Мой лифт — Моя крепость - Андрей Проходский

меня появился сосед, возможный напарник и план на утро. Теперь только и хотелось вырезать консервным ножом пластиковую дрянь из стены вместе с куском металла и выбросить в шахту.

Постепенно злость начала уступать место более полезному чувству.

Подозрению.

Почему конкретно Система приняла полку?

Сундук был полезнее. В нём хранилась еда, лекарства и инструменты, но система его проигнорировала. Созданное мной копьё по природе своей предназначено для спасения моей же жизни, однако тоже не подошло. Компьютер занял слот сразу, что казалось логичным для класса хикикомори.

Но полка?

Она не была нужна ни для чего. Я вытащил её из чужой ванной и приклеил к стене меньше десяти минут назад.

Значит, дело было не в конкретном предмете.

Я посмотрел на пустую пластиковую поверхность.

До воспоминания о коллекции она оставалась обычной полочкой. Система не проявляла интереса ни тогда, когда я нашёл её, ни когда достал из сундука, ни когда приклеил к стене.

Реакция появилась только после того, как я вспомнил свою старую комнату и мысленно увидел на этой полке фигурки.

Ноутбук тоже стоял в моей прежней комнате.

Более того, он был составным элементом её основы. Я проводил за ним большую часть дня, работал, играл, смотрел фильмы и общался. Неудивительно, что Система признала его первым.

Я снова открыл список предметов.

~Компьютер Хикикомори.

Полка для фигурок.~

Меня озарило мгновенной догадкой.

Дело не в самом компьютере и этой грёбаной трижды проклятой полке. Система признала их, так как они отражали свои прообразы внутри моего старого логова.

— То есть тебе нужны вещи из моей комнаты?

Ответа не последовало, но мне он и не нужен был, меня, как говорится, понесло.

— Не обязательно те же. Достаточно, чтобы они были похожи и я считал их тем же самым?

Тишина вокруг прозвучала словно знак согласия.

Меня накрыла мягкая эйфория, как и всегда, когда я находил ответ на сложную задачу.

Моя системная комната не собиралась превращаться в универсальный бункер выживальщика. Ей было плевать на абстрактную полезность сундука, копья или аптечки. Она пыталась восстановить то место, что я действительно считал своим домом.

Я закрыл глаза и попытался представить его целиком.

Большой компьютерный стол, несколько мониторов, ноутбук рядом с летящим чатом, клавиатура с подсветкой, микрофон на длинной стойке. Кресло, в котором я проводил столько времени, что оно промялось точно по форме моего тела. Кровать с вечно скомканным одеялом. Плотные шторы, не пропускавшие солнечный свет. Маленький холодильник с напитками. Полки с фигурками. Постеры. Стеллажи с коробками. Шкаф, где хорошая одежда годами висела нетронутой, потому что для похода до двери хватало спортивных штанов и футболки.

Там были запасные клавиатуры, старые видеокарты, провода, зарядки, пауэрбанки и несколько коробок с техникой, которую я не выбрасывал просто потому, что однажды она могла понадобиться.

Настоящая комната хикана, анимешника и просто задрота.

Место, где внешний мир постепенно перестал иметь значение.

Если Система собиралась восстановить всё это внутри девяти квадратных метров лифтовой кабины, ей предстояло очень сильно постараться. Хотя чего это я, это мне надо очень тщательно выбирать последний предмет, от которого и будет зависеть, насколько долго я проживу.

Последний предмет. От одной только мысли о моём недавнем факапе снова стало тошно.

Меня словно током ударило. Я распахнул глаза, уставившись на револьвер в кобуре. Несколько секунд просто смотрел на него. Потом перевёл взгляд на свободную стену напротив полки.

Если Система действительно принимала предметы из моего прежнего логова, я знаю, что должно подойти на роль номера три. И, в отличие от пластиковой полки, оно может оказаться полезным.

Я снял револьвер с пояса и положил на крышку сундука.

Знакомая тяжесть в ладони вернула воспоминания, которые я давно старался не трогать.

* * *

Оружие появилось в моей жизни задолго до игр и стримов.

Отец занимался бизнесом, основной частью которого были частные охранные предприятия, да и в целом всё, что касалось безопасности. Он любил оружие и считал, что мужчина должен хотя бы понимать, с какой стороны у пистолета вылетает пуля и почему заглядывание в ствол — это плохая примета.

Его младший брат, дядя Саша, служил в СОБРе и относился ко всему этому гораздо серьёзнее. Именно он первым объяснил мне, что оружие — не дорогая игрушка и не способ почувствовать себя крутым гигачодом.

Отец регулярно вывозил меня на частный полигон. Иногда с нами вместе ездил дядя, но чаще всего мы оставались наедине. Мне тогда было лет девять или десять. Настоящее оружие мне давали редко и только под постоянным контролем, но я успел подержать несколько пистолетов, карабин и старый револьвер.

Стрелял я посредственно.

Даже ребёнком не обладал особой координацией и слишком сильно зажмуривался перед выстрелом. Отец смеялся, дядя ругался, после чего оба начинали спорить, кто именно из них неправильно меня учит.

Но базовые ухватки всё равно остались со мной даже сейчас.

Поэтому я смог открыть барабан, проверить патроны и перезарядить револьвер, не прострелив себе ногу. Не великий талант, конечно, но в нынешнем мире подобные мелочи отличали вооружённого человека от некогда вооружённого трупа.

Когда мне исполнилось двенадцать, родители погибли.

После этого оружие исчезло из моей жизни почти полностью.

Дядя ещё несколько раз предлагал съездить пострелять, но я отказывался. Запах масла, грохот выстрелов и даже противошумные наушники слишком сильно напоминали об отце.

Вернулось всё гораздо позже.

Сначала через игры.

Шутеры давали очень удобную версию войны. Без запаха крови, боли и настоящей смерти. Умер — возродился. Проиграл — начал новый матч. Оружие там было красивым, предсказуемым и послушным. Достаточно заучить спрей, тайминги и цифры характеристик.

Потом появились стримы, турниры, оружейные каналы и коллекционные реплики.

Первым стал револьвер «Курс». Странная конструкция под резиновый шарик и строительный патрон. Не полноценное боевое оружие, поэтому лицензия для покупки не требовалась.

Я выиграл его в споре у одной заносчивой киберкотлеты из Питера. Он тогда был гораздо известнее меня и утверждал, что я не смогу пройти сложный челлендж на стриме без единой смерти. Я смог.

Долг он вернул честно, не став давать заднюю. Просто заказал револьвер в магазине, указав нужный адрес.

Несколько месяцев выигранный «Курс» просто лежал в столе. А потом я сам не знаю зачем повесил его на стену.

Именно он и стал первым.

Позже в сети наткнулся на объявление о продаже охолощённого американского помпового дробовика времён Первой мировой. О подобном когда-то мечтал отец. Он рассказывал о нём с таким восторгом, будто речь шла не