Мир Теней. Книга вторая. Властители Лимба - Денис Игоревич Камков

мира. Планета находилась в благоприятной близости от своего светила, что позволяло воде занять свою нишу жидкого состояния. А разность глубин, варьировала температуру ее от комфортно-теплой, до почти ледяной. Это все позволяло существовать течениям, но в отсутствии существенного ветра, не давало причин толщам воды бунтовать, топорща свою гладь многобалльными штормами, или поднимаясь ввысь грозными торнадо.

Я, следуя заведенным правилам, которые сам написал для себя, несколько раз сделал витки по различным орбитам, рисуя в своем сознании карту планеты. В виду отсутствия иных ориентиров, кроме водной глади, я скорее фиксировал рельеф дна, отмечая отмели, косы и рифы, а так же редкие впадины, глубину которых мог лишь отчасти просканировать, без дополнительных остановок.

Естественно, этот мир был обитаем, причем не только уже упомянутыми мной дельфинами, но и многообразием прочих видов флоры и фауны. На отмелях и атоллах, я видел подводные рифовые скалы, в том числе и коралловые, в лабиринтах которых прятались мелкие, разноцветные рыбешки и многочисленные представители ракообразных.

На средних глубинах резвились дельфины разных возрастов, детеныши которых гонялись друг за дружкой под присмотром взрослых особей, отгоняющих от ребятни своих более опасных, акулоподобных дальних родственников. Еще глубже, но в пределах досягаемости солнечного света, я увидел что-то наподобие небольшой стаи китов, а так же несколько очень крупных кальмаров, семейства гриндов, и прочих глубоководных представителей фауны. Там же, но уже на самом дне, я сумел рассмотреть и менее приспособленных для передвижения обитателей глубин, таких как крупные моллюски, наутилусы, голотурии и разнообразные по своим расцветкам звезды и губки.

Конечно, везде сновали и многочисленные по своим видам, породам и размерам рыбы, начиная от красочных мальков на мелководьях, и заканчивая глубоководными скатами, муренами и монструозными по внешнему виду, представителями мрачных, полутемных глубин, где царило мощное давление.

Флора так же радовала меня своим разнообразием. Естественно, самыми населенными ею, являлись песчаные мелководья, но и на средних глубинах можно было увидеть тянущиеся вверх тонкие стебли ламинарий, листья разнообразных по цвету и формам водорослей, нити пасидоний, заросли донных мхов и во множестве плавающего в толще воды, разнообразного по виду и размерам фитопланктона.

Красота неиспорченной природы и разноплановая по своим видам жизнь, услаждала мой взор и заставляла наматывать все новые и новые круги вокруг прекрасной планеты. Я с удовольствием любовался различными представителями флоры и фауны, разнящимися в зависимости от глубин и географического пояса планеты. Везде были свои плюсы и минусы, позволяющие не отрывать глаз, как от теплых отмелей, так и от океанских глубин, где властвовало давление, и царила почти кромешная темнота. Именно там обитали самые крупные и страхолюдные представители фауны, питающиеся в основном придонными отложениями из всей океанической биосферы, опускающейся после своей смерти, на самое дно океана.

Кроме внешних красот, меня естественно, интересовали и разумные представители этого мира. Я не надеялся узнать что-то из ряда вон выходящее, а потому скорее утолял свое любопытство, пытаясь в беседах с представителями разумного океана, найти десяток отличий между ними и моим старым знакомым. Само собой я делал значительную скидку на то, что мой друг ушел намного дальше в своей эволюции, чем даже самые мудрые из ныне живущих дельфинов этой планеты, но, тем не менее, в процессе разговоров, я часто подмечал и многое из того, что роднило их.

Образ мыслей и способность выстраивать многоуровневые логические цепочки, отчего их речь даже в мыслеобразах носила тягучий, размытый оттенок, скорее выдавал общность их разумов, которую не смогли испортить, или точнее сильно изменить, даже прожитые не в родной для себя среде десятилетия астральных путешествий Дельфина.

Естественно, наш общий друг нахватался умных фраз от Росса, временами он поддавался бесшабашности и жажде схваток от Вирдана, наверняка что-то почерпнул и от меня. Но родная биосфера, как я сейчас видел, смыла многое из наносного и привнесенного из вне. Она поневоле обнажала саму истинную сущность моего друга, купающегося пусть не в толще океана, но в родной для себя среде астрального пространства, изобилующего родственными ему обитателями.

Возвращение в астрал принесло мне пусть и ожидаемое, но все же не самое приятное известие. Я давно уже подозревал, что вскоре Дельфин покинет нашу дружную компанию, предпочтя некоторую стабильность и умиротворение своему нынешнему существованию. Он достаточно тяготился постоянными приключениями в последнее время, зачастую сопровождающимися не шуточными опасностями, причем частенько на грани смерти.

Уже когда я только увидел этот мир, я сразу заподозрил, что он станет для моего друга финальной гаванью, откуда он уже не захочет отправляться в очередное плаванье. Конечно, ко всему этому приложило свою лепту и явное стремление Росса к изучению тварей лимба, что добавило градусов, в нашу итак не самую спокойную эскападу.

Как бы то ни было, но я понял все сразу, стоило мне возникнуть в астрале, рядом со своими друзьями. Виноватый вид Дельфина, хмурый Вирдан, и как всегда невозмутимый Росс, как-то неуловимо грустно перемигивающийся своими многочисленными датчиками. И пусть я не мог увидеть всех этих эмоций воочию, но ментальная атмосфера, описанная мной, улавливалась мгновенно.

Видимо Дельфин, уже озвучил свое намерение остаться здесь, в привычной для него среде, среди пусть и не кровных, но расовых родственников, где ему были явно рады. Естественно, он для них был кладезем информации, опыта и разноплановых знаний, что не могло не оказаться решающим как для них, так и для него, никогда не стремящегося к утаиванию какой-либо информации.

Естественно, мы дружно обещали заглядывать к нему с оказией, но я, как никто другой, слишком хорошо знал, как редко может она случиться, и как мизерен шанс, увидеться нам всем с ним вновь. Прощание вышло ожидаемо грустным, тягостным и каким-то неуравновешенным, ну никак не вязавшимся своими минорными нотками, с прекрасным и цветастым благолепием этого яркого и очень живого мира.

ГЛАВА 23. Мир Фэйри. Астрал.

Впервые мы покидали мир втроем. Росс и Вирдан, гораздо дольше меня знавшие Дельфина, выглядели какими-то совсем потерянными, а я не мог подобрать подобающих случаю слов, чтобы как-либо их взбодрить. Путь наш лежал дальше, вдоль данной Ветви Древа Миров, уводя нас все дальше от Ствола, в сторону более молодых миров, подчинявшихся существующим местным сводам Законов Архитектора.

Я попытался хоть немного разговорить хотя бы Росса, всегда стремившегося поделиться с нами результатами своих замеров в каждом из посещенных нами миров, но он отвечал односложно и нехотя, разом растеряв свой нравоучительно-снисходительный, менторский тон. Единственно о чем он не забыл, так это о нашем генеральном направлении, ткнув в