Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

РСЗО, обрушил сверху на головы бойцов корпуса Ахмад-бея шестьдесят реактивных снарядов. Одновременно с этим, артиллерийская батарея, прикрываемая двумя батальонами драгун, выкатила свои орудия из южных ворот крепости на прямую наводку и открыла беглый огонь картечными гранатами вдоль прибрежной дороги, превращая атакующие колонны в мясной фарш.

Обе части армии вторжения обратились в беспорядочное бегство, но султану Муххамаду не повезло больше. Для него дорога домой оказалась перекрыта железной стеной щитов Первой штурмовой бригады, подкрепляемой убийственным огнём дальнобойных винтовок и сотен орудий кораблей контр-адмирала Юэля. К вечеру армия султана Муххамада (и он лично) прекратила свое существование.

Трофеями бойцов Первой штурмовой бригады стала походная казна султана, а остальное добро было оставлено с барской руки местным воякам. Хайфа-аль-Джадида ликовала. И только хмурые, неразговорчивые пришельцы с севера, только что с ужасающей легкостью, словно какого-то таракана, смахнувшие со стола истории султана Египта вместе с его огромной армией, деловито грузились на свои могучие корабли и собирались молча удалиться восвояси.

Захир аль-Умар не понимал, почему северяне не развивают свой успех, но не собирался упускать представившийся ему шанс и сам обратился к фон Клаузевицу с деловым предложением – отправиться в повторный диверсионный рейд в Египет и, воспользовавшись временным управленческим хаосом, попытаться освободить бывшего египетского правителя Али-бей аль-Кабира, томящегося в Каирской темнице.

Генерал для вида «повыёживался», а потом выставил «прайс» за свои услуги. Освобождение его соратника по борьбе с османами будет стоить Захиру ещё два ДОЛГА, однако он может убедить Али-бей аль-Кабира добровольно принять один из них на себя и тогда за Захиром снова останется всего лишь один, вместо трёх. Справедливо рассудив, что деваться узнику будет некуда, Захир с радостью согласился на предложенные условия.

Это и было сверхзадачей, которую поставил Викинг перед фон Клаузевицем и его экспедиционным корпусом – постараться (не показывая особой заинтересованности и, одновременно, засветив мощь своего оружия) привести к власти в Египте лояльного правителя. Закрывая тем самым на ближайшее время вопрос арабской экспансии на север и получая доступ к поставкам египетского хлопка, так необходимого для производства ПОРОХА, ну и ещё всяких разных полезных вещей…

Глава 13

В первопрестольной мы оказались двенадцатого июня, а уже через три дня, вечером, туда прибыли Потемкин с Гномом. Однако, собравшись за ужином, мы начали трапезу не с произношения тостов за встречу, а с поминания наших погибших товарищей.

– Давайте братцы выпьем за упокой души нашего верного друга и боевого товарища Емельяна Ивановича Пугачева, и всех бойцов группы, геройски павших в неравном бою, пусть земля им будет пухом! – поднял я стопку.

Выпив не чокаясь, я продолжил, взяв со стола бумагу:

– А вот друзья мои письмо, цена которому три десятка жизней наших боевых товарищей!

– Как это? – удивленно посмотрел на меня Потемкин.

– Да всё просто, это письмо от Пугачева, отправленное им из Перми ещё зимой. В нём он рассказывает о контактах братьев Твердышевых с архангельским городским головой Фёдором Баженовым, который пошёл на сотрудничество с англичанами. И добиралось это письмо сюда почти пять месяцев, проделав удивительный путь в шесть тысяч вёрст по Уралу, Поволжью и Новороссии до крепости Хотин, а потом через Львов, Брест, Кёнигсберг и Курляндию до Питера, и уже оттуда в Москву. Пришло только на днях, когда мы в Нижнем были. А ведь узнай я в Петрограде про эти контакты, то решил бы сначала все вопросы с ополчением на Урале и уже только потом взялся за северян. Вот вам и цена своевременного получения информации!

– Да, судьба! – вздохнул Григорий, перекрестившись.

– И вот дабы такого более не случалось, – продолжил я, – мы должны соединить всю страну линиями оптического телеграфа, удобство которого ты Григорий уже мог оценить в Крыму. Ладно, этот вопрос позже ещё обсудим, хотя подготовительную работу в Питере я уже организовал, а теперь давай рассказывай, что у нас на югах творится?

– В целом, всё слава Богу, ежели не считать известий о начале вторжения персов в азербайджанские княжества, вот, – протянул мне Потемкин донесение от атамана Кубанского казачьего войска, – перед самым моим отъездом поступило. Нашим землям покуда ничего не угрожает, однако турка, который всегда им противовесом выступал, сейчас нет, а значит совершенно неизвестно, как там может всё обернуться. Местные князьки персам не соперник, а ведь после они могут и за Картли-Кахетию взяться, что грозит уже выходом персов к побережью Черного моря. А сие нам совершенно не надобно!

– Что ж, всё идёт по плану, – усмехнулся я и пояснил для удивленно посмотревшего на меня Потемкина, – один загадочный ирландский еврей из Северной Америки предупреждал нас о возможности такого развития событий и оказался прав. Впрочем, прав и ты в том, что касается выхода к Черному морю. Новые конкуренты нам совсем без надобности!

– Командир, зато можно будет минометы испытать в реальных условиях! – взял слово Гном.

– Оба на, – обрадованно посмотрел я на него, – я не ослышался?

– Сделали шесть образцов сто двадцатых, – покачал Гном утвердительно головой, – до идеала им ещё далековато, но, в целом, продукт годный. Только мин маловато, около трехсот штук осталось после проведения заводских испытаний!

– Гномчик, – обрадованно протянул Добрый, – да ты просто красава, дай я тебя расцелую!

– Спасибо братуха, но обойдусь, – замахал Гном руками, – мне жены достаточно!

– Погоди Гном, – прервал я их дружескую пикировку, – получается ты на промышленное производство тротила вышел или всё же порохом решил мины снаряжать?

– Конечно тротилом, только производство пары-тройки сотен килограммов в месяц сложно назвать промышленным. Хотя проблема сейчас совсем не в масштабировании производства. Технологические вопросы практически решены, а вот с компонентами проблема. Вернее, с одним компонентом – азотной кислотой. До синтеза аммиака из воздуха, нам ещё, как до полета на Луну, а на селитрянницах далеко не уедешь. Дай Бог, чтобы для производства пороха хватило. Поэтому рано радоваться Командир, нужно что-то с селитрой решать! – пожал плечами Гном.

– Гном, ты гений, за такое тебе по любому нужно орден вручить, самый высший. Григорий, – повернулся я к Потемкину, – какой у нас?

– Высшим считается орден Святого апостола Андрея Первозванного! – недолго думая ответил Потемкин.

– Отлично, значит с орденом решили, а с селитрой действительно нужно что-то делать, – почесал я в задумчивости затылок и с легкой небрежностью в голосе спросил, – десять тысяч тонн хватит?

– На первое время хватит конечно, – хмыкнул Гном, – только ты так спрашиваешь, будто у тебя пара железнодорожных составов с селитрой где-нибудь в Балашихе совершенно случайно завалялась!

– Ну, составов, конечно, нет, по железной дороге у нас ты специалист, а вот