Холодный космос - Лаас

-Слишком высокая ставка, - наконец сказал он. - Ставить на приручение смерти.

-Выбор не в этом. Выбор между текущей, гарантированной деградацией и шансом, пусть даже страшным.

Максим покачал головой.

-Когда вы решили, что отдельная жизнь ничего не значит?

Кадзэ не сразу ответил. Лишь после паузы - твёрдо, глухо:

-Когда увидел, как миллиарды живут, не зная, что их уничтожат сигналы, которые мы не понимаем. Когда понял: если мы будем цепляться за каждую единицу, мы потеряем весь вид.

Он встал. Выпрямился. Взгляд был строгим, но не враждебным.

-Ты не обязан согласиться. Но ты должен понять, в какой игре оказался. Это не война за территорию. Не за ресурсы. Это - борьба за право остаться видом, а не стать субстратом для чего-то чуждого.

Максим стоял тоже. В пол оборота. Спокойный, но жёсткий.

-Тогда, может, и стоит остаться людьми, даже если проиграем. А не превратиться в чудовищ ради выживания.

-Иногда чудовище - это просто то, кто прошёл дальше, - сказал японец и направился к двери, внезапно остановился, словно собирался сказать ещё что-то. Но не стал. Просто посмотрел на Максима, как хирург на рану, которую не может зашить. Не потому что не умеет, а потому что не должен.

- Мы оба знаем, - сказал он. -Что правда не всегда выглядит красиво. Она часто приходит с грязью под ногтями и пустыми глазами. Но она всё равно лучше утешительных сказок.

Максим молчал.

-Я оставлю координаты. Не передавай их. Не запоминай, если не хочешь. Но если однажды всё пойдёт к ёкаям в зад, и ты решишь, что не можешь больше сражаться на тонущем корабле - знай: один спасательный шлюп остался.

Он коснулся еле заметного кармашка на рукаве, достал оттуда тонкий серый модуль не больше банковской карты. Кадзэ положил его на край стола, не глядя.

-План "Фудзи". Только для тех, кто осознанно делает выбор.

Максим не ответил. Он даже не двинулся.

Кадзэ кивнул, словно прощаясь не только с хозяином дома, но и с человеком, которого, возможно, больше никогда не увидит. Затем открыл дверь и шагнул в сумерки.

Он исчез так же тихо, как появился. Шаттл взмыл беззвучно, как будто забирал с собой не человека, а идею. Тяжёлую, холодную, но живую.

Глава 10

ЮНИТОЛОГИЯ: ТВОЁ БУДУЩЕЕ НАЧИНАЕТСЯ С ПОЛНОГО ПОСЛУШАНИЯ

"Свобода - это иллюзия. Истинная сила - в подчинении Целому."

ДОБРОВОЛЬНЫЕ ПОЖЕРТВОВАНИЯ: КАК ТВОИ ДЕНЬГИ СТАНОВЯТСЯ СВЯЩЕННЫМИ

Юнитология не просит - она направляет. Каждый адепт обязан внести свой вклад в Фонд Вечной Конвергенции, иначе его шансы на воскрешение резко снижаются.

Десятина Просветления - 20% от дохода (минимальный взнос).

Пожертвование Чистоты – дополнительные выплаты за "очищение от грехов прошлого" (размер определяется духовным аудитором).

Золотая Капсула - VIP-криохранилище для тех, кто пожертвовал более 1 млн кредитов.

"Не можешь расстаться с мирским? Значит, ты ещё не готов к бессмертию!"

АУДИТ СОЗНАНИЯ

Каждую неделю адепт обязан проходить Сеансы Истины, где под воздействием резонансного поля Чёрного Маркера и релаксантов он рассказывает духовному наставнику:

Все свои страхи.

Все свои сомнения.

Про всех, кто сомневается в Юнитологии.

"Если тебе нечего скрывать - тебе нечего бояться."

3. ИЗОЛЯЦИЯ ОТ "ТОКСИЧНЫХ"

Твоя семья не верит в Конвергенцию? Они уже мертвецы.

