Чернокнижник из детдома 5 - Сергей Александрович Богдашов

выгонят. Так было ровно до того момента, пока я однажды не выдержала, и там Инициация в Акустика сама собой не произошла. Я тогда так заорала, что троих извращенцев из жюри на Скорой увезли. Скандал как-то замяли, но и моя танцевальная карьера на том завершилась. Кстати, наш ансамбль танца до сих пор существует, и признан одним из лучших в стране, а его руководитель недавно стал Заслуженным Деятелем Искусств.

Вывалив на меня всё наболевшее, Ветрова вдруг замолчала, а потом с рыданиями уцепилась за мою жилетку. И я уже почти готов был ей чистосердечно соболезновать, но звезда народного танца решила действовать более прямолинейно и привычно. Взяла, и мне в шорты залезла. Мешать не стал.

Отстрелялась Ветрова так смачно, словно не раз снималась в порнофильмах. Хотя, чему я удивляюсь, скорей всего так оно и было. Наверняка снималась, и не раз. Нужно будет Хуго попросить, чтобы всю подборку фильмов с её участием мне собрал. Гляну мельком. Что-то уж больно круто её разработали. Вряд ли там одними танцорами обошлось.

А у меня дилемма: есть магесса редкой специализации, но нет особого желания иметь с ней общие дела, тем более встречаться в дальнейшем.

Пусть она дальше для лохов из себя жертву танцев изображает, а на деле та ещё суккуба, хоть и без паразитарных наклонностей, но сладострастная донельзя. Сдаётся мне, её и соблазнять в своё время не особо нужно было, сама ко всему готовая, только предложи.

Видосики мне Хуго нашёл. Там полный набор. Всё, что не пожелаешь. И нет, далеко не с танцорами. Порнозвезда широкого профиля к нам пожаловала.

И как теперь прикажете поступать?

Глава 13

— Санчес нам потребуются свои команды разведчиков, — первым высказался Никифор, когда после торжеств, посвящённых рождению Клана, мы собрали Совет и я озвучил дальнейшие перспективы, в частности, по созданию Заповедника.

— Продолжай, — одобрительно кивнул я, мысленно радуясь, что именно наш самый сильный маг первым поднял этот вопрос.

Так-то его я и хотел назначить на этот участок.

— Как я понимаю, с Гильдией мы разрываем отношения? — спросил он, и удивился, когда я отрицательно мотнул головой.

— Мы от них дистанцируемся, но ссорится не станем. Попробуем договориться о построении новых отношений.

— Думаешь, получится?

— А кто нам мешает попробовать?

— И то верно. Но всё равно разведка Пробоев теперь должна быть собственная. И не подставят, и лишних на территории не будет шляться.

Так-то да, был у нас неприятный эпизод с подставой, тогда весь Отряд по краешку прошёлся. Опять же посторонние на территории… На территории Заповедника нет действующих трасс и железных дорог, а местных жителей можно по пальцам пересчитать. Сделать им пропуска, поставить три — четыре кордона на въездах, и проблема решена.

— Строиться опять придётся и с дорогами что-то решать, — вздохнул Сергей.

— Дороги уже вчера начали ремонтировать, — улыбнулся я, заметив, что мысли у нас сходятся, — Пока ровно настолько, чтобы можно было передвижной бетонный завод туда отправить и завезти всё необходимое для начала работ.

— То есть, ты уже всё решил, — вроде бы и не упрекнул он меня, но и не порадовался тому факту, что я начал работы, ни с кем не советуясь.

— Лето у нас короткое, а дороги по любому нужны будут, — пожал я плечами, говоря про очевидное, — К зиме постараемся восстановить железную дорогу к новой базе.

— Да ладно! Откуда она там взялась? — успел Григорий первым задать тот вопрос, который вертелся у всех на языке.

— Была построена девяносто лет назад для снабжения военного аэродрома «Варфоломеевка». На сегодня, после нескольких серьёзных Пробоев, там всё запущено, но вполне подлежит восстановлению. Кроме городка Арсеньев. Он был полностью уничтожен, попав пятнадцать лет назад в эпицентр Пробоя ранга Д, который потом три с лишним года не могли закрыть. Так что место под базу у нас перспективное. Надеюсь, недостатка в серьёзных Пробоях не будет.

Моего радостного настроя никто не поддержал. Все члены Совета задумались, и это правильно. Со вступлением во взрослую жизнь, ребята! Отныне всё — очень серьёзно. И борьба с теми же Тварями, равно, как и их изучение, теперь не экстремальное разовое приключение, а образ жизни.

— Санчес, а зачем нам нужен заброшенный военный аэродром? — остановила меня Тамара, дождавшись, когда из комнаты Совета все вышли и мы остались вдвоём.

— Зная тебя, догадываюсь, что лишь мы двое внимательно прочитали все правоустанавливающие документы на Клан. Напомни мне, от кого Клан обязуется защищать свои территории?

— От Тварей и… иноземных захватчиков! — наморщила лоб Тамарик, вспоминая, — Ты шутишь? Регулярная армия — это спутники, ракеты, и бомбардировщики! А ещё корабли, танки, артиллерия и системы залпового огня! Тысячи солдат с кучей вооружения! Нас сметут и не заметят!

— Ну-ну-ну, — попытался заземлить я полёт её фантазий, — Кто попрёт с полноценной войной на Державу, у которой есть больше тринадцати тысяч ядерных и термоядерных боеголовок? И средства их доставки имеются. А вот частная разведывательная миссия какого-то небольшого, но якобы бунтующего Клана, вполне может произойти. Так что, аэродром, и военный городок при нём, нам не помешают.

— Ты хочешь купить самолёты?

— Всего лишь построить беспилотники. Но много и нескольких типов. От больших по размеру, до совсем крошечных.

— Но ими кто-то же должен управлять?

— Это будет не сложней, чем управление твоим швейным цехом, — дал я довольно жирный намёк, и она его поняла, открыв рот. Тамарик у нас — девушка очень сообразительная!

* * *

Затягивать с производством беспилотников я не стал. Хуго, получив команду, начал закупать целыми партиями комплектующие, и высокопроизводительные принтеры для изготовления корпусов и крыльев. По моим счетам это изрядно ударило, но почти все потери Хуго отыграл, создав несколько моделей конгломерата нефтетрейдеров, где каждый следующий задирает цену на чуть-чуть. Он поймал нефть на отскоке, а потом очень выгодно продал фьючерсы на их пике, когда они пошли в рост.

Через неделю в бывшем ангаре для сельхозтехники, который мы переоборудовали под сборочный цех, уже стояли три автоматические линии. Хуго управлял ими напрямую — без посредников, без операторов, без сменных мастеров. Первая линия печатала корпуса из углепластика — слоистые, лёгкие, с внутренними полостями для проводки. Вторая собирала двигатели — бесколлекторные, с импеллерами, которые Хуго сам доработал по чертежам, найденным в забытых