Эксфэр - Максим Небокрад

— Секундочку… — протянула Регина. — Маша следила за нами?

— Да.

— Почему мы об этом узнаём только сейчас?

— Так было проще приглядывать за ней. Не берите в голову.

— «Не берите в голову», — цокнула Регина. — Тогда что изменилось? Зачем об этом рассказывать?

— Затем, что среди нас появилось много недовольных. Поаккуратнее со словами в её присутствии. Теперь Лида вас не прикроет.

Регина взглянула на меня и заметила:

— Ты не выглядишь удивлённым.

— Маше поручили следить за ним, — произнесла Алина. — Лида его предупредила.

Я встретился глазами с молчавшей Аней и заметил лёгкую ухмылку на её лице.

— В смысле, Костя? — возмутился Максим. — Ты тоже знал и нам не сказал?

— Прости, Макс, — улыбнулся я и решил пошутить: — Из головы как-то вылетело.

— Бардак! — Максим демонстративно хлопнул по столу, и все дружно засмеялись.

На этот раз операция по захвату офиса завершилась успешно, потому что мы увеличили число агентов чуть ли не в пять раз — всё благодаря подключившимся подразделениям из ЦСН. К тому же мы имели сведения о том, с кем придётся столкнуться. Да и снайперы, которых не было в прошлый раз, неплохо так подсобили.

Единственная проблема была с синдикатовцами из квартиры, которые тоже оказали довольно серьёзное сопротивление. Из-за серьёзного ранения одного из наших агентов мне пришлось прожить дополнительный цикл, но больше проблем не было. Из-за масштаба операции кое-что просочилось в новости — СМИ заявили, что ФСБ захватило террористов, готовивших теракт.

В «Колыбель» — специализированную тюрьму для эксфэров — поместили всех захваченных, среди которых были не только опасные преступники, но и обычные люди, трудившиеся в консалтинговой компании. То есть, учитывая ситуацию, тюрьма стала и неким фильтрационным пунктом. Разумеется, наше с Максимом присутствие было обязательным, поэтому одним ранним утром нас отправили туда вместе с сопровождением.

Я сидел на заднем сиденье автомобиля и смотрел в окно: стремительно пролетали машины, суетливо мчались по тротуарам люди. Я прикрыл глаза, желая вздремнуть, и Максим вдруг сказал:

— Муслим теперь на ближайший месяц в их офисе застрянет.

— А?

— В офисе синдиката. Будет в прошлое заглядывать.

— Это да…

— Как думаешь, проведут суд?

— Суд? — усмехнулся я. — Чтобы они во время заседания судью подпалили?

— Кирилл сказал, что какой-то закрытый процесс должен быть. Ну так… Чисто для вида.

— Может быть.

Я опустил веки, и Максим снова заговорил:

— Консалтинговая компания… Знаешь, навевает воспоминания.

— О чём?

— Я же помощником аудитора работал.

— Точно, — вяло кивнул я. — Ты говорил.

— Правда? Рассказывал уже?

— В первый день нашего знакомства.

Я посмотрел на сидящих впереди агентов. Они молча наблюдали за дорогой, но было ясно, что они слушают и запоминают каждое произнесённое слово.

— Весёлое было время, — хмыкнул Максим. — Мой начальник, аудитор, всегда меня с собой на разговоры брал.

— Он знал о твоём даре?

— Я ему соврал, что в психологии понимаю.

— Языки жестов?

— Типа того.

— Как ты вообще попал в управление?

— Брат надоумил.

— У тебя есть брат?

— В погранвойсках служит, — усмехнулся Максим, посмотрев в окно. — Офицер, гордость семьи… А я даже в армии не был и университет бросил.

Кажется, для него это была больная тема. Я решил подбодрить:

— Да кому университет нужен? Знания сейчас и в интернете можно получить. Среди программистов вообще каждый третий без образования, и ничего — работают.

— Наверное, — произнёс Максим. — Знаешь, родители до сих пор думают, что это брат меня по своим связям сюда засунул. Он про мой дар в курсе был и всего лишь посоветовал письмо в ФСБ направить. Ну я и направил.

— И тебя взяли в УСАД.

— Проверили и взяли, — медленно кивнул Максим, а затем оторвался от окна и взглянул на меня: — Дурак, да?

— Да почему дурак, Макс? — улыбнулся я. — Если ты хотел служить на благо родины, то что здесь плохого?

Максим поддержал мою улыбку, и я спросил:

— Родители, значит, в курсе?

— Ну, про дар знают, конечно… Правда, не особо всё это одобряют.

— Почему?

— Верующие, — лишь сказал он и, отвернувшись, умолк.

Глава 26

«Колыбель» находилась в черте города. Со стороны тюрьма выглядела, как обычно: крепкие металлические ворота, высоченные стены с колючей проволокой и наблюдательные вышки. Забавно, что на протяжении нескольких лет здесь содержался один единственный эксфэр — да и тот, как я знал, не имел отношения к синдикату.

