Ангел со сковородкой - Галина Дмитриевна Гончарова

* * *

– Не жили спокойно – не фиг и начинать, – изрекла Ангелина.

Визиты посыпались, как из рога изобилия. И так же забодали[6].

С утра заявился эн Диего. Тоже принес большую корзину, правда, с ягодами и фруктами, поцеловал ручку энне Виктории и долго рассыпался в комплиментах золовке. Маму Моники он при этом вежливо игнорировал. Со спокойным лицом, равнодушно, оказывая положенные знаки внимания так отстраненно, что на месте энны могла быть любая женщина, хоть нищенка с улицы. Сестру Моники тоже. Женщины бесились и кипели, особенно энна Абриль. Ей же надо сыночка на работу пристроить, тут вроде и неплохой случай, а как?

Эн Диего виртуозно изображал, что его здесь не стояло, а на прямой вопрос пожал плечами. Он-де таким не занимается, это в кадровый отдел, может, и возьмут седьмым помощником младшего копииста. Начисто бумаги перебелять… как, почерк у Пау хороший?

Зубы у энны Абриль тоже хорошие, скрежет было на улице слышно.

Потом явился эн Энтони. Оказалось, что с эном Диего они шапочно знакомы, так что раскланялись, эн вручил Ангелине еще одну корзину с фруктами и принялся приглашать туда и сюда.

Ангелина гордо отказывалась.

И вишенка на тортике!

Не успели сесть обедать, и ведь мужчин пришлось пригласить за стол, уходить они не собирались, как в столовую заявился дворецкий.

– Эн Алонсо Асьер Сото, эн Аитор Асьер Сото.

* * *

Эны были очаровательны. Вот Ангелина, не отходя от кассы, взяла бы их на роли героя-любовника и героя-злодея. Главного. Старший был этаким Джоном Кортахарена, только повзрослевшим. Младший – Антонио Бандерас в лучшие его годы. Облизнуться и вцепиться, понятно, почему Гарази такими телячьими глазами смотрит.

А мальчики-то сыгранные. Дуэт.

Один фразу начинает, второй подхватывает.

Один кланяется, второй улыбается.

Один говорит комплимент, второй украшает его и дополняет.

Интересно…

Ангелина один раз такое видела. Только вот… ее не послушают. Эн Диего заверил Монику, что Сото исключительно благонадежны. Да и не заверил бы… не выкинешь! Стоит только посмотреть, как Гарази млеет, глядя на своего жениха, как старший его брат целует руку энне Виктории, и та стеснительно краснеет, в ее-то возрасте.

А вот дошла очередь и до Моники.

Хм. А вот Моника смотрит на обоих, как на бревнышки. Стоят тут два эна. Или два табурета. Наверное, хорошие, но поддаваться их очарованию Моника точно не собирается, вот еще не хватало. И эны не настаивают, они продолжают очаровывать остальных.

Вот и Луиза растекается сиропчиком, правда, ею занимается старший брат. А вот это интересно. Ее матушку обхаживает младший, и энна Абриль хлопает ресницами, но Гарази не ревнует. А получись наоборот? Могло бы начаться побоище.

А вот и до нее очередь дошла.

– Энна, позвольте выразить вам свое восхищение!

Ангелина и позволила. А именно – толкнула Хуана в бок ручкой сковородки, с которой не расставалась.

– Кроличек, смотри, к тебе два суслика в компанию!

Первый раз эн Хуан посмотрел на нее с симпатией!

– Энна, у вас очаровательное чувство юмора, – это Алонсо.

– Такое непосредственное, – Аитор.

– В столице люди уже не позволяют себе говорить так прямо, они потеряли эту милую естественность!

– Вы что-то потеряли? – удивилась Ангелина. – Не стесняйтесь, ищите. Может, под стол закатилось? Да вы не бойтесь, все мы эту естественность видели, дело-то житейское!

Энна Виктория захихикала, мужчины переглянулись – и окончательно записали Ангелину в дуры и хамки. Что и требовалось.

Завтрак продолжался ко всеобщему удовольствию.

* * *

Конечно, Моника обязана была принимать участие в приеме гостей. Как хозяйка дома.

Но…

У Ангелины до сих пор из одежды было только то, что из другого мира. Ну и так, несколько рубашек свекра ей подошли, его же бриджи Ангелина присвоила, на чердаке сундуки стояли. Но это же временное решение!

Спать в этом еще можно, а ходить не стоит.

Так что…

Заказ портнихе Моника отослала сразу же, и мерки тоже. А сегодня надо было явиться на примерку, и может быть, забрать готовое платье.

Так что женщины переглянулись – и удрали, прихватив Хани. А блестящее общество осталось дома, капать друг на друга ядом.

Энтони составил им компанию. Новый конюх как раз и повез всех четверых, Энтони собирался выскочить возле полиции.

– Пока ничего не известно про ликантропа?

– Было еще одно убийство. Ничего удивительного, он будет убивать. Это его природа.

– Пока его самого не пришибут? И сколько он так может бегать?

– Обычно ликантропы осторожные. Если они начинают убивать всех подряд, это значит, они срываются – и скоро окончательно потеряют осторожность.

– Его жертв это утешит, конечно.

Энтони пожал плечами.

– Это страшное сочетание, когда соединились разум человека, тело хищника и кровожадность демона. И да, остановить такое нелегко. Когда мы поедем к Долорес, энны?

Ангелина пожала плечами.

– Да хоть сейчас?

– Нас портниха ждет, – напомнила Моника.

– Ну, заедем на пять минут. Эн, вы знаете, где живет эта самая Долорес?

– Да. Туда ехать примерно час-полтора.

– И там. И оттуда… если сейчас выедем, до вечера успеем. Вы как?

– Я думаю, энны, что вы ненадолго можете заехать к портнихе. К кому, кстати?

– Эла Либфар.

– Как же, знаю. Только ненадолго. А я предупрежу на работе и куплю с собой что-то в дорогу. Если задержимся.

План вызвал общее одобрение.

* * *

Местная мода Ангелине понравилась.

Ардейл – место многорасовое, и русалы с драконами явно не желали подстраиваться под человеческую дурость. Так что одевались, кому как нравится.

Моника предпочитала классику, но Ангелине оно точно не шло. И для подруги Моника заказала другие наряды. Платье было ровно одно – на выход. Темно-вишневого цвета, насыщенное, с вырезом, Ангелина даже сама себе в нем понравилась. Две юбки, обе с разрезом, на пуговицах, удобные, чуть пониже колен. Никаких «офисных карандашей», только клеш, удобный и красивый. А еще бриджи, рубашки и жилеты. Все качественное, аккуратное, рука так и тянется погладить.

– Угадала?

– Идеально.

– Тогда переодевайся, нам еще ехать, – потребовала Моника.

Ангелина и спорить не стала. Бриджи насыщенного коричневого цвета и такая же жилетка, рубашка цвета топленого молока, в этническом стиле, с вышивкой, с завязками, прелесть просто, Ангелина сама бы такую купила, но стоит ведь дороже золота!

Хотя здесь много чего так шьют!

И ходят люди, как им нравится, и никто не фыркает. А то ты на дракона фыркнешь, а он развернется – и тебе голову откусит. Его-то потом посадят, да тебе уже не поможет!

Энтони оценил.