Эксфэр - Максим Небокрад

в прошлый раз они всё-таки слышали мой голос, а теперь захотели подробностей. Вдруг стало ясно, зачем нас задержали на работе с дурацким экзаменом.

«Вот же твари, — раздражённо подумал я, прикидывая, где могли быть жучки. — Вы ещё над унитазом камер навешайте».

Теперь отсюда созваниваться опасно — придётся ездить в компьютерный клуб.

Осознание, что за мной следили практически везде, ужасно нервировало, и оттого моё настроение было ни к чёрту. Я начал осторожничать, поменьше сплетничать и всё так же избегал компании Маши, которая, кажется, начала что-то подозревать.

За два часа до выезда на задание я решил заглянуть к Алексею:

— Товарищ майор, разрешите?

— Заходи. Что у тебя?

— Мне обязательно ехать?

— Выражайся яснее.

— Вы можете поехать без меня, — произнёс я. — Можно после допроса передать всю информацию по телефону. Мне ведь не нужно быть вместе с вами.

Алексей почесал гладко выбритую щёку и кивнул в сторону стула. Я уселся, и он спросил:

— Не хочешь марать руки?

— Не хочу смотреть на пытки, — признался я. — Вы этого не видите, а мне придётся с этим жить.

— Какая разница, если всё происходит в твоей голове?

— Для меня — большая разница.

Алексей коротко усмехнулся:

— Правда думаешь, что кто-то горит желанием брать неопытного юнца на такие операции?

— Тогда зачем…

— Затем, что ты — наша гарантия.

— О чём вы?

— Твой дар можно подтвердить только на словах, поэтому…

— Не только на словах.

— Не перебивай меня, сынок, — жёстко сказал Алексей. — Какие бы результаты ты ни обеспечивал, всё держится лишь на доверии. Никто не знает, когда ты можешь ошибиться.

— С симуляцией нельзя ошибиться.

— Правда? А вдруг твоя симуляция случайно не сработает? — Алексей наклонил голову и заговорил тише: — Когда все в одной лодке, работается легче. Если ты рядом с парнями, значит, тоже несёшь ответственность.

Я понимал, о чём он говорил, и оттого злился ещё больше. Его омерзительная улыбка окончательно вывела меня из себя. Я поднялся и бросил в него стул, на котором только что сидел. Алексей едва успел защититься руками и заорал:

— Ты что творишь, сука⁈

— Извините, товарищ майор, нервы, — произнёс я и, наслаждаясь его перекошенной физиономией, перезапустил цикл.

Максим выглядел, мягко сказать, плохо: бледное лицо отражало усталость и истощение, а тёмные круги под глазами говорили о бессонной ночи. Наверное, не стоило ему говорить о пытках в прошлый раз, но время вспять не повернуть.

— Подъезжаем, рожи прикройте, — скомандовал командир с позывным «Берёза», который на этот раз был вместо Алексея.

Все натянули балаклавы, и Берёза обратился ко мне:

— Крот, подтверди готовность.

— Симуляция активна, — произнёс я.

— Рот не открываем, работает по плану.

Фургон остановился, и мы повылазили наружу. Я огляделся: кажется, это был какой-то коттеджный посёлок. Я встретил взгляд Максима и коротко кивнул, чтобы поддержать его. На высокий забор поставили две лестницы, и агенты начали лезть во двор. Я услышал лай собаки, а затем два коротких выстрела. Мы с Максимом перелезли одними из последних.

Двор был богатый: ухоженный сад, усыпанный цветущими клумбами и редкими деревьями; обустроенный пруд с удивительно прозрачной водой; небольшой, но красивый фонтанчик, который сейчас был выключен. Да и особняк соответствовал месту — величественное строение из кирпича с высокими колоннами и грандиозными окнами. Я заметил убитую собаку и, старясь на задерживаться, рванул за группой.

Агенты выломали дверь и забежали внутрь. Через какое-то время раздался крик мужчины, а затем неожиданно и протяжной визг женщины. Я переглянулся с Максимом, но не посмел заговорить. Мы зашли в большую комнату, и перед нами предстала семейная пара: пожилые мужчина и женщина, которых уже усадили на стул.

Агенты позакрывали все окна, задвинули шторы, закрыли двери, и мужчина сбивчиво заговорил:

— К-кто вы такие? Что вам нужно?

— Неважно, Игорь, — произнёс Берёза, достав нож. — Я задаю вопросы, а ты — отвечаешь. Если ответ мне не понравится или ты решишь соврать, то я отрежу тебе палец. Сделаешь ошибку ещё раз — отрежу палец твоей жене.

Женщина вся затряслась от страха, а я понял, что Берёза совсем не блефует.

— Вопрос первый: зачем ты встречался с Тихим неделю назад?

— Какой ещё Тихий?

