Миссия - Евгений Сагдиев

— Да и не можем понять причин, — признался учёный. — Первая и очевидная мысль, только мощная солнечная вспышка могла вывести их из строя.

— Она была?

— Нет. И из-за этого напрашивается другой логический вывод, — лицо Королёва приобрело задумчивый вид, не предвещающий ничего хорошего. — Это «Объект».

— Каждый из нас наверняка уже успел подумать об этом, — произнёс Роберт, поглядывая через лобовой иллюминатор в сторону недружелюбно выглядящей планеты. — Интересно, почему именно сейчас?

Королёв пожал плечами. — Тем более после того, как вы почти добрались до них? Может, они этого и ждали.

— Что? — Дилип не мог удержаться от удивлённого возгласа. — Вы в самом деле предполагаете, что они так долго и терпеливо ожидали, когда кто-нибудь прилетит к ним с Земли?

— Есть причины так думать. Выход из строя всех спутников только одна из них, перестали поступать сигналы с корабля пришельцев.

— Как?

Дилип и Святослав потянулись к пульту.

— Вовсе нет, — произнёс Святослав, — мы их до сих пор ловим.

— Интересно, — медленно сказал Королёв, протягивая каждую букву. — Выходит, они блокируют сигналы, отправляющиеся на Землю. Для них вы более важная цель.

— Хотите сказать, они тем самым показывают, что собираются вступить в контакт именно с нами? — после вопроса Чана команда невольно переглянулась между собой. Да, их готовили к тому, что именно они первыми встретятся с обитателями «Объекта», но планировалось, что с Земли ими будут управлять и подсказывать, что делать дальше. А сейчас выходит, пришельцы решительно отсекают Землю от любых попыток воздействовать на переговоры.

Дмитрий ощутил лёгкое возбуждение, приходило осознание той ответственности, которую на них возложили изначально. Теперь всё действительно может зависеть от них. А ещё подумал, что это самый необычная беседа в его жизни, чтобы получить ответ на вопрос или услышать мнение собеседника необходимо выжидать минуты.

— Похоже, это их выбор, — задумчиво произнёс Королёв. — Вам придётся взять управление кораблём полностью в свои руки.

— Мы это понимаем, — за всех ответил Григорьев. — Как дела дома?

— Неплохо, — уклончиво произнёс Королёв, — хотя среди людей всё же утвердилась позиция, что «Объект» это астероид, которому повезло зависнуть над Венерой. А когда узнают, что ещё и сигналы с него пропали, — вздохнул учёный, — боюсь, данная точка зрения окончательно возобладает.

— Ладно, мы разобрались, что к чему, — Григорьев пригладил бороду, — на вахте останусь я и Джексон, остальные могут вернуться в свои комнаты для дальнейшего отдыха.

Усмешка Родриго показала, что теперь точно никто не заснёт.

Дмитрий, вернувшись к себе, был в полной уверенности, не видать ему сна ни в одном глазу. Но, размышляя о случившемся и переваривая разговор с Королёвым, не заметил коварно подобравшейся дрёмы. Проснувшись, ощутил голод.

Когда вплыл в столовую, то увидел сидящих Роберта и Линя.

— Остальные дрыхнут, — пояснил Роберт, видя, как мужчина вертит головой в недоумении. — Сказалось нервное напряжение, ну и те трое до сих пор в кабине управления.

— Сложная выдалась ночка, — Дмитрий, держась за край стола, подплыл к холодильнику, открыв, вытащил первый попавшийся тюбик. Овощная смесь с мясной подливой.

— Верно, а ещё связь с Землёй пропала.

Дмитрий вяло отреагировал на новость, нечто подобное должно было произойти, исходя из предшествующих событий.

— Теперь мы один на один с неизвестностью, и случись с нами что-либо, никто никогда не узнает истины, — подытожил американец.

Дмитрий примостился на своё место, скрутил колпачок. — Прозвучало так, словно мы на корабле обречённых.

Роберт отреагировал фирменной усмешкой. — Кто знает, приятель, кто знает.

Глава 12

Команда «Миссии» сосредоточилась на том, чему их учили в течение полутора лет, а именно выполнить поставленную задачу, добраться до «Объекта».

Теперь экипаж облачился в рабочие комбинезоны, домашняя одежда скручена и спрятана в мешок.

Ву, Григорьев и Джексон вели «Миссию» по оставленным спутниками координатам, не до конца доверяя автоматики.

— Вот о чём думаю, — произнёс как-то Григорьев, почёсывая кончик носа и не отрываясь следя за монитором данных, — если те, кто на корабле предположительно, смогли вывести разом из строя все спутники и отрезать нас от Земли, значит им ничего не стоит захватить управление нашим судном.

Опытный космонавт порой называл «Миссию» на морской манер.

Ву согласно кивнул, а Джексон, нахмурившись, развил мысль: — Предлагаешь, полностью отказаться от искусственного интеллекта? Не опасно для нас? Человеческий мозг не так быстро информацию переваривает, а мы сейчас в неизвестном нам месте.

Григорьев повернулся к Дилипу: — Есть возможность свести автоматику управления кораблём до минимума, что не отразится на её системах?

— Подобный режим предусмотрен, — отозвался индус, тёмно-карие глаза блеснули, попав под свет. — Только я советую пока воздержаться от этого шага.

— Почему?

Дилип указательным пальцем нацелился на Джексона: — Он прав в том, что человеческий мозг не так быстро переваривает информацию, я бы предпочёл отдать задачу для выполнения гравитационных манёвров искусственному интеллекту.

По итогу Григорьев оказался в меньшинстве, искусственный интеллект продолжал вести корабль к судьбоносной встречи, но под присмотром людей.

Спустя пару дней Святослав огорошил очередной новостью.

— Их сигналы изменились! — щёки парня от возбуждения порозовели.

— Они вышли на связь? — встрепенулся Чан.

Дмитрий ощутил медленно нарастающий ком недоброго предчувствия, он поднимался в груди и возвещал о возможной опасности.

Возможной?

Во время войны Дмитрий чаще полагался на выработанный инстинкт, рефлекс, да назови как угодно, предупреждающий о неминуемой угрозе. И он ни разу его не подвёл.

Именно то чувство заставляло его менять позицию, а потом по ней били из миномёта.

Стоило отодвинуться чуть вбок, и пуля снайпера с голодной яростью впивалась в землю. А сколько раз зачем-то брошенный косой взгляд в небо спасал его от дронов-убийц, и вовсе не перечесть.

Вот и сейчас то самое чувство, спокойно дремавшее после окончания войны, напомнило о себе неприятным лёгким жжением в груди. Поймал на себе взгляд Роберта и понял, у