Имперский повар 6 - Вадим Фарг

— Вали отсюда, — сказал я устало. — И забери своих клоунов. Тот, что с носом, скоро кровью истечёт, ему бы лёд приложить. Замороженная курица подойдёт.

Борюсик посмотрел на меня, потом на своих стонущих приятелей. Сплюнул на снег, буркнул что-то нечленораздельное и начал поднимать того, кого я вырубил первым ударом.

Я не стал ждать финала этой сцены. Мне было неинтересно. Отряхнул пальто, поправил шарф и вышел из переулка на улицу, где горели редкие фонари.

Адреналин начал медленно отступать, оставляя после себя лёгкую усталость.

На перекрёстке, метрах в двадцати от входа в «Крысиную тропу», стояла машина. Тёмно-вишнёвый седан с тонированными стёклами. Двигатель работал, из выхлопной трубы шёл густой белый пар.

Я усмехнулся.

Как же предсказуемо.

Я подошёл к машине со стороны водителя. Тонировка была глухой, я видел только своё отражение. Бледное лицо, хищный прищур глаз, растрёпанные ветром волосы.

Поднял руку и костяшкой указательного пальца постучал в стекло.

— Открывай, Лера. Спектакль окончен, актёры разошлись. Пора режиссёру выйти на поклон.

Стекло дрогнуло и медленно, с неохотой, поползло вниз.

За рулём сидела Валерия. Моя «бывшая жена» из прошлой жизни. Точнее, её местный двойник, с которым у настоящего Игоря Белославова была своя, не менее «забавная» история.

Она была очаровательна той глянцевой красотой, которая требует много денег и ещё больше внимания. Идеальная укладка, шубка, накинутая на плечи, длинные ногти, вцепившиеся в кожаную оплётку руля.

Но лицо её было бледным. Глаза, обычно надменные, сейчас бегали. Она ждала триумфа. Ждала, что из переулка выползет избитый, униженный повар, которого она сможет великодушно пожалеть или добить презрением.

Вместо этого перед ней стоял я. Целый, невредимый и очень злой.

— Добрый вечер, Валерия, — сказал я с ироничной улыбкой, опираясь рукой на крышу её авто и наклоняясь к окну. — Давно не виделись. Как дела? Как погода? Как инвестиции в малый бизнес по выбиванию зубов?

Она дёрнулась, словно я её ударил.

— Ты… — её голос сорвался на визг. — Ты чудовище, Белославов! Что ты сделал с Борисом?

— Немного поправил ему карму, — пожал плечами я. — И суставы. Ваш «рыцарь», к сожалению, оказался бракованным, Валерия. Немного поломался при транспортировке. Гарантийный талон у вас сохранился? Или вы его на «Авито» нашли?

Да, в этом мире оно тоже было. Куда ж без подобных сайтов…

— Сволочь! — выплюнула она. В её глазах заблестели слёзы ярости. — Ты всем жизнь ломаешь! Думаешь, стал звездой, попал в телевизор, и тебе всё можно⁈ Ты ничтожество! Поварёшка! Ты должен был сгнить в этой своей забегаловке!

Я смотрел на неё и чувствовал странную пустоту. Раньше, в прошлой жизни, эта женщина могла причинить мне боль. Я любил её, ненавидел, пытался что-то доказать.

Сейчас передо мной сидела просто истеричная, глупая баба, которая заигралась в интриги, не понимая правил игры.

— Нет, — сказал я тихо, перебивая её поток оскорблений. — А вот тебе стоило бы повзрослеть, Лера.

Я наклонился ещё ниже, так, что наши лица оказались в сантиметрах друг от друга.

— Послушай меня внимательно. Мы с тобой — перевёрнутая страница. Прочитанная, скомканная и выброшенная в мусорное ведро. Не лезь в мою книгу, Лера. Там теперь шрифт слишком мелкий для тебя, а сюжет слишком сложный. Ты не потянешь. Здесь драконы, ведьмы и спецслужбы. Тебя здесь просто сожрут. На закуску.

— Я тебя уничтожу! — зашипела она, пытаясь сохранить лицо, хотя губы её дрожали. — Я найду на тебя управу! Я…

— Ты поедешь домой, — перебил я. — Выпьешь вина, поплачешь в подушку и найдёшь себе нового идиота. Забудь моё имя. Забудь дорогу к «Очагу». Иначе в следующий раз я не буду таким вежливым. Я просто сдам тебя тем людям, для которых ты пыль.

Я оттолкнулся от машины, выпрямляясь.

— Прощай, Валерия. Хорошего вечера. Не забудь забрать своего гладиатора из переулка, он там, кажется, скучает.

Я развернулся и пошёл прочь по улице, не оглядываясь.

За спиной взревел мотор, послышался визг шин. Машина сорвалась с места, но поехала не за мной, а в другую сторону. Лера сбежала.

Я шёл, чувствуя, как холодный ветер остужает разгорячённое лицо. Адреналин, подаренный схваткой, схлынул окончательно, оставив после себя тяжёлую усталость. Суставы на руках начали ныть, всё-таки бить живых людей это не то же самое, что отбивать мясо.

Победа над гопниками и бывшей (хотя, какая она мне бывшая? Ничего же и не было) не принесла радости. Это была мелкая возня. Та самая пыль под ногами.

Настоящая проблема ждала меня впереди. За запертой дверью аптеки.

Звонок Вероники всё ещё звенел в ушах, перекрывая шум города.

Я сунул замёрзшие руки в карманы и ускорил шаг.

Физические драки — это легко. Ты видишь кулак, ты ставишь блок. Всё честно. Но есть войны невидимые. Войны, которые идут у тебя внутри, в твоей собственной ДНК. И от этого врага нельзя увернуться, ему нельзя сломать руку.

Его можно только принять. Или умереть, пытаясь его отрицать.

Я увидел знакомую зелёную вывеску аптеки. Свет в окнах не горел, но я знал, что она там. Ждёт меня с пробирками и приговором.

— Ну что ж, — прошептал я себе под нос, подходя к двери. — Посмотрим, из какого теста я слеплен на самом деле. Надеюсь, не из песочного.

* * *

Вероника открыла дверь чёрного входа ещё до того, как я успел постучать. Видимо, она караулила меня у глазка или расставила сигнальные чары на ступеньках.

Она выглядела не так, как обычно. Никаких декольте, никаких шёлковых блузок и аромата соблазна, которым она обычно глушила запах лекарств. На ней был глухой медицинский халат, застёгнутый под самое горло. Волосы стянуты в тугой пучок. Лицо без грамма косметики казалось бледным.

— Заходи, — бросила она коротко.

Голос был сухим и ломким. Так говорит хирург перед сложной операцией, исход которой неочевиден.

Она пропустила меня внутрь и тут же лязгнула замком, поворачивая ключ на два оборота. Потом дёрнула ручку, проверяя надёжность. Её пальцы мелко дрожали.

— Привет, — сказал я, пытаясь разрядить обстановку. — Ты выглядишь так, будто собираешься вскрывать инопланетянина.

— Помолчи, Белославов, — она даже не посмотрела на меня. — Вниз. Быстро.

Мы спустились в подвал.

Я бывал здесь раньше, но сегодня это место казалось другим. Исчез налёт ведьминского уюта. Сейчас это была лаборатория.

Вероника подошла к длинному металлическому столу, заваленному бумагами.

— Садись, — она кивнула на высокий табурет. — Рукав закатай. Левый.

— Даже чаю не предложишь? — усмехнулся я,