Попаданка в академию, или руки прочь от меня, Дракон! - Энже Граф

и тому подобного. И чтобы ваша посылка не превратилась в мятую посылку, и вслед вам не понеслись проклятия, надо наложить чары обтекания — принцип тот же, что и у наших роботов-пылесосов. У чар обтекания, в свою очередь, были свои заморочки, ведь особую сложность представляют движущиеся препятствия. Ах, и ветер. Чтобы вашу посылку не снес ветер, чересчур легкие по весу предметы сначала нужно утяжелить, а затем наложить на них мини-защитный купол, а чтобы установить купол как надо, надо…

…еще много-много подобных мелочей, которые необходимо непременно держать в голове, чтобы вещь благополучно попала из пункта А в пункт Б.

Проще вручную отнести, ей-богу!

Вскоре по воздуху начинают летать предметы. Воцаряется веселый хаос. Чья-то расческа сцепляется по пути с чьей-то книгой и дальше одна едет верхом на другой. Чей-то цветок оказывается слишком легким и, пролетев сантиметров двадцать, сносится ветром прямо в воду. Маленькую подвеску то и дело швыряет то вверх, где летают более легкие вещи, то вниз, где проносятся тяжеловесы — у отправителя слишком слабая сцепка со своей стихией и недостает силенок для чар. Я азартно качу по воздуху свое перышко, прикусив от усердия язык. Рядом с моим уверенно плывет перышко Диары, и оба предмета летят по воздуху надежно и незыблемо, будто несомые невидимой рукой.

— Превосходная работа! — восклицает профессор Барадос. — По пять баллов Эрре Леенне и Эрре Диаре! Домашнее задание: отработать чары перемещения и изучить самостоятельно, как зачаровать ваши посылки от присвоения чужими лицами во время транспортировки. Урок окончен!

Я счастливо улыбаюсь Диаре:

— О, этот будет крутейший год в моей жизни!

33

Проходит неделя.

Я с огромным азартом включаюсь в учебный процесс. Утром и днем я внимательно слушаю теорию и отрабатываю практику, а по вечерам иду в библиотеку, беру учебники за предыдущие годы и наверстываю пропущенное, частенько покидая библиотеку только в минуты ее закрытия.

Внимание к моей персоне гаснет, чему немало способствует появление нового студента.

— Новенький, — удивленно говорит Диара, указывая на высоченного парня, пересекающего внутренний двор.

— И что? — я бросаю на новенького невнимательный взгляд и вновь возвращаюсь к учебнику.

— Он сразу на последний курс, — говорит Диара, — к огневикам. Да еще и не с начала года к учебе приступил, как мы, а спустя неделю. Такое тут нечасто случается. Кхм. На моей памяти впервые.

Безразлично жму плечами:

— Значит, не мог раньше. Может, в другом месте учился. Диара, смотри, как правильнее накладывать чары затемнения?

Она моментально включается в помощь:

— Смотри, тут есть одна хитрость. Надо обтечь силой предмет, но оставить немного места…

Однако, если мы легко игнорируем новенького, то остальные студенты не оставляют его в покое так просто. Парень, даже молодой мужчина, оказывается весьма красив, — такой суровой мужской красотой, — и сразу привлекает внимание девушек от четырнадцати до двадцати. Я даже слышала, как одна из стаек шепталась, что по внешности он может сравниться с той легендарной тройкой, и это только вопрос времени, когда он к ним присоединится. А вот парни-студенты отнеслись к появлению новенького более настороженно: мало того, что тот был хорошо развит физически и весьма приятен на лицо, так еще и являлся огневиком, что автоматически ставило его на класс выше остальных. В общем, внимание студентов с моей скромной персоны плавно перетекло на его выдающуюся. Я даже ему немного посочувствовала, но выкинула его из головы так же легко, как и все остальное, не относящееся к учебе.

А на следующий день у нас проходит первое парное занятие с огневиками.

Уже с утра, во время теории, девочки-аквары прихорашиваются как могут: поправляют волосы, подкрашивают губы, застегивают пиджаки плотнее так, чтобы те четче обрисовывали их фигуры. Среди них я чувствую себя старушкой, случайно оказавшей на концерте среди малолетних фанаток какой-нибудь поп-звезды.

— Перед сдвоенными занятиями всегда так? — шепотом спрашиваю Диару.

— Перед сдвоенными с огневиками, — подтверждает она, — с остальными не так… сильно.

Задумчиво киваю. Ну да, даже в моем мире женщины питают особую слабость к мужчинами в форме, а тут огневики — считай, те же солдаты. Миры меняются, женская натура — нет.

Сдвоенное занятие с огневиками проходит опять-таки у пруда. У огневиков нет своего поля. В отличие от других факультетов, они вынуждены творить чары где угодно, независимо от того, есть поблизости от них огонь или нет. Это требует большего расхода внутренних сил, и, соответственно, требования для поступления на эту специальность выше, чем на другую.

Полагаю, не зря они считаются элитой Академии.

В общем, я опускаюсь на свое обычное место у пруда и слушаю профессора Барадоса:

— Сейчас мы будем отрабатывать чары сокрытия. Задача огневика — сделать предмет, которым я вам выдам, невидимым. Задача аквара — создать точечный дождь, который бы обрисовал контуры сокрытого предмета. Совместная задача: придумать, как скрыть предмет так, чтобы тот не раскрылся под действием внешних природных факторов. Итак, сейчас делимся на группы по два человека: аквар-огневик.

Что тут начинается! Девочки-аквары разрумяниваются, мальчики-аквары скисают, огневики кто посмеивается, кто воспринимает все с каменными лицами. Среди последних — Драк Руввана, на лице которого написано, что ему до чертиков надоело вот это вот навязчивое внимание. Слева от него терпеливо улыбается Вайтар Драк Улур. Как я уже успела понять, он — самый спокойный из троицы, этакий тихоня с мечтательными глазами и мощной магией. А вот рыжий Драк Саррон — заводила. Вот сейчас он оглядывается, словно бы кого-то ищет в толпе, а потом находит глазами меня, радостно скалится и… идет прямо ко мне, явно намереваясь встать со мной в пару и не обращая внимания на взгляд, которым его одаривает Драк Руввана.

— Проклятье, — шиплю я про себя. Мне вовсе не нужно, чтобы рыжий снова привлекал ко мне внимание!

Я озираюсь, чтобы быстро встать в пару с тем, кто не так популярен, как вдруг…

Прямо передо мной возникает высоченная фигура, моментально закрывая собой рыжего. Задрав голову, я понимаю, что это новенький. Новенький устремляет на меня прямой, твердый взгляд до невозможности синих глаз — и говорит негромко, но непоколебимо:

— Я буду твоим партнером.

Звучит это слишком самоуверенно. Так, будто он и не рассматривает других вариантов. Мы с Диарой обмениваемся быстрыми удивленными взглядами, и тут до нас доходит рыжий:

— Щеночек, давай поработаем вместе. Мне столько всего хочется у тебя узнать — так и разрывает от любопытства!

И Саймор Драк Саррон бросает на новенького, который даже не шелохнулся, смешливый взгляд. Я смотрю на одного: лукавого, улыбчивого