Попаданка в академию, или руки прочь от меня, Дракон! - Энже Граф

Атрин ждет меня на месте. Еще издали я вижу его фигуру и поражаюсь: если он такой огромный и мощный уже сейчас, то каким же будет, когда станет совсем взрослым мужчиной, таким, как…

Как Дастан.

Я мотаю головой, отгоняя мысли о командире саморрской стражи, и решительно иду к новенькому. Тот стоит на месте ровно, как истукан, и задумчиво смотрит на воду. Однако, не успеваю я к нему приблизиться, как он, будто заслышав звук моих шагов, поворачивает ко мне свою голову — и я вновь под прицелом его глаз. Вздыхаю. Ладно, просто смирюсь уже с этим. Быстренько выполним задание, и я от него отвяжусь.

— Привет, — здороваюсь я, бросая свою тубус с учебниками на траву, — я не опоздала.

Да, пусть мне и пришлось бежать, но сюда я подошла ровно к четырем. Атрин никак не реагирует, лишь смотрит на меня. Вздохнув, я присаживаюсь на траву и выжидательно смотрю на него снизу вверх. А он… вдруг переводит взгляд за мою спину и с каменным лицом продолжает изучать что-то, чего мне отсюда не видно.

Я недоуменно оборачиваюсь — и шокированно распахиваю глаза, ибо к нам идут…

Драконы.

Моргаю, но драконы не исчезают. Вот впереди радостно вышагивает рыжий Саррон, за ним мелко и смущенно семенит Диара, за ней — мечтательный сероглазый Улур, а за Улуром — мрачный Руввана и очень недовольная Ванира Шимер.

— Привет! — весело здоровается рыжий.

— Что вы здесь делаете? — хмурюсь я.

— Я подумал, что вместе заниматься веселее, — отвечает Саррон. И, ничтоже сумняшеся, добавляет, — а поскольку я слышал, что вы встречаетесь здесь сегодня в четыре, то подумал: а почему бы нам тоже к ним не присоединиться?

И падает рядом со мной на траву. У меня аж рот открывается от такой наглости.

— Простите, что помешали, — вежливо произносит Улур, — но если Сай вбил себе что-то в голову, то отговаривать его бессмысленно.

И он садится на траву, аккуратно и ровно, как примерный студент на занятии.

— Прости, — шепчет Диара, пристраиваясь рядом, — не успела я к нему подойти для отработки нашего задания, как он уже потащил всех сюда.

Ну это уже ни в какие ворота! Ладно б пришел один, но еще зачем-то приволок сюда всю свою компанию! И что мне теперь прикажете делать?

— Послушай, — говорю я Саррону, поскольку Атрин никак не реагирует, — тебе не кажется это невежливым? Мы здесь вообще-то договорились встретиться с Атрином.

Но Саррон вдруг смеется:

— Брось, щеночек! Ты сама столько раз приходила к нам на занятия, чтобы полюбоваться на своего драгоценного, что сейчас странно слышать от тебя о том, что это невежливо!

Я багровею. Это была не я, а настоящая Леенна!

— Она права, — вдруг говорит до того молчащий Атрин, — я ждал только ее.

— А что такое? — не унимается рыжий. — Что в том, что мы тоже присоединимся? Это ведь всего лишь подготовка домашнего задания, а не что-то большее, я прав?

— Нам здесь не рады, — цедит Руввана другу, вмешиваясь в разговор. На меня он даже не смотрит. — Неужели до тебя это до сих пор не дошло?

— Вот именно! — фыркает Шимер, моментально занимая позицию Рувваны. — Зачем мы сюда притащились?

— Вы сюда притащились за мной, — отвечает Саррон, — и сделали это потому, что мы — друзья.

Руввана иронично задирает бровь.

— Ну ладно, — сдувается рыжий, — ты пришел потому, что за тобой был должок. А все остальные потащились уже за тобой. Но! Я пришел сюда, потому что мы только и общаемся, что между собой, а это наш последний год. К тому же… — он вдруг замолкает и бросает на меня уже смущенный взгляд, — к тому же, я хотел попросить прощения.

Я удивленно склоняю голову:

— Попросить прощения?

— В конце того учебного года, — рыжий смущенно трет затылок, — мы с тобой столкнулись. Я шутил, но ты убежала вся в слезах, и до меня дошло, что я… м-м-м… был грубоват. Хотя вовсе не имел это в виду, честно! А потом было это нападение салларов, и я подумал… Что если бы, не приведи Ррох, с тобой что-нибудь случилось, последнее, что ты бы помнила обо мне, были бы те слова… Я бы себе этого не простил. Прости за тот день, Леенна. Я действительно просто шутил.

Ох… Вот уж не ожидала. Смотри, Леенна, это он извиняется перед тобой. Надеюсь, ты не будешь против, если я прощу его от твоего лица?

— Я не держу на тебя зла, — отвечаю я мягко, — ведь ты всего лишь шутил. И, раз уж до этого дошло… — я смотрю уже на Террона, — Руввана. Прости и ты меня. Я была для тебя как кость в горле. Теперь я это понимаю. И обещаю, что раз и навсегда оставлю тебя в покое. Я больше… тебя не люблю — и навязываться больше не собираюсь. Можешь вздохнуть свободно.

37

Воцаряется тишина. Все переваривают услышанное. Наконец, Руввана просто молча кивает. На его лице читается недоверие, но мне плевать. Гештальт закрыт, больше меня с ним не связывают никакие незавершенные дела.

— Что ж, — сияет Саррон, — извинения произнесены и приняты! Мы выходим на новый уровень! Теперь и позаниматься можно.

Странно было бы прогонять их после такого. Поколебавшись, я возвращаю все свое внимание Атрину — и понимаю, что ему ой как не нравится собравшаяся вокруг нас компания.

— Давай просто быстренько найдем решение, — говорю я, — и разбежимся.

Он устремляет на меня свой неповторимый взгляд. А потом легким движением руки заставляет скрыться свой тубус с учебниками. Шар в его ладони даже не успевает толком сформироваться, как все уже готово.

— Ого, — присвистывает неугомонный Саррон, — я слышал, что ты какой-то удивительный самородок с окраин, но я думал, слухи преувеличивают. Меня Сай зовут. Это Терр, Вай и Ванира.

Атрин не спешит представляться. С тревогой отмечаю, как горят его глаза. Мне это не нравится. Интуиция вопит, что происходит что-то странное, и если я не предприму сейчас никаких мер, дальше будет только хуже. Поэтому я, удивляясь самой себе, выдавливаю хриплый смешок:

— Серьезно? С начала учебы прошло полтора месяца — а вы только сейчас знакомитесь друг с другом?

— Вообще-то, — уязвленно отвечает уже Ванира, — у нас своя компания.

Я закатываю глаза. От нее так и разит высокомерием. Да и держится она чуть за спиной Рувваны, как будто боится подцепить от нас бактерии простых смертных.

— Своя-то своя, — покорно соглашается Сай и тут же лукаво добавляет, — но я-то видел,