Фиктивная невеста дракона, или Притворись моей навсегда - Мила Синичкина

знала, что мы в реальном мире, решила бы, что все вокруг сказка, где злая королева подчинила короля и королевство себе, а ее пасынок, единственный, кто не поддался чарам. Хотя король — тоже дракон, не вяжется сказка.

— Но не пасынок спасет всех, да? — невесело усмехается Нельсон, поддерживая мою фантазию. — Совсем не он. Ведь это должна сделать добрая юная волшебница, обязательно светловолосая, совсем как ты.

— Нет — нет! Если ты на что — то намекаешь, то нет, — принужденно смеюсь, чтобы разрядить обстановку. Дернуло же меня ляпнуть. — Я пошутила, всего лишь пошутила. Я раньше любила читать художественные книги, там сплошь и рядом подобные истории, а еще романтика.

— Романтика — это хорошо, — кивает Нельсон, — да и в каждой шутке есть доля правды, как говорится. Ладно, ложись спать, приставать не буду, меня моя настоящая матушка поругает, если пристану.

— А — хах, — смеюсь я на этот раз искренне, — развеселил.

— Что, не веришь? А зря. Она мне еще на болотах внушение сделала. Я ту свою мать уважаю и, что скрывать, побаиваюсь. Так что ты точно в безопасности, — полушутливо отвечает Нельсон и показательно отворачивается. — Даже смотреть на тебя не буду, не волнуйся, выходи уже из — за ширмы.

Я смеюсь, наблюдая за его театральным поведением, и поднимаю руки.

— Ладно, ладно! Я выхожу!

Немного колеблясь, я делаю шаг за пределы ширмы. На самом деле, меня мучает не то, что я не знаю, как правильно вести себя в этой странной ситуации, а страх перед тем, что придётся стать частью этой сказки, и не в качестве наблюдателя, а участника. Вернее, боюсь, я уже стала частью сказки, и мне совсем не хочется играть в ней одну из главных ролей.

— И как я тебе? — спрашиваю, шагнув в свет от очага, не сдерживаю желания покрасоваться. — Похожа на светлую волшебницу?

Я выбрала самый скромный наряд для сна из всех возможных и не опасаюсь того, что дракон увидит что — то ненужное.

Нельсон оборачивается и с преувеличенно серьезным лицом оценивает меня.

— Я же сказал, все дело в волосах, а они у тебя в точности такие, какие должны быть у добрых фей и принцесс. Ты олицетворяешь идеал добрых волшебниц.

— Хах, — фырчу я, — ты уж определись, кто я: принцесса, фея или волшебница. Это разные сущности, если ты не знал.

— Да какая разница, главное, все они светлые, не как я. Меня на роль правильного принца не возьмут.

— Уже взяли, спи давай, — отвечаю Нельсону, ложусь рядом, отворачиваюсь и испытываю непонятное щемящее чувство в груди.

А уже через секунду я проваливаюсь в сон, словно кто — то силком меня в него отправляет. Опять.

47

«Это становится дурной традицией», — успеваю подумать я, прежде чем меня окончательно уносит в волшебный сон, где мир оживает яркими красками. Спасибо, в этот раз я не брожу в тумане на болоте, я по — прежнему во дворце, даже как будто в том же самом, в котором засыпала. Правда, дворец во сне куда более наряднее, его стены словно светятся изнутри, но не зловеще, а мягко, по — доброму.

Осторожно трогаю свою голову рукой, ощущая непривычную тяжесть на макушке.

— Диадема? — шепчу удивленно.

Опускаю глаза на свой наряд и не сдерживаю удивленный возглас. На мне надето максимально необычное платье, его ткань словно соткана из сияющего света и мягких облаков. Но еще большее удивление у меня вызывает предмет в правой руке, это волшебная палочка, которая нетерпеливо искрится, генерируя тепло.

«Стоило уехать за пределы дома, и моя фантазия поистине начала творить чудеса, — думаю отстраненно. — Проснуться бы сейчас, но что — то мне подсказывает, что этот сон я не контролирую, пусть все и происходит в моей голове».

Делаю шаг к окну, хочется взглянуть на королевство, как оно выглядит в этом необычном сне. И картинка меня не разочаровывает, перед моим взором словно волшебная страна из сказки восстает: зелёные холмы, усыпанные цветами, сверкающие реки и белоснежные замки.

Да, вместо столичных домов и улиц, я вижу зелень и отдельно стоящие замки.

Но вот небеса резко затягиваются тучами, и армия сумрачных созданий, слуг противника, окружает границы зеленого светлого королевства. И, конечно, во сне я знаю, кто враг. Это злая ведьма, которая выглядит в точности, как мачеха Нельсона.

Любопытно, если днем продемонстрировать ее величеству этот сон, она сильно удивится? Может быть, после такого перестанет лезть без спроса в голову и пытаться давить?

А перед моими глазами уже появляется темный дворец, словно в противодействие светлому, в котором в данный момент нахожусь я. Это резиденция злой ведьмы.

Я вдруг слышу шёпот ветра, он зовет меня вперёд, заставляет преисполниться решимости и начать свой путь к замку врага. В моем сердце нет ни капли страха, только желание освободить королевство от темных чар. По дороге ко вражеской обители мне встречаются жители королевства, которые вновь обретают надежду в моем присутствии. Я останавливаюсь, чтобы помочь им, ведь среди них мои люди из настоящей жизни, целыми поколениями служащие семье Коуди.

Когда я наконец добираюсь до черного дворца, то вижу злую королеву, закутанную в темный плащ. Подобно моему платью он словно соткан из тьмы и коварных проклятий. Королева злится, осознавая, что её планы по порабощению королевства рушатся. Откуда — то мне это известно.

— Ты не сможешь меня остановить, Агнесс! — изрекает она с презрением, глаза её сверкают холодным светом.

— Я пришла сюда, чтобы вернуть радость и свет в наше королевство, — смело отвечаю я, вскидывая палочку. — Ты не сможешь удержать это место в своих тенях!

Очень храбро с моей стороны, но, как ни странно, получается. Свет из палочки вырывается и охватывает все пространство вокруг, разгоняя темноту и создавая щит из света, который защищает меня от злых заклинаний королевы. Но та не спит, атакует в ответ. Неизвестные заклинания срываются с моих уст, я не успеваю задуматься над их смыслом, но, главное, они работают.

Наконец, начиная уставать, я вновь вызываю мощный поток света, но посылаю его не вокруг, а прицельно в самое сердце королевы. Злая ведьма начинает дрожать и терять силу, земля вокруг нас содрогается, а глаза темной ведьмы становятся мягче, злость уходит.

Все, как и положено в сказках, добрый герой заставляет плохого стать хорошим.

Темная королева, поражённая моей добротой, начинает плакать, и то, что было заклятием, превращается в слёзы очищения. Злой налет рассеивается, и королевство вновь обретает свою гармонию.

Резко просыпаюсь в постели на