(Не)любимая жена дракона, или Целительница Золотой Долины - Илана Васина

— Картошка, перец, помидоры, яйца, сыр. Ветчина. Лук вот еще. Но, чтобы овощи почистить и отварить, нужно время. Отнюдь не полчаса. А задерживать короля — это позор для хозяина.

Позор? Эти слова музыкой льються в уши. Моему мужу не помешал бы хороший щелчок по носу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 35

Пока я думаю, как быть с завтраком короля и почему ему необходимо немедленно поесть, да еще горячее, если у нас был сытный, поздний ужин, Марта продолжает комментировать ситуацию. Она нервно поправляет выбившиеся из-под белоснежного чепчика седые пряди.

— Госпожа… Мы и так нарушаем все правила. Король ночует на улице – это просто неслыханно. А ведь есть строгий этикет для королевских визитов. Если его не соблюдать, то хозяев отлучат от двора. Я слышала, в прошлом году отлучили лорда Гренхольма и его супругу. Могут даже титулов лишить. О, госпожа… — в ее глазах мелькает ужас. — Тогда ваши дети никогда, никогда не смогут занять при дворе весомого положения.

Чем дольше слушаю Марту, тем больше склоняюсь принять вызов с приготовлением экспресс-завтрака. Не то чтобы меня сильно волновала судьба моих гипотетических детей.' Я просто внезапно понимаю, что этикет для короля — это мерило уважения к его королевской особе. Согласна я с этим или нет сейчас неважно. В чужой монастырь со своим уставом не ходят.

— Идемте! — говорю Марте и быстрым шагом иду на кухню. — Приготовьте все продукты, которые у нас есть и самый острый нож.

Кухня встречает меня теплом и суетой. На большом подносе уже расставлен сервиз. Чайник фарфоровый, чашки с блюдцами. Пахнет мятой, чабрецом и свежим пористым хлебом, аппетитно нарезанным на ломтики. На блюде красиво разложены кусочки сыра. Томас, обычно спокойный и организованный, мечется вокруг стола, не зная, за что хвататься в первую очередь. Он явно не в своей тарелке.

Языки пламени играют в очаге под чугунной решёткой, на которой стоит пузатый чайник. Из его носика тонкой струйкой поднимается пар, заполняя воздух терпким ароматом травяного чая. Слуга снимает чайник, ставит его на стол и вопросительно смотрит то на меня, то на жену, словно спрашивая, что теперь делать.

Судя по всему, стол в приемном зале еще не накрыт. Нужно немедленно переносить туда посуду, что я поручаю Томасу. Время поджимает. Бросаю быстрый взгляд на настенные часы, мысленно зафиксировав положение стрелок. У меня меньше получаса, чтобы приготовить королевский завтрак.

Марта поспешно выставляет на стол продукты. Картошка, лук, перец, помидоры, яйца, сыр, ветчина и большой каравай хлеба. Когда все продукты на столе, она хватает поднос с тарелками и выбегает из кухни, а я тем временем без промедления начинаю готовить.

Закатываю рукава и хватаю нож. В чугунной сковороде уже растапливается кусочек сала, шипя и источая аппетитный аромат, который мгновенно наполняет кухню. Пока оно плавится, берусь за картофель.

Нож скользит по кожуре, оставляя в миске тонкие спирали, блестящие от влаги. Разрезаю картофель на тонкие ломтики, чтобы он прожарился быстрее. Когда первые капли сала начинают шкворчать сильнее, бросаю на сковороду картошку. Золотистая корочка появляется буквально через минуту. Перемешиваю её деревянной ложкой, и одновременно берусь за другие продукты.

Лук шинкую полукольцами, глаза привычно щиплет, но я не обращаю внимания. Как только лук готов, добавляю его к картошке. Мясистый, ярко-красный перец нарезаю длинными полосками. Помидоры рублю крупными кубиками, сок тут же выступает на пальцах.

Измельчаю ветчину, чтобы равномерно распределить её по фриттате — её копчёный запах мгновенно смешивается с ароматами овощей. Яркие краски наполняют сковороду: золотисто-коричневый, алый, красный. Всё быстро перемешиваю, стараясь, чтобы овощи обжарились, но не размякли.

В отдельной деревянной миске быстро разбиваю яйца — десять штук. Взбиваю вилкой, добавляю крупную щепотку соли, немного сушёного базилика и тертого сыра. Получившуюся массу выливаю на овощи, слегка встряхиваю сковороду, чтобы яйца равномерно растеклись.

Сыр начинает плавиться, образуя аппетитную корочку. Убираю сковороду на менее горячую часть очага, чтобы фриттата медленно пропеклась. Накрываю её широкой керамической крышкой.

Пока фриттата доходит, кладу толстые ломти хлеба на решётку над огнём. Через пару минут переворачиваю их щипцами, наслаждаясь запахом подрумянившейся корки. Когда хлеб подсушился, натираю его долькой чеснока для аромата.

Снимаю крышку сковороды. Фриттата готова — пышная, с золотистой корочкой, пропитанная ароматами овощей и сыра. С помощью деревянной лопатки выкладываю ее на большое блюдо. Бросаю взгляд на часы — успеваю!

Приёмная зала встречает нас солнечным светом, который струится через высокие окна. На длинном дубовом столе, накрытом чистой скатертью, к счастью, уже расставлены серебряные приборы, хрустальные бокалы и тот же самый фарфоровый сервиз с золотой каймой, что был вчера за ужином. Посереди стола стоит небольшой букет свежих полевых цветов, придавая обстановке утончённость.

Мы с Мартой и её мужем Томасом осторожно вносим блюда. Фриттата, выложенная на большом подносе, с аппетитной золотистой корочкой и яркими кусочками овощей, занимает центральное место. Рядом — ломти подрумяненного хлеба, натёртого чесноком, и чайник с ароматным травяным настоем

Король сидит во главе стола. При виде нас его лицо озаряется широкой улыбкой. Остальные мужчины оборачиваются в нашу сторону, приветствуя одобрительными взглядами.

— Госпожа Верония, доброе утро, — приветливо произносит король. — Присаживайтесь. Завтрак в вашей компании обещает быть вдвойне приятным.

Я благодарю с легким поклоном, краем глаза замечая, что муж резко мрачнеет. Похоже, внимание, что оказывает мне король, обещает слегка обломать ему планы.

Его Величество кивает остальным за столом, включая Арвина и двух гостей, и произносит: — Что же, господа. Давайте приступим.

Томас раскладывают порции по тарелкам, и и я невольно задержаиваю дыхание, когда король берет свою вилку. Он отрезает кусочек фриттаты, пробует и замирает, словно смакуя. Затем, с довольной улыбкой, берет ещё один кусок и проглатывает, прежде чем заговорить.

— Великолепно! — восклицает он после пятого кусочка, откинувшись на спинку стула. — Неужели это дело рук местных поваров?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я хотела было ответить, но король уже поворачивается к своему слуге. — Выясни, кто готовил, и попроси рецепт. Такое блюдо должно стать частью нашего дворцового меню.

Марта, стоявшая у стены, растерянно хлопает глазами, не зная, что ответить. Она беспомощно таращится на меня. Приходится признаться: — Рецепт я могу передать вашему слуге лично.

Король смеется, довольный. — Госпожа Верония, вы меня восхищаете. Сначала вы исцеляете тяжело больных. Потом создаёте кулинарные шедевры, а теперь ещё и с