Записки о сломанном мире - Ольга Войлошникова

святого Эльма ничего поделать не могут, — он ткнул большим пальцем в крону дерева, сияющую крошечными огоньками, — глаза начинают в несколько раз сильнее светиться, особенно в тени! Они-то думают, что прячутся — а получается наоборот!

— А наш муниципалитет ещё сомневался, стоит ли вкладываться в такое дорогое удовольствие! — поддержал его ещё один коп. — Вот вам — практическая польза! Сегодня эта дамочка могла кем-то здесь поужинать, а теперь мы её пакуем.

А я сел на скамейку и подумал, что эта вампирша — или совсем новенькая и неопытная, или залётная из чужих краёв, потому что местные кровососы, даю стопроцентную гарантию, точно знают, куда опасно заходить во избежание обнаружения. Кроме того, у хитрых и успешных вампиров, как правило, есть слуги — существа разумных рас, привязанные к своим хозяевам эмоционально. Рачительные и экономные хозяева не обращают слуг, не желая плодить конкурентов за пищу, а наоборот — пасут их, как своеобразное стадо. Потому что вампиру не обязательно пить именно кровь. Он вполне может удовлетвориться стейком на манер съеденного мной сегодня или просто куском сырого мяса, если к нему добавить энергетический «соус». «Отпил» энергии у одного, у другого слуги (да даже у случайного прохожего!) — и сыт. И трупов за твоей спиной нет — а соответственно, и злых оперативников с серебряными пулями или обывателей с осиновыми кольями.

Скорее всего, эта Айрин и на меня имела подобные виды — погуляла с кавалером, раздавая ему авансами улыбки, а тот вдруг так «устал», что даже до поцелуев дело не дошло. Ловко! Правда, в описываемых примерах дело до отнимающихся ног обычно не доходило…

Подозреваю, что, прихватив меня за руку, вампирша почувствовала в правом кармане инспекторский значок и решила отыграться на мне за всех своих собратьев, пострадавших от рук подобных мне оперативников. Весьма вероятная версия…

За этими невесёлыми мыслями меня и застали четыре подъехавших машины Департамента, одна из которых была длинным тёмно-серым фургоном, отчего-то напоминающим таксу.

На крошечный, огороженный щитами пятачок в дополнение к полицейским вывалило ещё не менее пятнадцати сотрудников Департамента. Внутри сделалось совершенно не протолкнуться, и копов вытеснили за ограждения, поддерживать порядок снаружи.

Ко мне подошёл суровый, совершенно незнакомый мне невысокий сотрудник с жетоном старшего инспектора — теперь уже Департамента — и недовольно сказал:

— Опять вы в своей манере, Андервуд! Обязательно устраивать бойню прямо посреди улицы?

Я посмотрел на него сверху вниз:

— Во-первых, не имею чести быть представленным. А во-вторых, я не нахожу возможным в тот момент, когда меня пытаются убить, предлагать убийце подыскать местечко получше.

Тот пожевал губами и кивнул словно сам себе:

— А я думал, рассказы о вашем несчастье преувеличены. Кхм. — Он вздёрнул подбородок и неожиданно протянул мне руку: — Старший инспектор Кроу, начальник второго отдела Департамента.

Второй отдел занимался, вроде бы, доследованием и экспертными заключениями. Одним словом — криминалисты и «чистильщики», подбирающие после оперативников ошмётки и выполняющие всякие лабораторные изыскания.

Чтобы попасть туда на службу, можно было ограничиться теми же двадцатью двумя уровнями. Да и требования к физическим кондициям у них практически не предъявлялись. Возможно, отсюда и некоторая ревность к оперативникам?

— Кажется, прежде мы с вами не очень хорошо ладили? — напрямую спросил я.

— Да бросьте! — махнул он рукой. — Обычное дело. Все хотят поменьше писанины, а мы — чтобы всё и сразу было чётко и не приходилось переделывать. Вот и сейчас… Только не кривитесь! Мне придётся тащить вас в отдел. Вы же не на дежурстве?

— Я вообще числюсь на излечении, — ворчливо ответил я.

— О-хо! Тем более, милый мой! С вас придётся брать показания почти как с гражданского лица. Вы же знаете, Уилл — протокол, против него не попрёшь! Давайте-давайте, проходите в фургон. Да не туда! — с досадой и некоторой неловкостью воскликнул он, завидев, что я пошёл в сторону задней двери. — Обойдите, там дверца для сотрудников.

Я кивнул, чувствуя себя под случайными взглядами весьма не в своей тарелке, и потащился в указанном направлении.

ФУРГОН

Передняя часть фургона была более всего похожа на короткий бронированный автобус с четырьмя рядами двухместных сидений. От задней, ещё более укреплённой, она была отделена окошком с решёткой, сваренной из прутьев толщиной не менее пяти сантиметров и довольно частой — максимум руку по плечо просунуть. Однако! Похоже, что здесь время от времени возят не только останки, но и вполне живых чудовищ.

Ожидая остальных, я имел возможность наблюдать, как четверо коронеров подцепили труп вампирши специальными телескопическими захватами и, не прикасаясь, перенесли его в зарешёченную будку. Команда зачистки осталась на месте ликвидации монстра, поливая землю чем-то обеззараживающим из опрыскивателей, подключённых к баллонам на их спинах. А фургон, в котором кроме меня и водителя уселось всего трое парней из криминалистов, в сопровождении двух довольно лёгких машин охраны двинулся в отдел.

— Инспектор Андервуд? — обратился ко мне один из последних вошедших сотрудников.

— Да, это я.

— Старший инспектор Кроу предложил вам не терять времени зря и описать произошедшее по дороге, — он протянул мне простой деревянный планшет с пристёгнутым к нему резинками листом и самопишущую ручку, — так вы сможете быстрее отправиться домой.

— Благодарю, — кивнул я и, рассудив, что это будет разумно, углубился в изложение сути дела.

Наверное, поэтому я пропустил тот момент.

Кажется, мелькнуло какое-то тёмное пятно. В бравый борт кабины пришёлся страшный удар, и фургон начал заваливаться на бок. Планшет с ручкой вылетели у меня из рук, время замедлилось… Я старался упереться во что-нибудь, растопырившись между сиденьями… Краем глаза я почему-то успел увидеть, как швыряет ударами тело Айрин по пустой будке — словно куклу. Мои соседи, брошенные на противоположный ряд кресел, закричали.

— Рука, рука…

— Арх, кажется, я сломал лодыжку…

Водитель от удара потерял сознание и распластался по приборной панели совершенно бездвижно. Двери оказались прижатыми к земле и заблокированными.

Но главным было не это! В боковые окна «автобусной» части фургона, которые при ударе сделались верхними, я увидел огромную, почти двухметровую лапу с серо-стальными когтями, которая ударила в боковину будки (тоже теперь верхнюю) — ещё и ещё раз!

— Старый слуга! — зашипел криминалист с обвисшей плетью рукой. В другой он уже сжимал небольшой револьвер. — Давно мутировавший. Такому лет двести!

Да я и сам видел. В окнах над нашими головами мелькало существо, похожее на искажённого