Обряд Разрыва - адепт публично отрекается от всех, кто не в Церкви.

Тотальная Блокировка - родственникам запрещено знать, где хранится тело адепта.

Кара Неверия - если кто-то попытается забрать тело из криохранилища, его объявляют "врагом Целого" и подвергают остракизму.

Любовь к семье - это слабость. Любовь к Целому - сила.

ЦЕНТРЫ ДУХОВНОГО РОСТА

Если адепт недостаточно предан, его отправляют в Храм Исправления, где он перевоспитывается через:

-Многочасовые декламации текстов Альтмана

-Физический труд (уборка криокапсул, перенос биоматериалов).

-Очистительное голодание" (3 дня без еды, только святая вода с микроскопическими дозами нейростимуляторов).

"Страдание очищает. Боль ведёт к просветлению."

ВОСХВАЛЕНИЕ АЛЬТМАНА: ОН НЕ УМЕР, ОН ЖДЁТ КОНВЕРГЕНЦИИ

Майкл Альтман - не просто пророк. Он первый из возрождённых.

Его замороженное тело хранится в секретном Храме.

Его голограммы являются адептам во время молитв.

Его голос транслируется в криохранилищах, чтобы поддерживать связь с уснувшими.

"Альтман видит тебя. Альтман знает, достоин ли ты."

ВНЕШНИЕ ВРАГИ: КОГО НУЖНО ОПАСАТЬСЯ

Правительство (скрывает правду о Конвергенции).

Учёные (называют Обелиски "опасными артефактами").

Родственники адептов (мешают чистоте веры).

Бывшие члены Церкви (предатели, которых нужно вернуть или уничтожить).

"Сомнение - это вирус. Заражённых надо изолировать."

ТЫ УЖЕ НЕ ПРИНАДЛЕЖИШЬ СЕБЕ

Юнитология - это не религия. Это - спасение.

Ты отдаёшь деньги.

Ты отдаёшь тело.

Ты отдаёшь разум.

Но взамен ты получишь вечную жизнь…

Церковь Юнитологии

Департамент Вербовки и Удержания

***

Следующие две недели Максим с Евгенией были предоставлены сами себе, никто их не беспокоил, никто не докучал с глупыми вопросами. Из-за инцидента в "Локусе" все эксперименты временно приостановили до устранения последствий. Парень догадывался, насколько серьезных.

За окном с наступлением марта полностью сошел снег и начала прорезаться зелень, что для жителя XXI века было дикостью, однако глобальное потепление, таяние ледников и повышение уровня парниковых газов сделали свое дело. Температура за окном поднималась в хороший солнечный день до плюс двенадцати.

К сожалению, гулять не хотелось, радоваться пробуждению природы тоже. Он много спал, читал, просматривал архивы и невольно всё чаще натыкался на вещание юнитологов. Эти трансляции начали лезть везде, в рекомендации, автоматические подборки новостей, даже в подсказки местной поисковой системы. Он мог бы отключить всё это, но сознательно не стал. Максим наблюдал.

И вот однажды утром, пролистывая каналы, он остановился.

На экране яркая студия, крупный логотип "Инициация: путь к Единству", в центре - человек средних лет, интеллигентного вида в старомодных очках с роговой оправой. Тот самый злополучный Джейкоб Даник. За спиной - стилизованный Обелиск, голографический и величественный. Даник говорил уверенно, чуть пафосно, словно зачитывал евангелие.

Его передачи напоминали то проповеди, то научно-популярные выступления, то гремучую смесь вышеупомянутого. Он не кричал, не угрожал, не давил на чувства. Он "разъяснял". Аргументировал. Цитировал исследования, ссылался на археологические данные, физиологию, культурологию. Он делал из Обелисков философскую систему.

-...мы стоим на пороге великой эволюции, братья и сёстры. Схождение - это не конец, но начало. Обелиск - наш проводник, наш дар, наш Путь. Он освобождает нас от плоти, слабости и страха смерти. Он ведёт к Единству.