Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

Как я со своего насеста не сверзился — ума не приложу. Мотало — будь здоров, по перекинутому мостку перебирался на четвереньках, до того голова кружилась.

— Есть секундный прирост! — обрадовал меня Леопольд. — Так держать!

Лаборант за пультом оторвался на от шахматной доски и фыркнул:

— Подумаешь — секунда! Большое дело!

— Большое! — возразил Леопольд и обратился ко мне: — Ты его не слушай. Тебе эта секунда двести сорок четыре килоджоуля накинула! — Он резко развернулся и нацелил на коллегу указательный палец. — Заткнись!

Я бы и сам послал шахматиста-любителя куда подальше, но едва стоял на ногах и связываться с желчным типом не стал, поплёлся в раздевалку. Оттуда, отложив игры в слежку, перебрался в читальный зал библиотеки, где и проторчал до начала смены. А когда пришёл на вахту, то, к своему немалому удивлению, застал там Лию.

Скрыть удивления не удалось, и девушка напомнила:

— Ты мне с алхимической печью помочь обещал, забыл?

Я хлопнул себя ладонью по лбу.

— Точно! Подожди, сейчас вернусь.

Заскочив в дежурку, я кинул на портфель на диван и сходил показаться вахтёрам.

— Не нужен вам пока? Могу минут пятнадцать в караулке посидеть?

Валентин с Николаем переглянулись и едва ли не синхронно покачали головами.

— Всё понимаем, — вздохнул Николай, — подруга у тебя чудо как хороша, а фигур с такими пропорциями ещё поискать, но не дело на рабочем месте разврат устраивать.

Я аж покраснел немного, сам не понял — из-за смущения или возмущения.

— Да нет же! Просто обещал ей с техникой алхимической печи помочь.

— Верим, — кивнул Валентин. — Нет, серьёзно — верим. Но ты погляди на неё, сам ведь не заметишь, как от растопки к прожарке перейдёшь. А на рабочем месте — не дело.

— Да ну вас! Если не нужен, посижу в коридоре пятнадцать минут?

— В коридоре — посиди, — разрешил Николай.

— Можете даже за ручки подержаться, — с ухмылкой добавил Валентин.

— Сказал бы я вам, да слишком хорошо воспитан! — раздражённо бросил я, развернулся и зашагал к Лие.

В узкой юбке до колен и облегающей кофточке она и в самом деле смотрелась просто здорово, а уж лицо со вздёрнутым аккуратным носиком и ямочками на щеках и вовсе было более чем просто симпатичным, немудрено, что великовозрастные шутники заподозрили меня в амурных поползновениях на её счёт.

— Ишь, какой интеллигент выискался! — усмехнулся вслед Николай.

— Проще надо быть! — поддержал напарника Валентин.

Я завёл руку за спину и показал им фигу.

Лия поспешила навстречу и встревоженно спросила:

— Всё в порядке, Петя?

— Да, — подтвердил я. — Идём, у меня минут пятнадцать-двадцать есть.

Мы разместились на лавочке в служебном коридоре, и для начала я поведал о собственном способе розжига алхимической печи, а потом пересказал правильную технику, которую до конца так и не освоил. Вроде, звучало всё предельно просто: взять сверхсилу и до предела её уплотнить, тем самым сделав возможным процесс трансмутации, но просто это было лишь на словах. Требовался высочайший уровень контроля энергии, я им похвастаться не мог. Как оказалось — Лия тоже.

— У меня, бывает, вещи самопроизвольно загораются, — пожаловалась она. — На кафедре говорят, чтоб сама ничего не делала, просто Витю тянула.

— Это как? — удивился я.

— В резонансе, — пояснила девушка и одёрнула край юбки. — Одна из синергетических техник позволяет ведущему оператору слегка увеличить продолжительность транса партнёра. Не навсегда, но если долго упражняться, то эффект перманентным становится. Правда, это только с золотыми румбами работает.

— А! — сообразил я. — Лев что-то такое говорил!

— Он с Александром Петровичем занимается, а я с Витей. На кафедре много с четвёртого витка среди вторых номеров.

Выражение «второй номер» меня покоробило, и я заметил:

— Надо и собственные способности развивать.

— Вот я и решила с алхимической печи начать. У меня с тепловой энергией только всё хорошо, остальное еле вытягиваю. Я же пирокинетик, слышал?

— Да, говорил кто-то.

— Спасибо, Петя! — Лия поднялась с лавочки и протянула руку. — Я начну практиковаться, а если что — к тебе за советом обращусь. Хорошо?

— Конечно! Буду рад помочь.

Девчонка убежала, а я вздохнул и вышел в вестибюль.

— Ты смотри, — ткнул Николай локтем в бок напарника. — Этот интеллигент и в самом деле с ней только поговорил.

— Безнадёжный случай! — вынес вердикт Валентин и спросил: — Что, заняться нечем?

Я кивнул.

— На обход сходи тогда, — попросил Николай. — Сможешь?

— Легко. А куда?

— Глянь поэтажные планы эвакуации, служебные коридоры синей линией отмечены. Если кого там встретишь, гони в шею. А то, понимаешь, повадились курить, паразиты!

— Сделаю.

Я ушёл в дежурку и принялся изучать схемы, начерченные на свёрнутых в рулоны листах. Насколько сумел понять, служебные переходы предназначались для эвакуации в случае пожара и прочих чрезвычайных происшествий, а ещё сообразил, что со своим обещанием однозначно погорячился, поскольку в нашу зону ответственности попадало не только всё левое крыло, но и башня в тринадцать этажей высотой.

Ёлки, мне тут бродить до конца дня, и это если не заблужусь в переходах, коридорах и лестницах!

Но заняться в любом случае было нечем, нацепил на рукав красную повязку, взял у Николая мастер-ключ и уточнил:

— А с нарушителями что делать? Задерживать?

— Да брось! — махнул рукой Валентин. — Если только за порчей имущества какого поганца застанешь, а так попугай и отпусти.

— Главное не переусердствуй. Чтоб без драк и увечий! Понял? И заодно дежурных по этажу проверь, пусть не расслабляются и бдят!

— Сделаю, — кивнул я, с превеликим удовольствием воздержавшись от уставного «так точно».

Лишнюю работу ногам решил не давать, вызвал лифт и поднялся на нём на верхний тринадцатый этаж. Пешком, наверное, попал бы туда даже быстрее — очень уж много остановок случилось по пути.

В башне я надолго не задержался, сразу спустился на четыре этажа, а там перешёл в левое крыло и начал плутать в поисках входа в служебный коридор; пришлось даже у дежурного на этот счёт справляться. Старшекурсник с красной нарукавной повязкой закатил глаза, но упрямиться не стал и отвёл к неприметному закутку, мимо которого я уже проходил никак не меньше двух раз. Мастер-ключ подошёл к замку, дальше — погружённый в густой полумрак коридор: горевшие в вполнакала лампы аварийного освещения много света не давали, да и развешаны были на приличном удалении друг от друга. Но нужный поворот я пропустил вовсе не из-за темноты, просто задумался и опомнился, лишь когда за очередной дверью обнаружилась центральная лестница, чьи пролёты опоясывали обрешеченную лифтовую шахту.