Чернокнижник из детдома 5 - Сергей Александрович Богдашов

Сойдись мы с ними лоб в лоб — от меня бы за пару недель мокрого места не оставили. Но нашлось же решение. Теперь ижмашевцы и деньги приличные мне выплачивают, и сотрудничество у нас развивается, пусть и понемногу. К примеру, на прошлой неделе они купили у меня лицензию на три года. Теперь сами производят артефакты для армии, которые защищают радиодетонаторы и пульты управления для них. Вроде бы мелочь, но зато какая востребованная! Потери среди вояк в разы снизились, когда они свои построения в Пробоях сумели управляемыми минными полями огородить.

С одной стороны, я бы и сам, со своим современным производственным комплексом сумел бы армию такими артефактами насытить за пару месяцев, но это — если рассуждать теоретически.

А практически, нет. Связей бы не хватило на получение такого заказа. А стал бы упорствовать, то мне такие условия могли предложить… Впрочем, не будем о грустном.

На армейских поставках испокон веков миллиарды наживали. И не только в России. Так что пусть поставками в армию занимаются мои новые партнёры, поднаторевшие в этом вопросе. Со всеми плюсами таких поставок и возможными последствиями. А мне и ручейка прозрачных ежеквартальных лицензионных выплат от них хватит. Вроде, и не так жирно, зато кристально чисто и честно.

* * *

На разговор с губернатором и его свитой я поехал загодя. Опаздывать не имею права, а в дороге всякое случается. Вот и на этот раз возник довольно странный ремонт дороги на протяжении пятнадцати с лишним километров. Что характерно, никаких следов ремонта, кроме знаков объезда, указывающего на едва заметную дорогу, где скопились пробки из-за застрявших легковушек, я не увидел.

К счастью, мы ехали на Комбатах, а им было абсолютно фиолетово на состояние дороги, как и на её отсутствие.

Пробки объезжали полем, а то и вовсе прокладывали просеку в придорожном кустарнике.

— Выезжаем на трассу, — скомандовал я после того, как объезд затянулся, а на дороге так и не было обнаружено дорожной техники, якобы проводящей ремонт.

Через Хуго я уже выяснил, что никаких плановых работ здесь не проводится, а Хук, подняв БПЛа с хорошей камерой, показал, что никакой дорожной техники нет и не было. Одни лишь транспаранты с ограждающей лентой стоят.

Забавно, но могло бы сработать, выбери я комфортное передвижение на том же микроавтобусе. До вечера бы тут простоял.

Короче, к губернатору приехали мы вовремя. С запасом в семь минут. В приёмной уже собрались все приглашённые.

— Представляете, господа, какая-то сволочь организовала диверсию на трассе Уссурийск — Владивосток, — громко известил я, зайдя в приёмную где уже находилось полтора десятка чиновников, — Но ФСБ уже в курсе и скоро мы узнаем, кто за этим стоит, — обвёл я всех взглядом, и заметив, как один, худой и бледный, задёргался, навёл на него палец:

— Вот вы, представьтесь пожалуйста.

— Я… Э-э… Мне в туалет нужно! Приспичило, знаете ли, — сорвался он с места.

— Первая продажная шкура пошла, но далеко не уйдёт. Его уже ждут на выходе. Надеюсь, все всё поняли? — задал я вопрос, словно нехотя, усаживаясь в кресло для посетителей, и ни к кому конкретно не обращаясь.

— Вы нам угрожаете⁈ — взвился было один, который явно не при делах.

— Всего лишь предупреждаю, — отмахнулся я от него, как от назойливой мухи, свесив голову и закрывая глаза.

Пять минут у меня точно есть. Можно и подремать чуток. И нет, я не храплю! Это ложь, свистёжь и провокация! Выдумки блонд! А их видосики — наглый видеомонтаж. Не верю!

Очнувшись через пять минут, я понял — всё-таки какая-то доля истины в утверждениях сестёр есть.

На меня все чиновники так смотрели, словно я всхрапнул слегка.

— «Можно подумать, у них никогда такого не было, когда они за день устали, а потом полночи не спали», — придумал я для себя отмазку, успев ухватить, что я вполне вписался в менталитет этого мира.

У них тоже всегда виноваты обстоятельства или кто-то другой, но никак не они сами.

Вот прямо, как я сейчас.

— Через две — три минуты губернатор вас примет, — известила нас почтенная дама, что у Терехова в секретарях, провожая жадным взглядом двух пожилых седовласых мужчин, которые только что вышли из кабинета Терехова, и от которых так и веяло Силой!

Оп-па, а вот это уже интересно!

Насколько я в курсе, сильных магов у нас в Приморье — по пальцам пересчитать, и те в основном на флоте служат. Как маги Воды обеспечивают безопасность флагманов и лидеров.

Но те, что вышли из кабинета Терехова, явно не из этой оперы.

— «Хуго, срочный анализ! Кто только что вышел»! — бросил я добрую треть мощностей своего помощника на решение первостепенной задачи.

— «Вам все их имена с фамилиями, или только последние»?

— «Плевать на имена — кто они по сути»?

— «Два заместителя Главы Комитета магического контроля при Федеральном Министерстве магии».

— «Предположения есть — зачем приехали»? — очень быстро отправлял я запросы нейросети, готовясь к разговору с Тереховым.

— «Как самая правдоподобная версия — пытаются понять, что ждать от ваших инициатив. То ли развития магии, то ли её обнуления техническими средствами».

— «А их совместное развитие»?

— «Пока не понимают. В чём только что один из них признался в телефонном сообщении», — доложил Хуго, легко отслеживая гаджеты моих целей.

— «Сомнения — это уже хорошо. Было бы куда сложней, если бы они уже всё для себя решили», — донёс я до нейры свою точку зрения.

— Господа, губернатор вас ждёт, — церемонно привстала секретарша из-за стола, взглядом указывая на дверь.

Я вошёл в кабинет следом за чиновниками, но сразу сместился влево, чтобы не загораживать свет из окна. Терехов сидел за массивным столом, но не в кресле, а на краю — полубоком, будто собирался встать и уйти. Этот его жест выдавал напряжение, которое он пытался скрыть.

— Присаживайтесь, Александр Сергеевич, — сказал он, кивнув на стул напротив себя.

Остальные чиновники расселись вдоль стен на приставных креслах. Так, чтобы видеть и меня, и губернатора.

Я сел. Положил перед собой папку с документами, но раскрывать её сразу не стал. Держал паузу.

— Аркадий Сергеевич, я понимаю, что вы только что говорили с людьми из Комитета магического контроля. И даже догадываюсь, о чём. Они боятся, что мои артефакты сведут на нет их