Наследие младшей ветви - Юджин Никитин

в хороший месяц. Так что из той неприятной ситуации Белов вышел с существенной прибылью. Только этих денег ему могло хватить на четыре месяца аренды хорошей меблированной квартиры в Костроме вместе со столованием у хозяев. А это уже реальный актив для его планов.

Планов что сейчас в его голове верстались с новыми вводными. Прогнозировать последствия отказа роду Белых было достаточно сложно. Реакция могла быть от совершенно нейтральной — из серии ну не срослось, так и хрен с ним. Так и более неприятной. Например, если Белых пользуясь тем что патронируют школу начнут давить на него снижением оценок и всяческими ограничениями в школе. Хотелось бы выпуститься с нормальными, достойными оценками в аттестате, а не с бумажкой в которой будет указано что он полная посредственность. Исправить школьный аттестат будет практически невозможно. Да и с такими оценками поступление в одну из Магических Академий куда ему теперь после инициировании дара дорога открыта можно будет забыть. А поступать по государственной квоте, чтобы потом иметь обязательства отслужить в каком ни будь министерстве клерком в течении десяти лет не хотелось совсем. О военных университетах Алексей даже не думал. Хватит наслужился в своё время в другой жизни.

Всё свободное время Белов посвящал работе с источником и его нитями. Конечно до интуитивного управления еще не дошло, но намечались явные сдвиги в умениях и навыках. Прорыв пришел откуда не ждали как говорится. Оказалось, если представить в своем воображении что нити, вытягиваемые из источника это некое подобие лески или тонкой проволоки то дело, пойдет на лад семимильными шагами. Конечно нити были намного гибче чем вспоминаемая проволока, но зато механизм плетения стал более понятным. Что постоянно мешало, так это то что при любом отвлечении внимания собираемое плетение тут-же развеивалось и приходилось начинать всё с самого начала.

Это как в детстве, когда из медицинских капельниц плели в свое время человечков. И любая ошибка делала создаваемую фигурку кривой и кособокой. А теперь он кропотливо плел из магических нитей различные простенькие узоры. В одной из книг что летом привез ему Данилов данное упражнение очень рекомендовалось для выработки контроля и повышения качества плетения. Судя по прочитанному, позже это будет очень сильно влиять на качество того же щита у одаренного или кольчуги при достижении уровня Адепта. Так что дело хоть и было муторным и нудным, но в последствии должно было принести свои дивиденды для его навыков.

Вообще иногда Алексей ощущал себя какой-то мистической рукодельницей — ткачихой, насколько схоже были сейчас его действия с воспоминанием о тех, кто ткал ковры из его прошлого мира. Вроде бы и смешно, а здесь на полном серьезе приходиться копировать их действия из тех что он помнил по просмотренным когда-то фильмам.

Но в любом случае. Как бы это не выглядело со стороны — это приносило пользу. Уже удавалось связывать нити в количестве трех десятков и сейчас будущий щит был конечно больше похож на дно плетенной корзины из прутьев. Но это в любом случае был уже осязаемый результат. Был ещё один результат более осязаемый. Рассудив после некоторого размышления, что целительская магия вряд ли может принести вред, Белов стал в перерывах между плетением золотыми нитями экспериментировать с зелеными. И вот здесь всё было намного проще и сложнее в один и тот же момент.

Путем проб и ошибок он выяснил что если вытягивать нити из целебного сектора источника и протягивать их к мышцам, то можно получить быстрый и осязаемый эффект. Как только удавалось, не разорвав нить дотянуть её к натруженной от тренировок мышце или потянутой связке, то дальше эта нить уже действовала как самостоятельная аптечка. Участок, к которому он дотягивал нить начинал светиться светло зеленым светом, а неприятные ощущения достаточно быстро уходили. Только вот эффекта удалось добиться лишь когда он додумался снять с себя постоянно им носимый целебный артефакт. А то дотягивает нить, и ничего не происходит. Не сразу удалось понять, что артефакт уровня Маг, просто не дает возможности его плетению на уровне Одаренного проявить себя. И лишь когда удалось убрать внешнюю помощь и добиться чистоты эксперимента он смог понять, что ему теперь подчинилось базовое умение одаренного под названием Тонус. Конечно само оно имело в своем полном описании возможность влиять сразу на большие части организма. А то и на всё тело сразу — снимая спазмы, боль и усталость. Но это дело наживное, тренировки теперь позволят ему улучшить качество применяемого умения.

Так что в очередной понедельник по дороге к первому уроку по теории магии и полный надежд что сегодня они уже начнут получать более полезные знания по этому предмету, чем кто и когда что применил в прошлом, настроение у него было достаточно жизнерадостное. И тем неприятнее было увидеть на своем пути секретаря директора что как обычно со своей ехидной улыбкой при виде Белова прямо осквернял всё хорошее настроение что владело им до этого момента.

Ничего хорошего от визита к Николаю Семеновичу до этого момента не случалось, так что и в этот раз еще не доходя до кабинета Алексей стал ощущать неприятное волнение. Была конечно надежда что это приехал в очередной раз Данилов, но она растаяла как дым, как только он вошел в директорский кабинет.

Вальяжно сидевший напротив директора в кресле мужчина на Данилова не был похож ни разу. И еще казался смутно знакомым, вот только память не говорила откуда.

— Алексей Николаевич доброе утро — Николай Семенович пусть и приветливо, но как-то вымученно улыбнулся вошедшему Белову. — С вами хотят поговорить.

Он указал на продолжавшего сидеть всё с той-же вальяжностью, еще крепкого, но уже слегка обрюзгшего мужчину. Темные волосы с уже пробивающейся сединой, прямой нос и широкий лоб. Немного начинающие обвисать щёки и холодные светло серые глаза довершали образ пытавшегося выглядеть дружелюбно и вставшего при этих словах мужчину.

— С кем имею честь? — Белов интуитивно уже напрягшийся от нехорошего предчувствия, старался быть максимально вежливым.

— Алексей. Мой дорогой племянник. Я твой дядя Григорий Дмитриевич Белых. Твой отец мой родной брат — не дожидаясь представления от Антонова, что соответствовало бы всем нормам приличия этот новообразовавшийся дядя резко шагнул вперед с явной целью обнять свое долгожданного родственника.

Белов инстинктивно шагнул назад, не давая себя облапить, смотря на этого появившегося как чертик из коробки дядю и лихорадочно пытался осмыслить происходящее. А еще ему пришло осознание того почему он ему показался смутно знакомым. Ему вспомнилась их с