Развод с драконом. Фабрика проклятых невест - Мила Дуглас

Рейнар подошёл сзади и обнял меня за плечи. Я откинулась назад, прижимаясь к его груди.

— Ты могла бы вернуться в свой мир, — произнёс генерал негромко. — Астара сказала на суде, что связь, которая тебя призвала, всё ещё активна. Если найти правильные слова, воссоздать ритуал… портал можно открыть снова. Ты могла бы увидеть своих друзей. Всё, что оставила.

Я закрыла глаза. Перед внутренним взором промелькнули образы: залитый неоном подмосковный проспект, швейный цех с рядами машинок и маленькая квартира с видом на панельную девятиэтажку.

Вадим с его дурацким парфюмом — так, это я быстро отогнала.

Но остальное — да, оно было моим. Частью меня. Той Вики Глебовой, которая когда-то бесилась из-за задержек поставок и мечтала о чём-то большем, даже не зная, что это «большее» окажется драконьим генералом с ледяными глазами и сердцем, способным растопить любой лёд.

— Я не хочу обратно, — сказала я тихо, открывая глаза и глядя на падающий снег. — Там, в моём мире, у меня была жизнь. Работа, друзья, кошка соседская, которая приходила ко мне на подоконник, потому что у соседей она не получала достаточно внимания. Но не было дома. Понимаешь? Дома!

Я повернулась к нему и крепко обняла.

— Мой дом — здесь, — произнесла я. — С тобой. С Беатой и девчонками с фабрики, которые шьют свадебные платья и теперь не боятся, что к ним прикоснётся ледяная смерть. И даже с твоей генеральской привычкой командовать, которую я всё ещё пытаюсь из тебя выбить, но, честно говоря, уже не очень стараюсь.

Он усмехнулся, и его руки скользнули с моих плеч на талию, притягивая ближе.

— Это был риторический вопрос или ты правда думала, что я отвечу «знаешь, дорогой, ты прав, пойду-ка я обратно в Подмосковье, тут у вас холодно и драконы кусаются»? — добавила я, возвращаясь к своему привычному тону.

— Элина, кажется, я сам тебя сейчас брошу в этот портал.

— Ах, ты чешуйчатый гад. Вот только порычи на меня, — я приподнялась на цыпочки и поцеловала его в уголок губ, — если ты думаешь, что после всего, через что мы прошли, я позволю тебе от меня избавиться, ты сильно ошибаешься. Я только-только наладила поставки синего бархата. Свадебный сезон на носу. У меня контракт с императорским двором. Какие могут быть порталы?

Он засмеялся, подхватил меня на руки и закружил.

— Значит, остаёшься, невозможная женщина?

— Остаюсь, — подтвердила я, обнимая его за шею. — Я уже дома, Рейнар. И этот дом — ты.

Глава 29

Месяц, целый месяц мы жили с генералом по-настоящему как муж и жена. Без интриг, подковерных тайн. Просто наш замок и мы вместе. Два взрослых человека с устоявшимися привычками пытались втиснуть свои жизни в одно общее пространство. Получалось иногда с переменным успехом.

Наш первый семейный скандал случился не из-за ревности и даже не из-за того, что Рейнар снова попытался командовать мной, как своим адъютантом. Мы поссорились из-за того, что он разложил свои военные карты на моём раскройном столе, а я в ответ развесила образцы шёлка на его тренировочном манекене для отработки ударов мечом.

— Ты превратила мой тренировочный инвентарь в болванчика! — возмущался Рейнар.

— А ты завалил мой раскройный стол картами сражений, которые закончились сто лет назад! — ворчала я, скрещивая руки на груди. — Между прочим, у меня завтра приёмка новой партии бархата, и если я не подготовлю лекала, девушки останутся без работы.

— Столетняя давность — это классика военной стратегии! Я изучаю их для лекции в Академии!

— А я изучаю, как впихнуть в твой гардероб хотя бы одну нормальную рубашку, потому что ты носишь мундир даже за завтраком. Ты в нем спишь, что ли?

— Нет, я сплю без мундира, и ты прекрасно это знаешь, — понизил он голос до опасного, и я на секунду сбилась с мысли.

— Не переводи тему, Рейнар! — И ткнула пальцем в его сторону. — Я требую равноправия. Тащи свою военную стратегию в кабинет, я размещу свои лекала в мастерской. И никаких общих помещений для работы. Встречаемся в других местах!

Я демонстративно сдула челку. А Рейнар рассмеялся.

— Договорились, невыносимая, — подходя ко мне, произнес муж. — Как насчет того, чтобы сейчас встретиться в нашей спальне, или ты предпочтешь малую гостиную?

— Боги, ты только об этом и думаешь. А не о своей лекции! — притопнула я угрожающе.

— Я и не хочу знать ни о чем другом, когда ты рядом. Ни о ценах на шерсть, ни о поставках бархата. И даже ни о сражениях.

Рейнар подходил ко мне все ближе, сокращая расстояние до опасного. Того, когда я уже не думаю, а сама вцепляюсь пальцами в его мундир и жадно целую.

Но жаркая сцена так и не произошла, потому что нас прервали слуги на самом интересном месте. А вот вечером, в спальне, когда мы оба задержались допоздна в своих рабочих кабинетах, наша близость раскрылась в полной мере. Рейнар до поздней ночи сидел над докладами из Генерального штаба, которые ему прислали с пометкой «срочно», а я изучала чертежи нового раскройного станка, который обещал увеличить производительность фабрики на треть.

Идею я принесла из своего мира: по сути, это был прототип ленточной раскройной машины, только на магической тяге. Кристалл-накопитель, направляющие ролики, система подачи ткани — ничего сложного для империи, где давно использовали магию в быту, но почему-то никто не додумался применить её к швейному делу.

Я уже легла в постель, когда дверь открылась и вошёл Рейнар. Выглядел он усталым. Мундир был расстёгнут, а волосы небрежно растрёпаны.

— Ты опять работал до полуночи, дорогой, — произнесла я тихо.

— Ты тоже, — отозвался он, стягивая сапоги и падая в кресло напротив кровати.

— Я хотя бы не командую армией, у которой нет выходных. Мой станок подождёт до завтра. А твои доклады, судя по количеству, содержат информацию о заговорах, вторжениях и прочих неприятностях, которые не могут ждать ни минуты.

— В основном это прошения о повышении жалованья и жалобы на качество провианта в северных гарнизонах. Заговоров на этой неделе всего два, и оба мелкие.

— Всего два, — я фыркнула. — Как скучно ты живёшь, генерал.

Он усмехнулся и потёр переносицу. Потом перевёл взгляд на мои чертежи, которые лежали на прикроватной тумбочке, и его брови поползли вверх.

— Это то, о чём я думаю? Твой «раскройный монстр», от которого, по словам