Нас проверили на посту, и мы зашли внутрь. Через несколько минут нас встретил Юрий — капитан, которого перевели в наше управление из ЦСН. Он кивнул двум агентам, сопровождавших нас, а затем поочерёдно посмотрел на меня и Максима:

— Ну что, готовы к работе?

— Готовы, товарищ капитан.

— Познакомьтесь. — Он указал рукой на мужчину, которого я видел впервые. — Старший инспектор отдела охраны.

— Матвей, — поздоровался мужчина, протянув ладонь.

— Константин.

— Максим.

— Идите за мной.

Мы очень медленно передвигались по тюрьме, то открывая двери, то закрывая их, прежде чем пройти дальше. В конце концов мы дошли до широченного помещения с высоким-высоким потолком. Я посмотрел по сторонам у видел металлические двери.

— Тюремные камеры на два этажа, — сказал Матвей.

— Сколько здесь мест? — спросил я.

— Восемьдесят. Дальше ещё два точно таких же помещения.

— Значит, всего двести сорок камер, — пробубнил Максим.

— Если припрёт, расширимся, — произнёс Матвей и, посмотрев на Юрия, сказал: — Нам бы Володю сначала дождаться.

— Володю?

— Тьфу ты! Владимира Николаевича — начальника отдела режима и надзора. Он сейчас что-то с вашими там обсуждает.

— Мы не спешим.

— А камеры как-то защищены? — спросил Максим. — Тут же не обычные заключённые.

— Ещё бы, — кивнул Матвей. — Усиленные стены, толстенная дверь, а изнутри всё обшито металлом, чтобы в случае чего ток пустить.

— Ток?

— Ну да. Вдруг стену громить начнут? А если под напряжением будет, то никто и дёрнется. Ещё и на каждом ошейники с зарядом.

— Про ошейники слышали.

— Ну ещё и наблюдение с каждого угла. Тюрьма добротная, хорошая. Вы если…

Матвей не договорил, потому что здание вдруг заметно тряхнуло. Мы все переглянулись, и Максим неуверенно спросил:

— Землетрясение?

Я почувствовал под ногами вибрацию ещё раз, и вдруг завыла сирена. Из рации Матвея донеслось:

— На нас напали!

— Кто⁈

— Не знаю, но они взорвали ворота!

— Открывай двери! — заорал Юрий. — Быстрее!

— Остаёмся здесь! — сказал Матвей. — Раз тревога сработала, поддержка выехала! — Он посмотрел в другой конец помещения и погрозил кулаком двум надзирателям: — Коля, Олег, чего встали, как вкопанные⁈ Занимайте позицию!

Рация Матвея начала беспрерывно шуметь: то и дело кто-то передавал приказы. Я почувствовал ещё один толчок под ногами, и Максим тревожно спросил у меня:

— А нам что делать?

— Наблюдать, — ответил я, перехватывая пистолет поудобнее. — Посмотрим, чем закончится.

— Какой-то ты чересчур спокойный, — нервно сказал он, а затем его лицо вдруг прояснилось: — Ты в симуляции?

— Да.

— Давно?

— Как проснулся.

— Это хорошо…

— Они дошли до первого корпуса! — раздалось из рации. — Когда придёт подмога⁈

Я расслышал автоматные очереди и крики. Мы рассредоточились и выставили оружие. На мгновение всё затихло, а затем я услышал какое-то странное шипение. Приглядевшись, я заметил, как начала образовываться дыра в двери — с каждой секундой она становилась всё больше и больше. Юрий открыл огонь, и мы поддержали его, однако через миг внутрь залетела граната.

— На пол!

Едва я успел упасть лицом вниз, как раздался взрыв. В ушах раздался оглушительный звон, словно одновременно зазвенела тысяча колоколов; воздух наполнился дымом и пылью. Мне хватило нескольких секунд, чтобы прийти в себя и встать на колено — всё-таки не первый раз бываю в такой заварухе. Я прислушался к ощущениям: вроде бы осколки меня не задели.

Я схватил пистолет двумя руками и, увидев силуэт в дверном проёме, начал палить наобум. Меня поддержали откуда-то сзади, однако ответный огонь не заставил себя ждать, и пришлось прятаться за одним из столов.

Слух начал потихоньку возвращаться, и до меня донеслись непрекращающиеся стоны поблизости. Вскоре я услышал Максима:

— Больно… Больно…

Я увидел его лежащим невдалеке. Максим держался дрожащими руками за живот и прерывисто дышал. Он повернул ко мне своё лицо и пробормотал:

— Выр… вырубай симуляцию… Прошу…

Раздавшийся над головой взрыв застал меня врасплох. Упавшие обломки чудом не задели меня, но грохнулись прямо на Максима. Я закашлялся от пыли и попятился к стене. Быстро сменив магазин, я краем глаза заметил упавший сверху обыкновенный детский попрыгунчик — он начал отскакивать прямо