Вездесущий поиск истины - Priest P大

опущенной. Настенные факелы с обеих сторон были усилены заклинаниями, поэтому пламя оставалось неподвижным, когда люди проходили мимо. По дороге никто не произнес ни слова, и от этого атмосфера казалась крайне напряженной. Под землей было легко заблудиться. Пока они кружили по переходам, Чэн Цянь мысленно следил за расстоянием. Как раз в тот момент, когда он почувствовал, что они вот-вот покинут остров Цинлун, перед ними появилась еще одна лестница.

Каменные ступени продолжали подниматься и спускаться, пространство стало настолько тесным, что даже Лужа вынуждена была слегка наклониться. Остальные же выбирались наружу почти ползком. Группе заклинателей пришлось отбросить всякое достоинство, пока они протискивались через проход.

Ли Юнь не смог удержаться и наконец заговорил:

– Интересно, куда она нас ведет…

Янь Чжэнмин покачал головой. Он с некоторым трудом оглянулся и сказал:

– Чжэши, позаботься о нашей шимэй.

Услышав это, Хань Юань, идущий позади него, тоже кое о чем вспомнил.

Он торопливо похлопал себя по одежде и достал цепочку с подвесками. Это были иглы поиска души, украденные им несколько лет назад на Небесном рынке. Кончики игл были отравлены, поэтому их поместили в маленькие и изящные деревянные футляры, а через ушко каждой продели соломенную веревочку. Теперь легендарное оружие выглядело как непримечательная побрякушка нищего.

Хань Юань, заполучивший иглы, думал, что, поскольку на этом острове так много людей смотрят на них сверху вниз, грозное оружие быстро исчезнет. Но у него всегда были шисюны, защищавшие его, так что три иглы до сих пор оставались нетронутыми.

Хань Юань повесил веревочку с иглами на шею Лужи и сказал:

– Если кто-то попытается причинить тебе вред, сними деревянный наконечник и воткни в него.

За разговорами они достигли конца лестницы. Тан Ваньцю ударила по камню, разбив плиту толщиной больше чем в два чи на куски. Эта старшая напоминала разбушевавшийся фейерверк. Янь Чжэнмин почти потерял терпение, потому просто молча последовал за ней.

Но стоило ему поднять голову, как он тут же почувствовал порыв морского ветра, дующего ему в лицо. Оглядевшись, он понял, что они оказались в тайном порту. Здесь был один-единственный кораблик. Он оказался довольно неприметным, способным слиться с ночными тенями. Если бы корабль не находился прямо перед ними, они, возможно, даже не заметили бы этой громадины.

– Забирайтесь, – сказала Тан Ваньцю. – Там нет лодочника, но твой клан всегда был хорош в заклинаниях. Этой лодкой можно управлять с их помощью, разберетесь. Если бы вы все могли летать на мечах, это не было бы так хлопотно.

Тан Ваньцю всегда производила впечатление человека, всем своим видом говорящего: «Небеса великие, а я – вторая после них». Ее слова должны были показаться насмешкой над низким уровнем самосовершенствования учеников клана Фуяо, но, как ни странно, на этот раз она не имела в виду ничего подобного.

Она повернула голову, чтобы посмотреть на черное как смоль небо и еще более темное море, и сказала тихим, едва различимым голосом:

– Совсем скоро… Времени почти не осталось…

На краткий миг показалось, что все ее существо утонуло в ночи. Ее юбка и волосы слегка колыхались на морском ветру, создавая вокруг нее едва уловимую иллюзию хрупкости.

Долгое время спустя Тан Ваньцю наконец сказала:

– В тот день я действительно видела Хань Мучуня, но не осмелилась позвать его. Я была… немного неотесанной, поэтому не смогла сразу понять, хочет ли он быть узнанным.

Она всегда была неуклюжей в отношениях с людьми. Прежде чем она успела принять решение, человек исчез.

Янь Чжэнмин на мгновение остолбенел, но наконец понял, что она имела в виду грандиозную битву с темным заклинателем, разразившуюся в Восточном море пять лет назад.

– Ты… немного похож на своего учителя в молодости.

Говоря это, она слегка наклонила голову и заправила прядь своих длинных волос за ухо. Этот жест многие девушки использовали бессознательно, но, когда его использовала она, казалось, будто за ним скрывается какое-то шокирующее прошлое.

Произнеся эти слова самым мягким тоном, каким говорила когда-либо в своей жизни, она тут же отбросила доброту и серьезно, строго наказала:

– Покинув это место, не возвращайтесь на гору Фуяо. Тренируйтесь среди простых людей или найдите тихое и спокойное место, чтобы продолжать заниматься самосовершенствованием. Никогда никому не говорите, что вы из клана Фуяо.

Янь Чжэнмин с любопытством спросил:

– Старшая, разве клан Фуяо уже давным-давно не считается маленьким ослабевшим кланом? Даже если мы упомянем его, кто узнает?

– Незнающие люди, естественно, не поймут, о чем идет речь. Но те, кто должен быть в курсе, и даже те, кто не должен быть в курсе, – будут знать. Не мешкайте, садитесь в лодку и уплывайте…

Прежде чем она успела договорить, столб света внезапно устремился к небесам. На мгновение весь остров озарился белым сиянием, столь ярким, что невозможно было открыть глаза.

Зрачки Тан Ваньцю сузились, на ее лице появилось выражение беспокойства.

Именно тогда Чэн Цянь, стоявший позади всех, внезапно выпрямился и медленно поднял Шуанжэнь.

– Кто здесь?

В воздухе послышался свист. Люди в масках подобно стае воронов спустились на землю один за другим. В мгновение ока они окружили беглецов.

Их предводитель выступил вперед. Его лицо трусливо скрывалось за черной вуалью. Он сказал:

– Остров Цинлун объявил военное положение. Отныне кораблям запрещено покидать его пределы!

Тан Ваньцю схватила Чэн Цяня за плечо и, с силой оттолкнув его в сторону, выступила вперед.

– Я не слышала, чтобы владыка острова говорил что-нибудь о введении военного положения. Кто ты такой?

Человек в маске холодно рассмеялся низким голосом и сложил руки, приветствуя Тан Ваньцю:

– Чжэньжэнь, не нужно терять самообладание. Даже если бы вы сели на корабль, никто из вас не смог бы уйти.

Закончив говорить, он поднял голову, будто намекая на что-то. Ночное небо освещали бесчисленные пятна света. С такого расстояния они казались светлячками.

Лужа вновь собралась плакать, но Чжэши закрыл ей рот рукой.

– Шисюн, что это такое? – тихо спросил Ли Юнь.

Янь Чжэнмин внимательно огляделся вокруг и отвел взгляд, ответив:

– Это свечение чистой Ци, оно исходит от летающих мечей.

Ли Юнь запаниковал.

– Что? Их так много? За кем они пришли? Не за нами же, правда?

Ли Юнь был из тех людей, что хорошо соображают в обычной жизни, но в критических ситуациях теряют рассудок.

В тот момент, когда он произнес эти слова, Янь Чжэнмин понял, о чем он думал. Верно, все они были лишь незначительными учениками маленького ослабевшего клана. Они никогда не уходили с горы Фуяо и оставались на острове Цинлун с тех пор, как