ЭХО-012. Книга I - allig_eri

Поэтому коллектор не думал, а лишь говорил. Причём очень быстро!

— Его выгнали за взятки, ещё лет пять назад, — залепетал он. — Но связи остались. Лейтенант Новиг из семьдесят первого участка прикрывает от… от… разного…

— То есть вы реально сдавали людей на органы? — приподнял я брови.

— Нет!

Ещё одна пощёчина.

— Я не знаю-ю-ю… — заныл он, размазывая слёзы. — Я… Я т-тут н-недав-вно…

— Ага, вчера устроился, — усмехнулся я. — Третья попытка, после чего я отправлю тебя в ту комнату, — указал на переговорку. — А сам просто пороюсь в компах и ящиках. Думаю, найду немало полезного даже без твоего участия.

— Дважды, — тут же признался выродок. — Стивенс устраивал… Поэтому детектив Фаррел за нас и взялся. Он из шестьдесят седьмого участка, его Новиг прижать не может, приходится придумывать…

— Так-так, — не сдержал я улыбки, — а что за причина у Фаррела? Ни за что не поверю, что просто внезапно заинтересовался чужими проблемами!

Тот открыл было рот, но тут же дёрнулся, словно когда-то ранее тема была поднята, но потом строго-настрого запрещена.

Бодрящая оплеуха и пахнущий порохом ствол, засунутый чуть ли не в рот, мигом освежил память.

— Племянник Фаррела, — выдал коллектор. — Задолжал одним людям… Ну-у… не тем.

— Я понял, давай к делу, — потряс пушкой у него перед лицом. Надо спешить, не ровен час кто-то очнётся, а я, дурак, даже мобилки у них не забрал. Или, что хуже, нашим «играм» нашлись свидетели, уже вызвавшие копов. Или этот трусливый мудак сообразит, что я лишь пугаю.

— Короче, в больнице он, — быстро закруглился мужик. — Уже полгода. Похоже перестарались. Сука, Стивенс жёсткий!.. Был…

— Замечательно, — процедил я. — А теперь делаем так. Последний вопрос и можешь валить ко всем чертям. Честно. Но если не ответишь…

Я скорчил максимально зверскую рожу, а потом тихо, но чётко, добавил:

— Твой дружок Стивенс предлагал использовать мою мать. И брата. Понимаешь мои чувства?

На самом деле особых чувств не было, поскольку я вообще не знал этих людей. Лишь память тела подкидывала смутные образы, но каких-либо эмоций не имелось ровным счётом вообще. Однако разве ему нужно об этом знать?

— П-п-понимаю… — проскулил он.

— Тогда отвечай максимально честно. Где вы фиксировали изъятие долгов? Программа, папка, бумаги, отчёты? Как проводили налоги? Как переводились деньги Новигу?

— А… а… — открывал он рот, словно рыба. Но только я решил отвесить ему ещё один направляющий пендель, полилась информация. — Здесь только расписки и договора. Ничего запрещённого! Серьёзные бумаги — у Перейры.

— Кто это? — поморщился я.

— Адвокат. Не этот, — махнул он руками, когда я покосился на стену, отгораживающую кабинеты. — У нашего контора на Атлантик-авеню. — Коллектор сглотнул, взгляд его, как по мне, излишне быстро возвращал адекватность. — Формально мы его клиенты. Ну, он ведёт все дела, оформляя возвраты, как законные проценты, чтобы комар носа не подточил. Если даже будет проверка — мы кристально чисты перед законом.

Этого стоило ожидать.

— Новиг?

— Я не в курсе. Честно! Стивенс сам с ним дела решал! — замотал он руками, когда я сделал вид, что хочу врезать ему рукояткой пистолета по лицу. — Они же приятели! Не я, не Диксон, не Маруд. Скорее всего налом отдавал, чтоб без следов!

Я остановил время, чтобы подумать. Энергии было мало, но хотя бы так.

Компромат, если и есть, вряд ли открыто лежит тут. В остальном схема была проста до зевоты. Адвокат делает грязное чистым на бумаге, лейтенант закрывает глаза на реальные проблемы, продолжая прописывать галочки за конвертик с толстой пачкой нала. Все, сука, в плюсе.

Классика жанра, отработанная до блеска.

Вопрос один. Что мне, мать его, с этим делать? Гнездо я уже разворошил. Жирные толстые шершни вот-вот сожрут меня с головой. Не поможет даже суперкостюм. Эхо первым взорвёт мою башку, если я начну изображать сверхчеловека, бегая от бандитов или даже полиции, которую на меня натравят.

А чего бы не натравить? Тот лейтенантик явно будет обижен, что его «пассивный доход» внезапно оказался прикрыт!

Стоп. Прикрыт…

— А тот детектив? Фарелл?

— А что он? — вылупился коллектор.

И правда, что? Стоп… у меня есть человек, УЖЕ сливший мне всю инфу. На что будет готов детектив, чей племянник серьёзно пострадал от рук этих олигофренов? Потянуть за ниточку Перейры? Или натравить на Новига налоговую? Аль Капоне ведь как раз за неуплату налогов повязали! Значит можно доказать получение нала, должны остаться следы.

Вопрос лишь в том, будет ли кто-то этим заниматься…

— Дай-ка его номер.

Лучшего варианта у меня сейчас всё равно нет.

Ожидая детектива, следующие полтора часа я методично разбирал офис. Вначале, конечно, связал стукача проводом от настольной лампы, не забыв заткнуть рот. Потом тоже самое повторил с типами в переговорке, не забыв забрать их мобилы.

Уверен, в них достаточно дерьма, если как следует покопаться.

Попутно заглянул в кошельки, вытащил немного «лишнего». Реально немного, потому что у всех четверых набралось меньше двухсот баксов. Теперь их там сотка, а я не помру с голода ближайшие дни.

Следом начал изучать оба компа, мгновенно находя единую базу должников с кучей не самых приятных комментариев.

— Это, конечно, не нотариально заверенные бумаги, но если вы реально сломали ноги этому доходяге Борссону, как писали об этом в таблице, то отмазаться «шуткой» не выйдет.

Обнаружив в базе себя, поменял статус на «долг закрыт». Была, конечно, идейка о том, чтобы полностью удалить контакт, но я разумно решил, что Перейра всё равно должен иметь копии, а потому полностью исчезнуть, словно никогда и не существовал, не получится.

Зато теперь будет повод сказать, будто я реально закрыл долги сегодня, о чём Стивенс и сделал пометку, перед тем, как начались проблемы. У них, в смысле.

Стационарный и мобильники всей четвёрки периодически звонили, так что пришлось включить беззвучный режим, чтобы не отвлекали.

— Они ведь ещё и Фарелла как раз обсуждали, — хмыкнул я. — Может детектив отыскал какие-то улики, упрощая мне жизнь?

Осмотрел найденный в углу сейф (ключи нашлись у Стивенса), обнаружив кучу папок, подобных той, которую ублюдок собрал на меня. Первой мыслью было всё сжечь, но потом