111 друзей Милы или Франшиза - это сила. Том 1 - Полина Лашина

— Волкам ты, как я вижу, тоже подружка? — раздалось у нее за плечом, когда они прошли во внутренний двор.

До двери кухни оставалось совсем немного, не мог еще чуток помолчать?

— Я бы так не сказала. Но и среди них есть достойные личности, и я была бы рада, если бы такие посчитали меня своим другом, — тем не менее честно ответила Мила, прибавляя шаг.

— Другом, — фыркнул за ее спиной бесшумно ступающий мужчина. — С женщинами, что под них ложатся, они не дружат.

Мила будто в прозрачную стену со всего маха стукнулась. Больно и… неловко?

Остановилась, повернулась к мужчине.

— Подожди-ка, то есть когда ты сказал «подружка», ты это и имел в виду? — уточнила она на всякий случай. А то вдруг что не так поняла. — Ты. Думаешь. Что я… с ними?

— А с чего бы им за тебя вступаться? За человечку. Они только своих женщин и подружек, пусть даже разовых, защищают, — выдал этот… этот хамло и придурок, кривя темные губы.

Мало ему вчера оборотни наваляли. По крайней мере на лице у наемника свежие следы видны только с одной стороны на скуле. Ой, мало!

Или именно вчера окончательно ему голову повредили, раз он такую ересь несет?

— Подержи-ка, — перестав хлопать впустую глазами, Мила протянула тяжелый, вообще-то, тазик с пластами мяса мужчине.

Он автоматически принял. А рука девушки уже взлетела, влепила ему смачную звонкую пощечину.

Для симметрии на здоровой стороне лица. Хотя нет, даже не думала, оно само как-то.

Позади ухнул кто-то из мальчишек.

— Знаешь, в чем твоя ошибка? — подаваясь вперед, чуть ли не нос к носу, зло прошипела Мила. — В том, что ты судишь других по себе! Или по своему братцу, который готов заскочить на любое, что в юбке! Вот интересно, а если бы на твоих глазах оскорбляли девушку, скажем, твою хорошо знакомую соседку, ты бы за нее разве не вступился?

Мужчина, что так и замер с тазом сырого мяса в руках, моргнул, но сведенную челюсть не разомкнул, выступившие желваки были видны хорошо даже через отросшую темную щетину.

— Хотя нет, не отвечай. Не хочу знать. Потому что и без тебя чем больше я узнаю людей, тем больше мне нравятся нелюди! — процедила опять Мила. Выдохнула, но это не помогло успокоиться. — По крайней мере, они вначале принюхиваются, чтобы не ляпнуть какую-нибудь гадость в лицо собрату.

Мужчина тоже шумно выдохнул, будто только отмирая, но Мила уже развернулась и, сжав кулаки, быстро зашагала в сторону кухонной двери. Чтобы не было соблазна еще этому гаду влепить. Ну надо же! Он посчитал, что она тут со всеми переспала, получается⁈

У двери остановилась, обернулась.

Мужчина так и стоял с тазом в руках и смотрел на нее.

— Урз, мясо на кухню отнеси. Я его позже сама приготовлю. А этого человека…

— Побить? Можно? — тут же оживились ребята, хотя у них в руках тоже ноша, но один тазик на землю уже бросили.

— Нет, — орчата слаженно и возмущенно взвыли. — Этого и любых других людей ко мне больше не подпускать без отдельного на то моего разрешения. Иногда мне даже стыдно, что я тоже человек, — последнее она добавила, глядя в застывшее лицо наемника.

Развернулась и скрылась в полутемном коридоре.

Как же эти новенькие ее допекли, не успев заявиться! Настолько ее не раздражали ни интриги дракона, ни азартная одержимость волков, даже когда они спорили на нее, совершенно не скрываясь. Но посчитать, что она со всеми вокруг переспала только потому, что за нее заступились⁈ Или что она уступит назойливому тупому флирту от мало-мальского симпатичного и болтливого мужика?

Какими же идиотами надо быть!

И как обидно! Неужели здесь все люди такие? Или такие порядки, что если у девушки хорошие отношения с нелюдьми, то… вот так о ней будут все думать⁈

— Сопли вытри, — раздалось внезапно в сумраке того закутка служебного прохода, куда свернула Мила, чтобы пережить эмоциональную бурю вдали от чужих глаз.

— Ч-что?

Душара ходит так бесшумно. Только до слез еще дело не дошло и нет у нее никаких…

— Ты сильная. Поэтому они и бросают тебе вызов, — продолжила хозяйка. — Думают, если победят, то сами станут сильнее. Глупые, — фыркнула.

— А мне что делать? Ничего, лишь бы никто ко мне не приставал? — сказала Мила и сама поняла, какую глупость ляпнула. — То есть я хочу заниматься делом, а не отбиваться постоянно. Но и дурочку разыгрывать из себя не хочу, чтобы не раздражать всех этих самцов своим существованием. И что мне делать?

Но вместо ответа Душара просто похлопала ее по плечу широкой ладонью, от тяжести которой чуть ноги у человечки не подкосились. И ушла, также беззвучно растворившись в темноте коридора.

Мила вздохнула.

Кажется, сегодня шашлыка не будет.

Будут отбивные! Или… о, да, фарш! Потому что ей надо выплеснуть всю свою ярость на что-то более толковое, чем… действительно, размазывать сопли. Не будет она расстраиваться и рыдать из-за каких-то придурков! Пойдет и порубит много-много тара-тыра!

И сделает какую-нибудь вкусняшку! Новую!

И надо вернуть традицию вечерних рассказов.

А еще найти место, где повесить яркую мишень для игры в дартс, и придумать, как завлечь оборотней этой новинкой.

Может, для них сделать мишень побольше, для метания ножей? Только ее тоже ярко раскрасить нужно. Потому что они же «Вкусно и ярко». Будет еще и весело. Да, вот так и надо рекламировать свои таверны: Вкусно, ярко и весело!

А всякие придурки… их везде хватает. Может, она еще найдет нормального человека?

Да и, в конце концов, она на самом деле пока замуж не торопится. У нее еще полно времени для поиска личного счастья.

Глава 17

А этим здесь что нужно?

В тот день Мила приготовила новинки, уйдя с головой в очередные эксперименты с блюдами.

Так что вечером для рассказчиков-оборотней были мясные ватрушки. Надо же было использовать фарш, который девушка тогда нарубила от души? А готовятся такие «ватрушки» просто: из мелко рубленного «красного» мяса, приготовленного как на котлеты, сделала «гнезда» на противне. Сверху положила «шарики»