За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— Первое. У нас освободились должности управляющего и счетовода. Жду ваших рекомендаций по замещению. Затем подготовьте список сотрудников, в лояльности которых есть сомнения, и рекомендации по их замещению. Подготовьте краткие характеристики на всех сотрудников, занимающих или готовых занять значимые должности, в том числе и на тех, от которых вы рекомендуете избавиться. С ними со всеми я проведу беседы. И наконец, всем сотрудникам, согласно уложению попадающим в категорию «доверенные служащие», необходимо разъяснить их права и обязанности, вытекающие из договорного вассалитета.

— Будет сделано, господин, — после краткого раздумья ответила Ирина, — рекомендации и характеристики будут готовы завтра к концу дня, разъяснения для сотрудников придётся отложить до послезавтра.

— Хорошо, меня это устроит. И подготовьте срочно приказ о том, что с сегодняшнего дня я временно сам исполняю обязанности управляющего и счетовода. На этом всё, не буду вас отвлекать от работы, почтенная. Вы свободны.

Подоспел конвой. Сладкой парочке надели наручники и повели. Думаю, по дороге в подвал их многие увидят, так что эмоциональная встряска и тема для раздумий сотрудникам обеспечена.

— Уф, — наконец перевёл я дух, когда в кабинете остались только свои, ну ещё и Зайка в уголке, — вы были полностью правы, почтенный Томил, наш князь тот ещё хват. Из тех людей, с которыми после рукопожатия стоит на всякий случай пересчитывать пальцы.

— Кени, я всё-таки не совсем поняла, что тут произошло. — с вопросительной интонацией сказала мама.

— Всё проще некуда, мама, — ответил я, — наш князь воспользовался удобным случаем, чтобы не только прижать Ренских, но и отобрать у них хороший заводик. Если заводик и так на него работает, то зачем он Ренским, правда ведь? Вот только просто так взять и отобрать он не мог, зато передать в качестве виры пострадавшему от Ольги, к тому же её внуку — это совсем другое дело. Тоже вызывает некоторые сомнения, но всё же не выглядит откровенным грабежом. А пока глупый мальчик радуется тому, что он внезапно разбогател, со склада вывозится вся готовая продукция. А чтобы и в следующем месяце поставки тоже сорвались, по-быстрому обнуляются счета предприятия. Нет продукции, нет денег на зарплату и покупку сырья, ни о каком выполнении контракта речи не идёт. В результате князь в соответствии с условием княжеского опциона забирает завод, а я остаюсь с репутацией дурачка, который умудрился разорить процветающее предприятие. А князь, соответственно, выступает в роли спасителя. Понадобись мне встретиться с князем, я, пожалуй, перед встречей велю зашить себе карманы.

— Но вы неплохо справились с этой проблемой, господин Кеннер. — заметил поверенный.

— К сожалению, пока ещё не справился, — ответил я, — не думаю, что князь легко откажется от того, что уже стал считать своим.

— Но ты не собираешься сдаваться? — спросила мама утвердительно.

— Я тоже не собираюсь отказываться от своего.

— А что ты собираешься делать с этими, с арестантами? Сдать страже?

— Проще уж тогда сразу князю их вернуть, — усмехнулся я, — нет, мы с князем как-нибудь разберёмся без посредников. Мне сейчас нужно спуститься на склад, посмотреть на злоумышленников, и на сегодня хватит разбирательств. Можете посидеть пока здесь, это недолго. Я распоряжусь, чтобы вам подали чай.

— Хорошо, Кени, — сказала мама, — мы подождём тебя здесь.

— В таком случае, я ненадолго вас оставляю. Зайка, показывай дорогу.

Когда мы вышли, Зайка робко спросила:

— Господин, а что насчёт меня?

— А что насчёт тебя? — удивился я. — За тобой числилось только проникновение в женский туалет, но раз уж мы выяснили, что ты девочка, то и преступления нет. Кстати, объясни мне, к чему этот цирк с маскировкой под мальчика?

— Девочек на работу не берут. Я везде пыталась.

— Да? Странно. Какая разница, казалось бы. Ну, мне неважно, мальчик или девочка, так что трудись дальше спокойно.

Склад готовой продукции — небольшое здание красного кирпича — стоял чуть в стороне от здания заводоуправления. Внутри мы обнаружили два фургона, стоящие у погрузочного пандуса. Я заглянул в один, он был уже наполовину заполнен. Собственно, вся месячная выработка в эту пару фургонов, наверное, и поместится.

— Мы оставили всё как было, господин, — сказал один из охранников, — никого не подпускаем.

— Всё правильно сделали, — подтвердил я, — а где у нас хозяева фургонов?

— Вон за той дверью. — показал он на дверь в дальнем углу.

За дверью обнаружилась комната, в которой сидели два хмурых мужика в наручниках в компании с тремя охранниками.

— Итак, кто это у нас? — спросил я.

— Слушай, малец… — вскинулся один из них.

— Меня зовут Кеннер Арди, — перебил я его, — и я хозяин завода, который вы попытались обокрасть. Обращаться ко мне следует «господин Кеннер».

— Малец, ты не понимаешь с кем ты связался.

— Этот человек не понимает слов, — кротко сказал я охране, — вбейте в него немного уважения. Но не калечьте.

Охранники выполнили приказ с энтузиазмом, быстро и с чувством отпинав арестанта.

— Они вообще как себя ведут? — спросил я старшего охраны.

— Угрожают, достали уже.

— Если будут открывать рот без разрешения, повторяйте процедуру, пока не поймут. — охранники заухмылялись. — Помогите потерпевшему сесть. Вот так. Повторяю вопрос: кто вы такие, уважаемые?

— Мы работаем на князя. — мрачно ответил второй мужик.

— То есть вы утверждаете, что это князь приказал вам меня обокрасть?

— Зачем эти вопросы? Вы всё и сами понимаете.

— Нет, уважаемые, — отказался я, — я ничего такого не понимаю и понимать не собираюсь. У вас выбор простой: или вы даёте подробные показания в присутствии нотариуса, и мы с князем цивилизованно решаем этот вопрос, или я прикажу вас пристрелить и выкинуть в канаву.

— А так нас пристрелит князь. И какая нам разница, кто нас пристрелит?

— Мне-то откуда знать? — пожал я плечами. — Вы сами и решайте какая вам разница. Мне лично разницы нет, толку от вас всё равно никакого. В общем, до завтра подумайте, а завтра и решим с вами вопрос. Зайка, веди теперь к кладовщику.

* * *

Наконец-то этот безумный день подошёл к концу! Правда, ещё нужно разобрать пачку бумаг из сейфа управляющего, но я хотя бы дома. У меня уже в горле першит от бесконечных разговоров, а лица людей слились во что-то неопределённое. Завтра будет день не проще, именно завтра княжьи люди поймут, что что-то пошло не так, и начнут предпринимать какие-то действия. Как они будут действовать — непонятно, но совершенно ясно, что просто так они в сторону не отойдут. В школу опять не получится сходить, нужно быть на заводе, чтобы успеть вовремя среагировать на их следующий ход, каким бы он ни был.

Я, конечно,