— Ты знаешь, о ком мы говорим.

— Не знаю! Если вам нужны деньги, забирайте всё! Мне не нужны проблемы!

Берёза взглянул на Максима, и тот тихо произнёс:

— Врёт.

Парочка агентов схватила Игоря за руку.

— С-стойте! Вы беспредельщики! Беспредельщики!

Берёза не остановился и, крепко схватив мизинец, отрезал его одним резким движением. Игорь заверещал, и через миг ему в лицо прилетел удар, сломавший нос с мерзким хрустом. Я вдруг заметил, как женщина начала заваливаться набок — один из агентов успел поймать её и уложить на пол.

— Вырубилась.

— Итак, давай попробуем ещё раз, — совершенно спокойно произнёс Берёза. — Если попытаешься соврать, на этот раз отрежу ухо.

— Виделся, — приглушённо сказал Игорь. — Виделся…

— Зачем?

— Обсуждали… дела.

— Какие дела? Конкретнее.

— Он… он предложил совместный бизнес.

— Какой бизнес?

— С ресторанами, но я… я отказался.

Берёза обернулся, и Максим снова произнёс:

— Врёт.

Не раздумывая, Берёза схватил Игоря за ухо, занёс нож, и тот заорал что есть мочи:

— Я всё скажу! В-всё скажу! Стойте! Пожалуйста!

И он начал говорить: про откаты, про рейдерский захват, про взятки, про связи с какими-то авторитетами из криминального мира. Всякий раз, когда он пытался выкрутиться, Берёза задавал конкретные вопросы, а Максим различал ложь. В разговоре было так много деталей, что я осознал главное: передо мной сидел не просто человек, связанный с бандитами, а ещё и крупный чиновник.

— Всё записал? — обратился Берёза к агенту, который записывал в блокнот самые важные детали.

— Да.

— Крот, прочитай, возвращайся и доложи.

Я принял блокнот в руки и, посмотрев на Игоря, решил воспользоваться моментом:

— Ваше полное имя и должность.

— Голубцов Игорь Павлович, — на автомате ответил Игорь. — Заместитель губерн…

Берёза шлёпнул его по лицу, заставив замолчать, а затем толкнул меня в сторону двери. Как только мы оказались в другой комнате, он спросил:

— Ты что творишь, салага? Берега попутал?

— Я имею право знать, кого мы допрашиваем.

— Тебя не должно заботить, кто он такой.

— Это же чиновник!

— Малой, сними розовые очки — у этого чиновника руки по локоть в крови, поэтому заканчивай со своими закидонами.

— И чем мы тогда отличаемся от синдиката? — спросил я. — Мы используем дар во зло!

Он коротко усмехнулся и покачал головой:

— Во зло, мать твою… Поработаешь с этими мразями хотя бы годика два, тогда и поговорим. А сейчас прочитай записи и используй свои грёбанные фокусы. Ныть будешь в другом месте!

Глава 24

Свою работу я всё же выполнил и доложил обо всём Алексею — даже не потребовался второй цикл. Судя по виду, он был крайне доволен. После разговора с Берёзой я решил, что нет смысла что-то обсуждать: у них был свой взгляд на мир — отчасти оправданный, но совсем не близкий мне по духу.

Наверное, Лидия Анатольевна сейчас была единственным человеком, с которым я мог поговорить откровенно. Минуя встречу с ребятами из своей группы, я направился прямиком к ней. Как обычно, в приёмной меня встретила Катя:

— Привет, Костя.

— Привет, Катя, Лидия Анатольев…

— Она тебя ждёт.

Я слегка удивился, но не подал виду:

— Ждёт?

— Да, проходи.

Постучав для приличия, я открыл дверь и вошёл в кабинет. В первую очередь мой взгляд упал на несколько коробок, стоящих у шкафа, а затем и на обложенный папками стол.

— Здравствуй, Константин. Закончили?

— Да… А вы?..

— Перевод в Оперативно-поисковое.

— Уже?

— Сегодня последний рабочий день, — улыбнулась она. — Знала, что ты сразу зайдёшь ко мне.

Злость как рукой сняло, и я устало сел на свободный стул.

— Кого вместо вас поставят?

— Ещё не знаю. Разве это что-то меняет?

— Лидия Анатольевна, вы знали, что мы будем допрашивать заместителя губернатора?

— Ты в симуляции?

— Всегда, как вы и советовали.

— Хорошо… Да, знала.

— И что вы об этом думаете?

— Ты знаешь, — произнесла она. — Это не мои методы.

— У меня очень плохое предчувствие, Лидия Анатольевна, — пожаловался я.

Она отвернулась к окну и, тяжко вздохнув, произнесла:

— Мне было хотелось верить, что тебя ждёт головокружительная карьера, но…

— Но?

— Твой дар — твоё