Мой лифт — Моя крепость - Андрей Проходский

до самых кончиков моих пальцев, а потом конечность и вовсе перестала мне подчиняться. Я отшатнулся, ударившись спиной о створку лифта. Перед глазами вспыхнули белые пятна.

Но Антон и не думал останавливаться.

Он отбросил ключ в сторону, а потом с неразборчивым криком врезался в меня всем телом, вцепившись в моё горло. Его ладони сомкнулись так быстро, что я не успел даже вдохнуть. Большие пальцы продавили шею под подбородком, остальные впились в затылок.

В тщетных попытках освободиться я вцепился в его запястья.

Левая рука отозвалась вспышкой боли и тут же ослабла. Правой я пытался оторвать хотя бы один палец, но Антон оказался неожиданно сильным. Вчера он казался уставшим работягой с окровавленным ключом, сегодня же спокойно продавливал меня назад, будто я весил вдвое меньше.

— Это ты виноват! — прохрипел он мне в лицо, брызгая слюной.

От него несло перегаром и одновременно чем-то химическим. Глаза за перекошенными очками были красными, и в них вообще не проглядывался разум, только безумие и ярость.

— Ты должен был открыть! Должен был им помочь!

Я ударил его коленом. Попал куда-то в бедро, но Антон даже не поморщился, а лишь только сильнее сжал пальцы на моем горле.

Воздух закончился почти сразу.

Я попытался дотянуться до кобуры, однако Антон толкнул меня ещё раз, и ладонь прошла мимо рукояти. Перед глазами всё потемнело. В ушах появился гул, сквозь который доносился его надсадный голос.

— Они живы! Слышишь?! Я знаю, что они живы!

Его лицо расплывалось.

— Я видел… видел, как их ели… Но они живы! Я найду их! Мне нужен ствол! Мне всё твоё нужно!

Он продолжал теснить меня назад. Пятка зацепилась за металлический порог.

Я потерял равновесие и будто в замедленной съёмке полетел назад. Но Антону было всё равно, он, не разжимая рук, последовал за мной в этом коротком полете. Лишь его пальцы будто ещё сильнее стиснули мою шею, отчего свет в моих глазах окончательно пропал.

На одно короткое мгновение я решил, что всё закончилось. Как вдруг пальцы на моей шее разжались. Не ослабли даже, а будто что-то невидимое стало отрывать их от моей плоти. Мне было плевать, ведь я наконец-то смог вдохнуть. И даже удар всей моей тушей о пол кабины и прострелившая всё тело боль в повреждённой этим психом руке не смогла омрачить этого кайфа. Кайфа дыхания.

Открыв мутные от слёз глаза, я увидел, что Антон беснуется у самого порога в моё убежище. Я продолжал судорожно втягивать воздух. Горло горело, а каждый вдох происходил с сипом и болью.

Перед глазами появилось системное сообщение:

~Обнаружено враждебное проникновение.

Доступ на личную территорию запрещён.~

Антон несколько раз толкнулся вперёд всем телом. Плечи напряглись, на шее вздулись жилы, но невидимая преграда не позволила ему пересечь порог.

— Что за херня?!

Он ударил кулаком перед собой. Костяшки остановились в пустоте.

Я попытался приподняться, опираясь только на правую руку. Левая висела вдоль тела бесполезной плетью. Горло болело, в ушах стучала кровь, а из глаз сами собой продолжали течь слёзы.

Антон вновь подхватил разводной ключ.

— Открой!

Он обрушил инструмент на невидимую границу. Ключ остановился в воздухе с глухим ударом, будто встретил толстую бетонную плиту.

— Открой, жирная мразь! — орал он, и слюни из его рта летели в мою сторону.

Ещё один замах.

Ещё один удар.

Комната не пропускала ни его, ни удерживаемый им инструмент. Антон бил снова и снова, не пытаясь разобраться в происходящем. Он просто не мог принять, что добыча лежит перед ним, а добраться до неё невозможно.

— Это должно быть моим! — орал он. — Тебе это не нужно! Ты всё равно сдохнешь! Я полезнее тебя!

Здоровой рукой я нащупал рукоять револьвера.

Пальцы дрожали. Кобура зацепилась за ремень, курок цеплялся за ткань, а Антон всё продолжал колотить по границе. Один удар, второй, третий.

Наконец револьвер оказался у меня в руке.

Системный бонус сделал движение чуть точнее, но страх никуда не исчез. Ствол ходил из стороны в сторону. Я попытался удержать его второй рукой и едва не закричал, когда повреждённое плечо отозвалось новой болью.

Пришлось стрелять с одной.

— Остановись…

Голос почти не прозвучал. Из пережатого горла вырвался только сип.

Антон снова занёс ключ над головой.

Я нажал на спуск.

Грохот внутри кабины оказался оглушительным.

Первый выстрел попал Антону в грудь. Ключ остался поднятым над его головой, а рот раскрылся в немом удивлении.

Я выстрелил второй раз.

Новая вспышка. Новый удар.

Антон замер.

Несколько секунд он продолжал стоять перед порогом, будто ещё не понял, что произошло. Очки съехали на кончик носа. На рабочей куртке быстро расползались два тёмных пятна.

Глаза Антона опустели, и он рухнул вперёд с так и поднятым разводным ключом.

Я не успел ни отползти, ни поднять руку. Тяжёлое тело навалилось сверху, выбивая крохи воздуха, а металлическая головка ключа вскользь ударила меня по виску.

Мир дёрнулся.

Перед глазами успело вспыхнуть последнее сообщение:

~Вы убили человека: Антон Клименко.

Класс: Сантехник.

Уровень: 4.

Получен опыт.

Достигнут уровень 3.~

Свет погас.

* * *

После смерти дяди всё развалилось удивительно быстро.

Сначала люди ещё пытались делать вид, что ничего не изменилось. Дежурили, делили еду, спорили о маршрутах патруля и обещали друг другу не разбегаться. Потом один мужчина ушёл ночью, прихватив медикаменты. Следом исчезли ещё трое. На следующий день заражённые прорвались через нижний вход, и оставшиеся побежали кто куда.

Анклав сам собой перестал существовать.

Нас осталось девять человек.

Мы прятались в ливнёвке под широкой дорогой. Над головами иногда проезжали брошенные ветром тележки или перекатывались куски металла, и каждый звук заставлял людей хвататься за оружие. Вода доходила до щиколоток. От сырости одежда не высыхала, а стены покрылись скользкой чёрной плесенью.

Я сидел у бетонной трубы и пытался отдышаться после последнего перехода. Ноги дрожали, сердце колотилось, а мокрая футболка липла к животу.

Остальные смотрели на меня так, будто именно я причина их голода, бесполезный дрожащий от страха жирдяй.

И что касается бесполезности, они правы, в отличие от меня, у них были нормальные способности.

Худой парень с обожжёнными пальцами мог выбрасывать короткие электрические разряды. Женщина в разбитых очках создавала перед собой полупрозрачный щит, выдерживавший несколько ударов. Ещё один мужчина на несколько секунд становился быстрее и сильнее обычного.

У меня не было ничего. Только личная комната, что так и осталась в сожранной