Обратный отсчет - Токацин

Гедимин недовольно сощурился.

— Нашли на что смотреть! Сделал купол матовым?

— Весь, кроме пары просветов, — ответил Айзек со странной ухмылкой. — Заметь — смотрят они изнутри. Наружу никто не лезет.

— Ещё бы лезли, в их-то тряпочках, — проворчал Гедимин. В люк уже спускалась, переговариваясь, утренняя смена. Сармат в последний раз тронул корпус реактора и развернулся к выходу. «Ещё один день простоя. Вчера ещё и филки отдыхали. Сегодня надо бы загнать их на занятия. Пусть хоть линзы свои доделают. Да, ручная шлифовка — дело нудное. Но им вполне по силам.»

…Чаша, извлечённая из «холодного отсека» печи, уже не обжигала пальцы, но ещё хранила тепло. Гедимин поставил её на поддон, смерил недоверчивым взглядом и еле слышно хмыкнул. С Вепуатом и его «чертежом» он вчера не спорил — торопился доделать странную штуковину и разобраться с не вполне понятным обязательством. Сегодня штуковина выглядела ещё более странной, — бесформенная, несимметричная конструкция из костей, шипов и налипших тут и там ракушек. Вепуат смотрел на неё с довольной ухмылкой, Гедимин — с нарастающим сомнением.

— Здорово получилось, — сказал разведчик, обматывая ножку чаши бусами из позвонков. — Спасибо, что помог. У меня одного так не вышло бы.

Гедимин щёлкнул когтем по верхнему элементу чаши, похожему на пробитый череп.

— И как из этого пить?

Вепуат отмахнулся.

— Боги, думаю, разберутся.

Он поправил костяную «обмотку» и отступил на шаг, высматривая что-то среди инструментов.

— Кто будет разбивать?

Гедимин нехотя стащил с плеча сфалт.

— Я разобью. А ты скажешь… ну, что там надо.

Сильный удар был не нужен — странная конструкция и так не отличалась прочностью и на несколько кусков развалилась бы и от случайного падения. Осколки опали аккуратной горкой внутри кольца из бус.

— Эта чаша отправляется в Ук-кут, — с нелепой торжественностью проговорил Вепуат. — Пусть его владыки примут наше подношение!

Гедимин повесил сфалт за спину и отодвинулся. Вепуат протянул руку к бусам, но, помедлив, опустил её и взялся за сам поддон.

— Поставлю подальше, чтоб филки не влезли, — пробормотал он, задвигая осколки, так и опоясанные бусами, в самый дальний угол ниши. Гедимин еле слышно хмыкнул.

— Ждёшь ответного сигнала?

Вепуат пожал плечами.

— В незнакомых процессах лучше не торопиться.

…Горка «асбестовых» «прядей» заметно уменьшилась. «Когда всё закончится, поедем в Сфен Огня,» — думал Гедимин, обматывая пучок защитным полем и закидывая на плечо. «Проломим лаву, засядем там на сутки, нагрузим сааг-туула под завязку — и потом уже спокойно всё обработаем. По трапповым разломам лишний раз бегать не хочется. Лучше один день нормально поработать — и больше не рисковать.»

— Лёд усиливается, — пробормотал, ни к кому не обращаясь, Кут’тайри. Он встал из гамака, чтобы поздороваться, вернулся туда — и с тех пор лежал тихо, опасливо прижимая уши.

— Тебе холодно? — Гедимин покосился на термометр. «Двери я закрыл, тепло не должно было выйти…»

— Здесь огня достаточно, — Сэта вяло шевельнул ухом. — Но снаружи лёд усиливается. Я слышу их движение…

— Эти… ледяные существа? — Гедимин угрюмо сузил глаза. «Надо будет смотреть за сааг-туулом,» — мелькнуло в голове. «К нашему куполу не сунутся, но до зверька докопаются.»

— Есть способ их успокоить? — спросил сармат. — Или отвлечь? Как вы с ними обычно общаетесь?

Кут’тайри зябко вздрогнул и закутался в накидки.

— Лёд движется… — расслышал Гедимин, прежде чем он закрыл глаза.

…Вепуат стоял у поддона с осколками и задумчиво на них смотрел. Гедимин тронул его за плечо — он вздрогнул от неожиданности и резко повернулся к нему.

— Уже? Быстро ты, — пробормотал он, оглядываясь на осколки. — Ага, идём…

— Кто-нибудь следит за ущельем, где сааг-туул? — спросил Гедимин, выходя в «шлюзовую камеру». — Элоси летят сюда. Зверёк для них — первая мишень.

— Гварза с утра усилил патрули, — равнодушно отозвался Вепуат. Думал он о чём-то своём.

…Большую часть асаановой руды отложили для штатной смены. Вепуат, понаблюдав немного за работой дробилки, ушёл в лабораторию. Гедимин остался. Можно было самому и не возиться с «асбестом» — до сих пор филки справлялись сами — но более полезные занятия в голову не приходили. «Ещё три потерянных дня,» — думал сармат, сгребая в сторону размолотое волокно и растягивая по жёлобу новую «прядь». «Хорошо, хоть руду успели отвезти.»

Наверху громыхнуло. Гедимин уронил каменный боёк в жёлоб, сдёрнул с плеча сфалт и в два прыжка взлетел вверх по тропе. Он уже слышал грохот взрывов, испуганные крики и пронзительный визг.

Защитный купол снесло. Над землёй, мгновенно заиндевевшей, метались сверкающие тени. Шар плазмы ударил в одну из них, взорвался, разметав ледяные кристаллы. Что-то врезалось в гравий под ногами Гедимина, осыпав сармата каменной шрапнелью. Поле схлопнулось было, но его снова разорвало. Над холмом повисло сверкающее облако.

— Fauw! — заорал кто-то. Гедимин прокатился по мёрзлому гравию, уходя за угол — и вовремя. Там, где он только что стоял, зиял двухметровый кратер. Кто-то выстрелил из плазмомёта, но ледяное облако мгновенно разделилось, и сгусток, не задев его, пролетел мимо.

— Огонь! — крикнул кто-то. Краем глаза сармат увидел, как филки, пригибаясь к земле, несут огнемёты. Непрозрачная стена защитного поля смещалась вслед за ними. Ледяной вихрь развернулся к ней, но вторая стена приняла на себя удар — её сдуло взрывом, но первая уцелела.

«Отвлечь,» — мелькнуло в голове, и сармат одним прыжком взлетел на крышу. Защитное поле он выставить успел — громыхнуло сразу с трёх сторон, купол сдуло, но снаружи разочарованно завизжали. Часть облака поглотила чёрно-багровая вспышка. Сверкающие сгустки разметало над холмом. Гедимин выпрямился во весь рост, помахал им — и рухнул за гребень крыши, вжимаясь в камень. Наверху громыхнуло — и зашипело, обдав сармата горящими брызгами и хлопьями сажи. С тихим шелестом городской купол встал на место. Внизу кто-то в голос выругался.

— Цел? — Вепуат заглянул на крышу. Гедимин, кивнув, скатился с гребня. Разведчика внизу уже не было. Он сидел у перевёрнутой волокуши, склонившись над хрипящим и кашляющим филком. Ещё одного, сотрясаемого кашлем, Айзек нёс к бараку. Гварза, подняв генератор защитного поля, уплотнял купол изнутри. Последние филки, испуганно оглядываясь и приглушённо ругаясь, уходили в барак.

— Их привлекло тепло, — буркнул Вепуат на какой-то вопрос Гварзы и