Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

— Серьёзно? — округлила она свои глаза-колодцы, и я, не выдержав, рассмеялся.

— Ну всё, из-за тебя стравил энергию случайно. Теперь год воздерживаться придётся. От смеха.

— Ты врёшь! — тоже засмеялась она. — Ладно, всё я про тебя поняла.

— Правда? Отлично! Буду теперь с тобой советоваться.

— Ладно, советуйся.

— Ну давай, говори маршрут. Куда поедем?

— Домой. Куда ж ещё ехать-то?

Она назвала адрес. Жила она не так, чтобы далеко, но ехать надо было в сторону вокзала, а это означало бешеные пробки на Кузнецком.

— Ты с родителями живёшь? — спросил я.

— Нет, — покачала головой. — Снимаю однушку.

— То есть ты работаешь здесь и тебе хватает денег снять квартиру?

— Хватает, но и родители помогают.

— Ну, ладно, погнали, посмотрим твою хрущёвку.

— Погнали, — согласилась она.

— Как тебе работа? — спросил я. — Нравится?

— Да, работа, если честно, не бей лежачего. Деньги тоже невеликие, но зато времени много.

— То есть работа не нравится?

— Да почему? Нравится. Я же говорю, делать ничего не надо. У нас вообще никто ничего не делает.

— Как так? А деньги откуда?

— А деньги с неба падают. Ты что, не знал?

— Мне не падают, — пожал я плечами.

— Больше всех Савоськину падает. Вот работёнка. Сидит целыми днями смотрит киношки, а иногда вообще не приходит и весь в шоколаде.

— А кто ж тогда работает?

— Работают у нас только бухгалтерия и финансовый отдел. Ещё генеральный директор, он же гениальный. Ну и он в конторе бывает редко, всё по заграницам.

— А кто все эти люди с бумагами, которые носятся по коридорам?

— А это не наши. Арендаторы какие-то. И дочерние фирмы.

— Чудеса, — усмехнулся я. — Впрочем, если особо нагружать не будут, а денежку жалеть не станут, я у вас тут приживусь.

Она засмеялась.

— Ладно, приехали. Где тут мой тортик?

* * *

— Ну что, брат? — спросил меня Харли, когда я завёл тачку в гараж и вышел.

Он был в джинсах, в своих ковбойских сапогах, в толстой фланелевой рубашке в клетку и в стёганом жилете.

— Мне понравилось, — кивнул я. — Отличная машина! Прям отдавать не хочется.

Он засмеялся.

— Ну вот, понимаешь теперь, да? Настоящее железо. Реальное. Решил что-нибудь?

— Решил, что тебе исторический мотор нужнее, а меня вот этот вполне устроит. Он прёт просто огонь, как звездолёт.

— Ну, правильно решил. Решение, считаю, практичное. Ну и мне пошёл навстречу. Спасибо. Я тебя за это благодарю.

Он пожал мне руку.

— И я вот ещё подумал, — сказал Харли. — Поскольку у нас обмен не совсем равноценный, поэтому предлагаю тебе бонусы.

— О! — усмехнулся я. — Бонусы — это хорошо. Давай.

— Вот, смотри. Он сорвал брезентовое полотно и я увидел два темно-коричневых кресла.

— Смотри, это седельная кожа, — сказал он. — Видишь, красота какая? Сносу не будет. В общем, забирай. Отдаю тебе. Ну и вон, коврики фирменные. Так что… Всё для тебя. Я тебе так скажу, парень, будешь ездить и благодарить и меня, и Господа Бога, что Он тебя надоумил принять моё предложение. Предложение, я тебе скажу, эксклюзивное.

— Отлично, — кивнул я. — А что теперь делать-то? Надо как-то перевозить его или что?

— Не волнуйся, братан. Всё сделаю сам. Мы с Матвеичем постоянно в контакте, у нас есть кое-какие дела. Так что тут всё будет чётко. Не парься.

* * *

Отдав тачку, я вернулся в город, во двор Кукушиного дома, где меня поджидал раздолбанный «Ларгус». После суперкара он выглядел и вёл себя совсем иначе, и я чувствовал себя, будто летел на расшатанной табуретке.

И вот на этой табуретке я поехал к спорткомплексу где у меня было назначено свидание с бывшей женой. Скорее бы её спровадить куда-нибудь в тёплые края к новой счастливой и постоянной жизни вне поля моего зрения. Это было бы гораздо лучше, чем встречаться с ней практически каждый день. Она немного опоздала и приехала на 15 минут позже назначенного срока.

Настроение у неё было приподнятым. Воображение, подстёгиваемое предвкушением работало на позитив. На ней был красивый шёлковый платок от «Эрмес» и большущие розовые очки.

— Зачем тебе очки? — поинтересовался я. — Ведь сейчас уже смеркается.

— Ничего ты не понимаешь, — ответила она. — Через розовые очки жизнь кажется намного привлекательнее. Куда мы отправимся?

— Отправимся мы, Катя, туда, где уже бывали с тобой. Помнишь это ретроместечко с антуражем девяностых? За городом.

— «Малахит» что ли? Неожиданно. Ну, давай… Я думала, ты чего-нибудь поприличнее выберешь.

— Нет, я решил выбрать место подальше, где твой ненаглядный нас вряд ли будет искать.

— Он сегодня вообще не будет, я думаю. Они с Матвеем завтра в больницу едут рано утром, анализы сдавать. Вот Мотя и попросился к нему на ночлег. Ладно, запрыгивай и поедем.

— Нет, Катюш, это ты запрыгивай.

— В смысле? — удивилась она.

— Вот, я подготовил прекрасный лимузин, в котором тебя точно никто не ожидает увидеть.

— Вот это? — с ужасом и недоверием уставилась она на мою лайбу.

Я даже засмеялся.

— Да, Катя, да. Конспиация и ещё аз конспиация. Как завещал Великий Ленин, ты забыла?

Она помотала головой.

— Ну, пипец, Серёжка, ну ты… придумал аттракцион. Нет, что, правда что ли? Это не шутка?

— Да правда, Катя, правда. Прыгай. Прокачу, как на «Антилопе гну».

Только после того, как я завёл двигатель вышел и открыл дверь, она решилась забраться внутрь.

— Да, Серёжка, умеешь ты удивлять.

— Стараюсь.

— Хотела спросить, можно ли тебе водить, а потом вспомнила, что да, можно. Я уже видела, как ты водишь. А почему нельзя ехать на моей машине?

— Ну ты знаешь, я вот подумал, а что сложного поставить в неё маячок, и отслеживать, где ты находишься? Чик-чирик посмотрел на часы, посмотрел на карту. Приехал, устроил сцену и увёз домой. Так ведь это раньше работало?

— Ну, да. Так…

— Ну, а сегодня мы затеряемся. Сойдём с радаров, спрячемся от всевидящего ока.

— Саурона, — добавила она.

— Не знаю, что это такое, но соглашусь с тобой, — усмехнулся я.

Мы тронулись, и снова я ехал по мосту и снова сворачивал на свою «дорогу жизни» на свою Улицу роз, пленником которой стал.

Сегодня впечатления от заведения были гораздо более слабыми, в отличие от первого раза. И на передний план выпячивались его недостатки, отсутствие ремонта, помятая вывеска, почерневшие брёвна стен, жуткий и дурацкий интерьер, да и меню, честно сказать особо изысканным называть было нельзя. От тяжелой артиллерии Катя сегодня отказалась и заказала бутылку крымского вина.

— Ну, как оно? — спросил я.

— Да… — пожала она плечами, — Терпимое. Главное —