Император двух миров - Александр Горин

Никто ничего не заметил. Виола что-то говорила Захару про кору дерева, а Захар кивал, слушая. Я выдохнул, вешая стабилизатор обратно на пояс.

Да, похоже, без этой коробочки тут реально хана. Значит, нужно учиться переносить этот напор постепенно, медленно увеличивая время. Буду тренироваться.

Я поднялся, отряхивая штаны.

— Всё, хорош отдыхать. Двинулись.

Тропа шла вверх, забираясь всё выше в предгорье. Лес вокруг нас менялся: если внизу ещё попадались поляны и редколесье, то здесь деревья росли плотно, в три обхвата, уходя кронами куда-то в фиолетовую высь.

Тропинка здесь была еле заметна — Виола явно знала её по каким-то своим приметам, потому что обычный человек в этом переплетении корней и мха давно бы заблудился. Воздух здесь стал ещё плотнее, почти осязаемым — каждый вдох требовал усилия, но и насыщал энергией так, что кружилась голова.

Я шагал чуть позади Виолы, наблюдая, как она ловко обходит препятствия, не сбавляя темпа. И между делом задавал вопросы — аккуратно, будто просто интересуюсь, но на самом деле выуживая информацию.

Если зональщица преследует свои цели — а в том, что это так, я уже не сомневался — значит, нужно вытянуть из неё всё, что знает только она и что потом может пригодиться, когда наши дороги разойдутся.

Про порталы Виола рассказывала неохотно.

— Они открываются и закрываются в разное время, — пояснила она, перепрыгивая через очередной корень. — Могут час висеть, а могут и пять минут. Никогда не угадаешь. Но места примерно одни и те же — районы, где энергетический фон нестабильный. Нужно просто знать эти районы и ждать.

— И как ты их находишь? — спросил я как бы невзначай. — Прибором каким-то?

Она глянула на меня, помедлила секунду, потом на ходу достала из рюкзака И-вектор.

— Вот этим. Отец собрал. Он наводится на проходы между слоями реальности.

— Дай глянуть, — сказал я, изображая любопытство. — Интересно.

Виола замялась. Я видел, как в её глазах мелькнуло нежелание, сомнение, а может, даже подозрение. Но потом она пожала плечами и протянула прибор.

— Смотри. Вот эта шкала показывает активность. Чем ближе к порталу, тем выше. А стрелка указывает направление. Если портал закрыт — стрелка крутится. Если открыт — замирает и показывает на него.

— А твой отец мастер, — сказал я, возвращая прибор. — С тобой вместе в Ирию ходит?

Виола взяла И-вектор и быстро отвернулась.

— Он погиб, — бросила она через плечо и зашагала дальше, не оборачиваясь. — Не хочу вспоминать.

Мы шли дальше в тишине. Минут пять, наверное, никто не проронил ни слова. Только мох мягко пружинил под ногами, да где-то высоко в кронах перекликались птицы со стеклянными голосами.

Я решил, что пауза затянулась, и пора возвращаться к полезным разговорам. Аккуратно задавая вопросы, я узнал у Виолы следующее.

Раньше, оказывается, всё было по-другому. Существовала Империя — огромная, сильная, со столицей во Владимире. Магов готовили в Академиях, армия держала порядок, а Зон Искажения вообще не было. Люди жили обычной жизнью, пахали землю, торговали, строили города. И никто не ждал беды.

А потом что-то случилось. Пространство начало рваться в разных местах. Появились первые Зоны — фиолетовые пузыри, внутри которых реальность сходила с ума и из этих разрывов полезли твари. Сначала единицы, потом десятки, потом сотни.

Империя затрещала по швам. Связь с центром рвалась, войска не успевали реагировать, губернаторы на местах оставались один на один с проблемой и вскоре начали объявлять себя князьями. Кто-то погиб, кто-то сумел отбиться и закрепиться.

Так появились княжества. Костромское, Владимирское, Ярославское, Нижегородское, Вологодское и другие — те, кто выжил и смог организовать оборону. Сначала они воевали друг с другом, пытались завоевать больше земель, но быстро поняли, что это самоубийство. Людей слишком мало, чтобы контролировать большие территории, а Зоны тем временем росли и расширялись. Пришлось закрепляться в своих границах и сосредоточиться на главном — охране Зон и сдерживании тварей.

Костромское княжество, как я выяснил, делилось на шесть графств и каждым правил свой граф, но все они подчинялись князю, который сидел в Костроме. Точнее, подчинялись на словах, а на деле графья постоянно грызлись между собой за власть, ромий и магов.

Одним из таких графств — Галичским — и правил мой отец Виктор Макаров. А это значит, что если меня убрал сводный брат как конкурента, то, значит, какие-то права у меня всё-таки на графство есть. Интересно, что это за права? Правда, репутация изменой подпорчена, но, возможно, можно исправить и это.

Мы шли дальше. Тропа поднималась всё выше, деревья становились ещё более огромными, мох под ногами — толще. Воздух давил, но я уже начинал привыкать к этому давлению, учился дышать глубже, пропуская энергию через себя, не сопротивляясь, но и не теряя контроля.

В голове укладывалась новая картина мира. Империя рухнула, княжества воюют с тварями и друг с другом, людей мало, ресурсы ограничены, ромий и магия — решающие козыри. И где-то в этом раскладе затесался я — бастард, попавший в чужое тело, с навыками, которых здесь нет, и с планами, которые только начинают вырисовываться. Если правильно разыграть карты, можно не просто выжить, а очень даже подняться.

Мы шли дальше. Захар шёл сзади, восстанавливая силы после пережитого, но старался не отставать и, судя по напряжённому лицу, учился отслеживать свои чувства. Упёртый парень, всё-таки.

Виола на ходу снова достала свой И-вектор, глянула на стрелку, сверилась с направлением и положила прибор в широкий карман куртки. Её рука на секунду задержалась в кармане, а когда вынырнула — в её пальцах мелькнуло что-то маленькое, тёмное, размером с крупную монету.

Она быстро глянула на него, потом спрятала обратно. И всё это — краем глаза, боковым зрением, будто невзначай.

Интересно. И-вектор она использует открыто, при нас. А эту хреновину прячет. Сверяется, когда думает, что я не смотрю.

Двойная навигация? Или одно показывает дорогу, а другое — что-то ещё?

Вариантов масса. Может, это маяк для своих. Может, компас на ту самую поляну, где магия просыпается. А может, она просто проверяет, не сбились ли мы с курса по второму источнику.

Но зачем прятать?

Я чувствовал, как внутри шевельнулось знакомое холодное любопытство. Виола явно что-то недоговаривает. Это я и так знал. Но теперь появился конкретный вопрос: что за второй прибор и для чего он нужен на самом деле. Я перевёл взгляд на тропу, но краем сознания продолжал держать Виолу в фокусе.