Хроники Тириса. Книга 4 - Василий Михайлович Маханенко

— Они без брони, — заявил Тень-12. — Если ты уничтожишь обшивку лаборатории, давление и кислота их уничтожит.

— Значит им не повезёт, — пожал я плечами. — У меня нет к ним нежных чувств. Всё, хватит разговоров. Тени сами себя не спасут.

Возиться с дверьми мне было лень, поэтому я несколькими взмахами боевого меча заставил их рухнуть. Понеслась!

«Герани» рванули вперёд, уничтожая камеры. Лаборатория тут же вспыхнула красным светом и зубодробительно сиреной. Система безопасности была на высоте. Толстые перегородки из фазового сплава рухнули вниз, блокируя наш сектор от остальной лаборатории, но именно это мне и было нужно. Потому что теперь я мог начать ракетную атаку!

Лаборатория заметно дрогнула — четыре синхронных взрыва превратили обшивку в исковерканный металл. Планета словно только этого момента и ждала, ринувшись устанавливать свои порядки внутрь пробитого корпуса. Под огромным давлением металл рвался, словно бумага. Камеры боевых дронов показывали жуткую картину безумия, которое творилось за пределами лаборатории. И сейчас это безумие ринулось на базу.

— Вперёд! — приказал я. — Скала — пленники на тебе.

— Принял! — ответил Вальтер, закидывая на свою летающую платформу два тела. Никаких вопросов или возражений. Есть приказ — его нужно исполнять. Остальное потом.

«Можешь передавать Ласку данные о камерах и сканерах?», — спросил я у Эхо.

В ответ раздался тяжёлый вздох, который говорил о многом. Эхо не только не мог передавать данные другой матрице, он её до сих пор не научился видеть! Ласка для него просто не существовало!

«Ладно, тогда я сам», — заявил я. — «Делай подсветку».

Рядом с зелёной линией, ведущей нас в глубины лаборатории, начали появляться восклицательные знаки. Я понимал, что это прямое указание местным системам защиты о нашем пути, но и оставлять камеры права у меня не было. Противник не должен иметь визуальный контакт с нами. Пусть действуют вслепую!

«Герани» продолжали создавать хаос, выпуская весь доступный им арсенал ракет. Лаборатория вздрагивала каждый раз, когда очередная ракета врезалась в корпус или перегородку, открывая моим летающим помощникам новый путь. И в этот путь тут же влетал раскалённый кислотный воздух планеты.

Лететь по заблокированной лаборатории оказалось довольно приятно. Все гермозатворы уже были заблокированы, но против боевого меча предтеч у них не было ни единого шанса устоять. Правда, несколько раз пришлось останавливаться, чтобы залить гермосоставом наших костюмов проход. Как показывал Эхо, мои боевые дроны вошли во вкус, уничтожая лабораторию с самозабвением настоящего маньяка. И существовал ненулевой шанс того, что несколько перегородок не выдержит давления внешней среды и их сорвёт. И тогда кислотный раскалённый воздух ринется за нами, пробивая себе дорогу в сердце лаборатории. Так-то я не против, но мне вначале следовало вытащить Теней из плена, а потом здесь всё уничтожать. Главное не перепутать последовательность.

«Дроны на пределе», — предупредил Эхо. — «Ещё десять минут и они перегреются».

Десять минут? Вечность в нашем случае!

Лестница, коридор, гермодверь, новая лестница. Мы двигались вперёд с такой скоростью, что становилось даже страшно за местную охрану. Несколько раз натыкались на запертых техников или стражников. Тень-12 не мешкал ни секунды, отправляя всех на вечный заслуженный отдых. Сейчас было уже не до сантиментов.

Наконец, перед нами возникла последняя дверь. Она была значительно массивней остальных. Настоящее творение блокировки. Чистейший фазовый сплав с какими-то усилениями. Никто и ничто не имел права пройти через эту дверь.

Не стал и я. Зачем, когда рядом с дверью находится хоть и монолитная, но вполне себе обычная стена? Боевой меч закончил чертить огромный круг и Тень-12 мощным ударом ноги выбил кусок стены внутрь, тут же ринувшись следом. Появились красные вспышки лучевой винтовки, и тюремная зона лаборатории Киронов была зачищена.

«Нужна Лирэн», — приказал я, обращаясь к Эхо. Её биосигнатура была в памяти Эхо, так что он без малейших проблем определил, в какой камере находится командир «Теней». Вот только стоило нам пролететь через дыру в стене, как всё оказалось не столь очевидным, как раньше.

Это были не камеры для заключённых. Это были прозрачные индивидуальные боксы для подопытных крыс. И в качестве подопытных крыс здесь выступали люди.

Лирэн лежала в каком-то механизме, похожим на исследовательский аппарат, через который меня когда-то прогонял Арис Соларион. К ней были подключены многочисленные трубки, по которым бежала не кровь. По ним бежал тонкой струйкой белый туман. Он исчезал где-то в недрах этой лаборатории, где обрабатывался и сразу поступал в дело.

Командир «Теней» была без сознания. Она дышала, её сердце работало, но на творящийся в лаборатории хаос она не реагировала.

«Если я правильно понял происходящее — из неё выкачивают наноструктурные компоненты», — отчитался Эхо. — «Медленно, по капле, но вполне себе уверенно. Судя по плотности потока, лежит так Лирэн уже не первую неделю».

— Что это за грувачья хрень? — спросила Зорина, уставившись на аппаратуру и трубки, выходящие из всех людей. — Что эти киронские уроды здесь устроили⁈

— Превратили «Теней» в доноров, — ответил Вальтер. Судя по его голосу, он думал о том, чтобы выйти из великого дома Кирон прямо сейчас. Связывать себя с теми, кто творит подобное, Вальтер не хотел.

— Ксорх, подойди, — послышался голос Тени-12.

Оторвавшись от Лирэн, я подошёл к Тени-12. Тот стоял рядом с боксом, внутри которого сидело безумное существо. Когда-то это определённо был человек, но эксперименты Киронов превратили его в безумца. В данный момент он занимался тем, что пытался пробить головой стену. Она была мягкой, но безумца это не останавливало. Для него это была цель всей его текущей жизни. Но самое ужасное заключалось не в его поведении. Кожа подопытного отслаивалась, словно старая чёрная бумага. Человек гнил заживо, но это его не волновало. У него была цель проломить головой стену, и он старался изо всех сил это выполнить.

— Матрица не может адаптироваться и ищет выход, — пояснил Тень-12. — Такое бывает, когда она вживляется тем, у кого нет даже капли крови Соларионов. Это уже труп, хоть он и ещё дышит.

— Вытаскиваем Лирэн, — приказал я, стараясь побороть отвращение. Думать, что делать с жертвами нечеловеческих экспериментов, будем потом.

Кнопок отключения или аварийных рычагов Кироны не предусмотрели. Если Лирэн и можно было как-то отключить стандартным способом, то о нём знали только убитые Тенью-12 местные живодёры. Так что пришлось действовать по старинке, проверенным дедовским способом. Боевой меч разрубил аппаратуру и все трубки, выходящие из Лирэн. Аппарат коротко взвыл, потом замолчал. Где-то в глубине системы загорелся аварийный сигнал, но в общем