила машина.

Солнце село, и город погрузился в сапфировую майскую ночь. Правда, сквер оказался пустынным, потому что вся молодёжь зависала у торговых центров и ресторанов фаст-фуда. И фонарей в сквере не так чтобы много.

Данил быстро шагал по брусчатке, то и дело оборачиваясь. Вот где эти собачники, когда они нужны. Выгуливают псинок в палисадниках и на тротуарах.

Данил в очередной раз обернулся, и между раскидистыми яблонями и сиренями увидел высокую