"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 - Женя Юркина

он никогда не заглядывал. Но сейчас, не сдерживая эту личность, Дарт позволил ей проявиться и заговорить. Он вдруг понял, что именно почувствовал, слушая рассказ девочки о том, как забрали ее сестру.

В приюте такое уже случалось, прямо на его глазах. Просто тогда он был слишком мал, чтобы понять истинную природу вещей, и слишком доверчивым, чтобы распознать ложь. Но даже по прошествии лет он помнил то самое имя, потому что Мео произносил его чаще, чем любое другое. Оди красивая. Оди улыбнулась мне. Оди согласилась встретиться вечером у платана. Оди поцеловала меня. Оди приходила попрощаться и обещала писать мне. Оди забыла меня. А потом все приютские подхватили ее имя, как лихорадку, и шептались, как же повезло дылде Оди, нашедшей приемных родителей за год до своего шестнадцатилетия. Сироты понимали, что возраст, играя на руку в драках и спорах, становился недостатком в их борьбе за новую, счастливую жизнь. Чем старше они становились, тем дальше ускользал от них шанс обрести семью. Как перезревшие фрукты на ветке, они стремительно теряли свою привлекательность, а после, достигнув шестнадцати лет, падали в суровый взрослый мир. Одни разбивались сразу, другие гнили медленно, и лишь немногие – самые сильные и стойкие – могли закрепиться, чтобы вырасти.

Как только новость расползлась по приюту, Оди стали провожать завистливыми взглядами, а разговоры о ней бродили среди ребят даже после ее отъезда. Поговаривали, что ее взяла под крыло обеспеченная семья, прикатившая за ней на роскошном автомобиле. Однако это были лишь фантазии детей, мечтавших о сказке. На самом деле никто не видел, как она покинула приют; просто в один из дней все заметили отсутствие Оди и сделали вывод, что она отправилась в новую жизнь.

В свои двенадцать Дарт верил тому, что говорили вокруг. Однако сейчас давняя картина, изображавшая Оди редкой счастливицей, медленно рассыпалась. Он вернулся к полкам с архивами и спустя несколько минут отыскал датированную папку, а затем – бумагу с ее именем и зеленой печатью. Он знал, что прочтет там, и не ошибся.

Марбр. Снова этот город, звучащий, как раскат грома, разящий, как удар молнии. Откуда в нем столько семей, готовых приютить сироток, и почему добродетель свою они пришли воплощать в другой город.

Дарт отвлекся, услышав накатывающее эхо шагов, и по их чеканному ритму узнал следящих. Вскоре их призрак обрел плоть и кровь: на пороге появились трое, и в кабинете стало в несколько раз светлее. Не потому, что следящие озаряли собой окружение, а из-за прожекторов, закрепленных на их фуражках так, что лиц было не видно. Просто лучи яркого света, облаченные в синие мундиры. Трое в форме загородили собой проем, но по шуму в коридоре Дарт понял, что сюда прибыла целая процессия, которую возглавлял командир следящей гвардии – Освальд Тодд.

– Ну что тут у тебя, Холфильд? – спросил он, выступив вперед. – Надеюсь, что‑нибудь важное? Иначе я лично пересчитаю твои ребра.

– Вам понравится, командир. Удильщики.

От одного слова лицо Тодда передернуло. Кто‑то из этой банды убил в Марбре его сына. И с тех пор любой отловленный в Пьер-э-Метале удильщик попадал за решетку без всяких шансов выйти оттуда.

Тодд мельком просмотрел врученные бумаги, поднеся их поближе к свету. С подсказки Дарта ему удалось связать все нити воедино. Командир медленно повернулся и приказал своим мундирам привести Дуббса. Сейчас, окруженный широкоплечими следящими, он казался меньше, будто бы за день сдулся в размерах. Втянув голову в плечи, затравленно глядя исподлобья, он казался совсем жалким, и на миг Дарт усомнился, что такой человек способен на серьезные махинации.

– Объясните, что это такое, – потребовал Тодд.

– Похоже на личные дела воспитанников. – Голос Дуббса дрогнул.

– Воспитанниц, – исправил Дарт. – Пять девочек в возрасте четырнадцать-пятнадцати лет. И все уехали в семьи Марбра. Что это значит?

– Лишь то, что в Марбре люди охотнее помогают нуждающимся.

Оправдание Дуббса вышло неубедительным и нелепым. Следящие переглянулись и сдавленно гикнули.

– А похищать девочек из постелей – это марбровская традиция на удачу? – закипая от гнева, выпалил Дарт, и Дуббс, застигнутый врасплох, зашелся в притворном приступе кашля, чтобы выиграть время для раздумий или не отвечать вовсе.

Тодд мрачно присвистнул.

– Скольких забрали сегодня? – вмешался он.

– П-п-пятерых, – хрипло ответил Дуббс, давясь кашлем.

В глубине сознания хмельной гуманно предложил придушить его, чтобы не мучился. Но детектив, игнорируя его злобный сарказм, продолжил:

– Офелия Гордер среди них?

– Н-н-нет. Таких указаний не было. – Исцеление произошло мгновенно, как только Дуббс заполучил шанс оправдаться и отвести от себя подозрения. – Я должен был забрать девочку и устроить Гордер встречу с теткой. Я ждал, что ко мне придет старшая, но она предпочла прислать вас. – Он ткнул пальцем в сторону Дарта, как будто испытав внезапный прилив смелости. Не будь здесь следящих, хмельной сломал бы ему фалангу, чтобы навсегда отучить от дурных манер. – Я должен был всего лишь показать ей, что у нас есть полномочия передать девочку другому опекуну. Все для того, чтобы подстегнуть лучше выполнять свои обязанности. В педагогике это допустимый метод воздействия.

– Шантаж? Угрозы? Похищение? Как насчет этого, дерьма ты кусок? – Дарт почувствовал ярость хмельного всем телом. Метнулся вперед, выкинул руки и почти дотянулся до Дуббса, но командир преградил ему путь и оттеснил назад, не позволив добраться до цели.

– Эй, полегче! – пробасил он предупреждающе. Стальной хваткой вцепившись в его локоть, Тодд повел Дарта за собой, на ходу отдав своим мундирам приказ проверить спальни наверху.

Среди тех, кто ждал за пределами кабинета, где разворачивалось основное действо, оказался Дес, и он вызвался сопроводить следящих. Они ушли, а двое других остались присматривать за Дуббсом. На какое‑то время коридор опустел, что позволило Тодду завести открытый разговор.

– Послушай-ка, Холфильд. Хочешь моей поддержки – не веди себя, как истеричка. Понял? – Дождавшись, когда Дарт кивнет, он продолжил: – Определись уже, зачем позвал меня: чтобы разобраться с приютом или поднять всех на уши из-за твоих Гордер.

В его интонациях не звучало вопроса, однако Дарт сообразил, что должен ответить.

– Я прошу помощи и в том, и в другом.

– Тогда послушай меня. Внимательно. – Тодд наклонился, дохнул ему в лицо табачной горечью. – Раз власти используют младшую как рычаг влияния, для чего им похищать старшую? Без зрителя нет представления. А твоей Гордер отводилась важная роль добропорядочной опекунши: биться за сестру и пойти на любые жертвы, чтобы их оставили в покое. И что в итоге? Она вновь отказалась играть по их правилам, и, давай будем честны, ее таинственное исчезновение вам