Новая фантастика 2026. Антология №10 - Дмитрий Швецов

пополз вбок. Сара закричала, ее крик быстро перешел в вой, а затем в рыдания. Камень наконец съехал в сторону. Мира и Саша раскидали в стороны обломки поменьше, а Фил подхватил Сару под мышки и потянул, вытаскивая ее. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: обе ноги женщины сломаны.

– Давай заберем их с собой в поезд? – с мольбой в голосе спросила Саша. – Пожалуйста, папа! Давай заберем их, пока открыты двери.

Кажется, мелкая впервые назвала его папой. Фил быстро прикинул: пока система перезагружается, они могут успеть зайти в вагон. В крайнем случае, Хранитель высадит женщин обратно на перрон, так что они ничего не теряют. Внутри у них есть шанс выжить, все же в таком поезде должны быть лекарства, медицинские капсулы и специализированные роботы. Оставить женщин в полуразрушенном тоннеле, который не ровен час обвалится, выглядело смертельным приговором.

– Тестирование систем закончено! – вдруг объявил механический голос из поезда. – Запуск протоколов системы «Хранитель» активирован!

– Помогите ее поднять! – крикнул Фил и наклонился над Сарой. Саша с Мирой смогли устроить покалеченную женщину на его руках. – Поддерживайте меня, чтобы не упал!

Он пошел в сторону вагона, покачиваясь от тяжести. Сара обхватила его за шею и тихо стонала от боли. Фил чувствовал, как от нее пахнет потом, страхом и кровью. Ничего, главное – успеть вернуться. Поезд вдруг вспыхнул огнями и загудел набирающими обороты двигателями. Фил прибавил шаг, рискуя запнуться и свалиться вместе с ношей, но еще хуже было оказаться перед закрытыми у самого носа дверями. Его с Сашей Хранитель должен пропустить, а вот у женщин шансов не останется. Что тогда делать? Оставаться с ними и искать помощь в пустом здании вокзала или скупо извиниться и затолкать внутрь поезда орущую Сашку?

Они успели. К тому моменту, как Фил добежал до двери, Саша с Мирой уже были внутри и придерживали створки. Он шагнул внутрь и наконец-то немного отдышался. Дверь за их спиной закрылась, но не до конца. Приводы жужжали, то сбрасывая, то поднимая обороты, но просвет так и не исчезал.

– Идем в салон, – скомандовал Фил. Странное чувство тревоги кружило совсем близко, но понять, чем именно оно вызвано, не получалось. Возможно, дело было в том, что интерфейс дополненной реальности так и не включился после удара. – Как система восстановится, запросим помощь.

Проход перегородил все тот же андроид с человеческим торсом. За его спиной виднелись люди со смесью тревоги и любопытства на лицах.

– Решили все же помочь? – с неприязнью бросил Фил. – Спасибо, сами справились.

– Рад вас приветствовать на поезде «Ковчег-311»! – С издевкой, как показалось Филу, улыбнулся андроид. – Мы готовимся совершить эвакуационную поездку согласно протоколам системы «Хранитель». Прошу вас занять свои места в салоне.

– Сара ранена, помогите ей! – подскочила Саша.

– Ранена? – Робот подкатился ближе. – У двоих людей отсутствует регистрация на поезд.

– Это сбой! – мгновенно выпалил Фил. – Ошибка при перезагрузке. До взрыва мы сели в вагон вчетвером, и ты нас пропустил.

– Пожалуйста, оставайтесь в шлюзовой камере входа, – голос Хранителя заговорил из динамиков поезда. – Мне нужно проверить резервные копии списков регистрации и уровни доступов. Это будет сделано сразу после завершения тестирования всех систем.

Андроид проехал мимо них и занялся осмотром дверей.

«Пошел этот Хранитель в задницу!»– Фил немного замешкался, но все же двинулся дальше, в салон. Саша и Мира не отставали. – «Я устал и хочу завалиться в кресло, а не стоять столбом у сломанных дверей!».

Несколько человек, завидев их, тут же разошлись по местам с недовольным шепотом, но Фил не обратил на них внимания. Сара дышала все тяжелее, и он чувствовал ее жар. Как же хорошо, что они успели ее достать и сесть в вагон. Теперь нужно подождать, когда все системы проверят друг друга и поезд наконец-то отправится в путь, а они выберутся на поверхность.

Спинка кресла показалась самой удобной и мягкой в мире. Фил едва не застонал от удовольствия, когда откинулся на нее и расслабил спину. Он вытянул ноги и почувствовал, как каждый вдох постепенно возвращает ему силы. Рядом в кресле ерзала Сашка, но Филу было все равно. Он как никто другой заслужил эти минуты расслабления. Хотелось отключиться от всех окружающих звуков: нарастающего шепота с соседних рядов, стонов и всхлипываний Сары, вопросов Миры и Саши. Хотелось не думать о том, что на поверхности их ждет мертвый безлюдный город. Что большинства тех, кого он знал, уже нет в живых. Что любимый магазин «Счастливый питомец» никогда больше не обслужит клиентов, а ему так и суждено остаться лишь дважды лучшим работником месяца.

– Тестирование систем и корректировка приоритетов завершена. – Голос Хранителя из динамиков поезда вырвал Фила из тревожного водоворота мыслей. – Отправление поезда через тридцать пять секунд. Желаем вам приятной поездки. Если вам что-то понадобится, кнопки вызова проводника есть в подлокотниках и продублированы в личных интерфейсах. Их работу мы восстановим в течение получаса.

Фил нащупал кнопку на подлокотнике и вдавил ее до упора. Экран в спинке кресла перед ним сменил картинку с рекламной заставки на интерактивное меню.

– Чем могу вам помочь? – спросил все тот же голос.

– Что там по медицинской капсуле? – Фил почувствовал, как поезд дернулся. – У нас тут человек с переломанными ногами, ты не забыл?

– Чем могу вам помочь? – повторил вопрос искусственный интеллект.

Поезд дернулся еще сильнее. Фил инстинктивно схватился руками за подлокотники. Саша рядом вскрикнула. Свет в салоне начал быстро затухать, а вибрация от двигателей слабеть. Фил почувствовал, как на спине выступил ледяной пот. Нет! Этого не может быть! У них же уровень доступа «А»! У них приоритет…

– Ты отцепил вагоны? – Он судорожно сглотнул. – Хранитель?

Ему никто не ответил.

Евгений Паули

Хронофабрика «Улитка»

Аркадий Орлов стоял у окна своего кабинета на втором этаже административного корпуса московского завода «Прогресс» и смотрел, как гаснут огни в цехах. Последняя смена ушла, оставив после себя звенящую, непривычную пустоту, в которой слышалось лишь потрескивание старой люминесцентной лампы над головой. «Как же тихо», – промелькнуло у него в голове. Он привык к гудению станков, к крикам рабочих, к вечному движению. Теперь эта тишина была оглушительной.

Сорок восемь лет. Двадцать три из них – здесь, на этом заводе, который теперь тихо умирал, купленный китайским холдингом. Последние десять – в кресле главного инженера. Возраст, когда итоги еще не окончательны, но уже налились свинцовой тяжестью, отдающейся в висках каждое утро.

Он провел ладонью по идеально чистому столу