Андер. Книга 3 - Виктор Сергеевич Викторов

со мной уже ездили, так что мне не пришлось доказывать, что я могу за себя постоять. Коротко кивнув, двойка в «Призраках» вылезла из авто, тут же растворившись в воздухе. — Ждите!

Передо мной возвышались матовые чёрные ворота. Никаких крестов, херувимов и цитат из святых книг на них не наблюдалось.

«А так сразу и не скажешь, что толстый скромен до неприличия, — проворчала демоница. — Ну или этот аскетизм специально выставлен напоказ. Хоть бы табличку какую с номером или надписью прикрепил».

— Что-то типа: «Отец Бертольд. Частный приём. Строго по записи. Сожжение еретиков проводится только по вторникам и пятницам»? — тихо хмыкнул я.

«Я до сих пор не могу поверить, что оказалась внутри существа с настолько примитивным уровнем юмора», — огрызнулась Миа.

— Надеюсь, что я не ошибся, — я протянул руку к неприметной кнопке звонка, но нажать не успел, так как ворота дрогнули, плавно отъехав на пару метров в сторону.

«Нет, ты не ошибся, — лениво отозвалась демоница. — Внутри дома знакомое давление. Та же плотная аура толстяка. Кроме него в особняке никого нет. То ли он отослал прислугу, то ли живёт один…».

«То ли, он вообще здесь не живёт, а сие скромное обиталище служит как раз для таких встреч», — закончил я её мысль, уже опасаясь говорить вслух, на случай, если в воротах имелся домофон. — Сейчас всё станет ясно'.

Приусадебный участок оказался весьма мал и кроме вымытой, выскобленной добела тротуарной плитки и газона, ничем не выделялся. Единственным украшением были софиты по обеим сторонам аллеи, ведущей к серому квадратному трёхэтажному дому.

Толкнув единственную дверь, я оказался в светлом холле. Светлом — из-за двух стеклянных стен, которых со стороны входа видно не было. Стиль «минимализм», во всей его красе, разбавленный мрамором, кожаной мебелью и несколькими кашпо с зелёными деревцами. В конце холла расположилась широкая стеклянная лестница, ведущая на верхние этажи.

Под лестницей заметил дверной проём, практически сливавшийся с декоративной кирпичной кладкой. Что там находилось? Арсенал? Лаборатория? Пыточная?

А вообще — красиво, не спорю. Но я бы не хотел жить в подобном аквариуме. Даже, если со всех сторон высился каменный забор в два человеческих роста. С точки зрения безопасности, как по мне, это было… слишком опрометчиво.

«Думаешь, местный криминалитет не знает, чей это дом? — фыркнула демоница. — Нападать на жилище не самого последнего инквизитора, это, мягко говоря, весьма изощрённый способ закончить свои дни в застенках пыточных подвалов Корпуса».

«Плевать, — отмахнулся я, заметив в нескольких местах слабое мерцание красных светодиодов камер видеонаблюдения. — Главное, чтобы свои дни там не закончили мы».

«Какие продвинутые инквизиторы нынче пошли, — задумчиво произнесла Миа. — Ни лампад, ни образов, ни запаха церковных благовоний. Слушай, а может их Святой Аарон — просто огромный процессор, которому они молятся? Матричный Бог решает всё — быть или нет, не спешит давать ответ…», — внезапно мелодично пропела она высоким голосом, весьма меня удивив.

Не знаю, откуда она вообще откопала эти строки, но интонации и подача показались мне очень знакомыми. Что-то из прошлого мира, сто процентов.

Задать уточняющий вопрос демонице помешал хозяин этого дома. Мне пришлось тут же переключиться.

— Добрый день, ваша Светлость, — поставленным голосом поприветствовал меня Бертольд, спускаясь по лестнице с прытью, которую в его плотной тушке и не заподозришь. — Благодарю вас, что вы откликнулись на моё предложение.

— Здравствуйте, отец Бертольд, — сделав несколько шагов по направлению к хозяину, я замер, предоставляя ему самому выбрать место предстоящей беседы. Хотя, подозреваю, что уже всё давно просчитано, а мне остаётся лишь сделать вид, что я верю в его «экспромт».

— Поднимайтесь на второй этаж, — махнул он рукой, не став спускаться до конца, что нарушало даже самые посредственные правила этикета.

«Как мы старательно подчёркиваем, что встреча носит неформальный характер, ты смотри, — хохотнула демоница. — Не хватает только начатой бутылки водки наверху, растоптанных домашних тапочек на хозяине и футболки с надписью „Самый лучший папа“ в пятнах от кильки».

Пожав плечами, я направился к лестнице. Похоже, что Миагозра снова оказалась права.

Второй этаж был практически копией первого. Красный кирпич, высокий потолок с тёмными массивными деревянными балками. На одной из стен — огромная плазма, и барная стойка напротив.

— Проходи, не стесняйся, — улыбнулся отец Бертольд, направившись к барной стойке, на которой я цепким взглядом углядел кофемашину. — Могу предложить кофе.

— Спасибо, не откажусь, — найдя взглядом мягкий кожаный диван, я направился к нему. Усевшись на краешек, принялся наблюдать за точными выверенными движениями отца Бертольда, стоявшего ко мне спиной. — Уютно у вас здесь. Ничего лишнего.

Переход от «Вы» до «ты», я предпочёл пока не заметить. Раз ему хочется создать такой эмоциональный интерьер, то кто я такой, чтобы ему в этом мешать? К тому же, подобная обстановка весьма хрупка, пока ты сам не спешишь сокращать дистанцию и переходить на «ты». Всегда можно осадить слегка зарвавшегося человека. Но, сначала послушаю, что он мне выдаст.

— Понимаю, о чём ты, — сдержанно улыбнулся мужчина. — Как говорит один мой знакомый: у меня очень не хватает органной музыки. На что я ему всегда отвечаю, что орган с вином у меня только в третий и седьмой день недели. В остальные — кофе и классическая музыка.

Что ж, намёк был более, чем понятен, как и факт того, что никакого знакомого, скорее всего и не существовало никогда. Довольно сложно представить инквизитора, распивающего виски в мужской компании или жарящего крылышки во дворе.

Пока он возился с кофемашиной, я украдкой осматривался.

Стеклянный стол, рядом с диваном, был девственно чист. Ни единой пылинки. Ни одной личной вещи во всём помещении, что только подтверждало мои предположения.

Наконец, отец Бертольд разобрался с кофе, вернулся, поставил на стол блюдце с крохотной чашкой и сел в кресло напротив. Его улыбка была открытой и немного смущённой, даже где-то доброй, для тех, кто не имел чести быть с ним знакомым. Примерно такая могла быть у питона, перед которым в тупичке застрял глупый бесстрашный жирный кролик без инстинкта самосохранения.

— Я очень ценю, что ты согласился на эту неофициальную встречу, — первым начал Бертольд, слегка прищурившись. — Понимаю, занятой молодой человек, Глава Рода, но дело действительно не терпело отлагательств.

— Я весь внимание, святой отец, — сделав маленький глоток, я постарался не поморщиться. Кофе оказался отвратительным. — Признаться, ваше сообщение разожгло во мне любопытство.

— Это очень хорошо, — спокойно ответил мужчина. — Значит я в тебе не ошибся, поскольку у других людей подобные приглашения зачастую вызывают панику или страх.

А вот и завуалированная угроза.

Грубовато, но, учитывая, что он