Консультант - Александра Торн

Бреннон вздохнул и придвинул к себе кипу бумаг. Они касались истории открытия приюта, но это уже не имело никакого значения. Комиссар принялся листать их, только чтобы отвлечься и скоротать время до возвращения консультантов или мисс Эттингер.

– Это несправедливо, – пробормотала Джен. – И я не должна была его отпускать! Если бы я вошла туда с ним!

– Ты защищала нас от чумных мертвецов, – мягко сказал Бреннон. – Никто из нас не знал, насколько это опасно даже для него.

– Я должна была догадаться! – упрямо прошептала ведьма. – Но я почему-то забыла, что он тоже человек, как и вы…

Комиссар сжал зубы и отвернулся. На глаза ему попался портрет брата Бартоломео, и, глядя на рисунок, Бреннон ощутил укол такой жгучей ненависти, какой не чувствовал лет с тридцати, когда дрался с имперскими солдатами на улицах Блэкуита.

– Пора, – сказал Натан. – Запустим в дело портрет. Пусть им размахивают на каждой улице и в каждой пивной. Этот выродок зашел с козырей, попытавшись открыть портал, значит, мы все-таки загнали его в угол. Пусть подергается и…

Зеркало на столе вдруг зазвенело и засветилось. Бреннон, почти машинально вспомнив заклинание, с первой попытки включил связь и, к своему удивлению, увидел не пиромана и не кардинала, а консультанта – дона Луиса Монтеро, как ему представила его мисс Эттингер. Он был из Эсмераны и явился на ее зов одним из первых.

– Добрый вечер, – сказал консультант, тоже несколько удивленно. Изображение было немного расплывчатым, но за спиной дона Монтеро Натан различил покрытые копотью стены и обугленную мебель.

– Добрый. Вы в приюте?

– Да. Мы позаимствовали зеркало из соседнего дома. – Консультант помолчал, немного растерянно глядя на комиссара, потом, видимо, пришел к какому-то решению, кашлянул и сказал: – К нашей общей радости, могу сообщить, что благодаря синьоре… вашей… кгхм… Благодаря вивене распространение чумы остановлено, очаг заразы уничтожен. Мы ликвидировали остатки портала и сейчас заканчиваем со сбором улик, коих, увы, осталось немного. Здание почти полностью выгорело.

– Возможно, это и к лучшему, – сказал комиссар. – Если учесть, какой пакостью был переполнен этот монастырь.

– Я тоже так считаю, – кивнул дон Монтеро. – Я бы предпочел вообще ничего не выносить из здания, осмотреть все на месте, а потом сжечь.

– Отличная мысль. Я не любитель уничтожать улики, но не в этом случае.

– Мы также установим вокруг монастыря отпугивающий контур, чтобы люди к нему не приближались.

– Хорошо. Удалось поймать какой-нибудь след чернокнижника?

– О да! – оживился эсмеранский консультант и локтем отпихнул черного змея, который тоже захотел присоединиться к беседе. Змей что-то прошипел, и дон Монтеро спросил: – А где синьора Эттингер?

– Отбыла к Лиганте – проверить, что там с провалом.

– Ох, нет! Одна?!

Возглас консультанта был таким испуганным, что Джен вскочила с окна и резко спросила:

– А что такое? Почему нельзя?

– Мы установили, что след чернокнижника ведет прочь из города, в сторону залива. Мы не сможем точно вычислить его в море из-за текучей воды, но…

– Но куда еще, черт подери, он может потащиться! – Бреннон поднялся. – Джен, передай сообщение инквизиторам и найди Саварелли. Я возьму оружие и прибуду к вам.

– Сэр, лучше я вас туда отнесу, – сказала ведьма.

– Отнесешь?

– Я умею летать, – напомнила ему Джен. – Пока вы собираетесь, разошлю сообщения. Нам лучше не разделяться – никто, кроме меня, не сможет быстро справиться с чумной или еще какой потусторонней дрянью.

– Вы собираетесь прибыть лично? – в изумлении спросил дон Монтеро. – То есть… Я, конечно, слышал о вас от синьора Лонгсдейла и донны Регины, но…

– Мы уже потеряли двоих из вас, – отрывисто сказал Бреннон. – Лонгсдейл… не очнется. И я больше этого не допущу.

Они встретились на площади перед большим собором: два десятка инквизиторов, кардинал, прибывший из дворца дожа, шестеро консультантов и комиссар с ведьмой.

– Что там с эвакуацией? – первым делом спросил Бреннон.

– Пришлось пободаться с упертыми ослами в Золотом Совете, – воинственно отозвался Саварелли, – но, к счастью, здравый смысл победил. Сегодня вечером в городе станут бить в набат, и дож объявит об эвакуации. Горожанам дадут ночь на сборы и утром, с шести часов, начнут вывозить людей. Корабли предоставят торговые гильдии.

– Вам следует отправить их как можно дальше, – сказал синьор Монтеро. – Какую скорость развивают эти корабли?

– Гм-м-м. Примерно десять-двенадцать морских миль в час. Это самые быстроходные.

Консультанты помрачнели.

– Им тут лучше не задерживаться, – сказала Джен. – Если на море начнется шторм вроде того, что устроил Ройзман…

– В городе около ста шестидесяти тысяч жителей, – покачал головой кардинал. – Мы не сможем вывезти их за час.

– Тогда не будем медлить, – решил комиссар. – Точный след брата Бартоломео установить не удалось, но он покинул город и пересекает залив. И как мне кажется, совершенно ясно, куда направляется.

Саварелли пересчитал всех присутствующих, что-то прикинул в уме и сказал:

– Если мы выдвинемся из Порто да Галло, то я добуду нам небольшой корабль. Один из купцов, который держит свою эскадру в этой гавани, очень религиозен и ни в чем не откажет служителям веры.

– Порталами лучше не пользоваться, – согласился синьор Монтеро. – Та сторона… даже за куполом и периметром она…

– Смотрите! – вдруг воскликнула ведьма и ткнула пальцем в сторону залива. Натан с удивлением заметил, что прохожие, которые прогуливались по площади вокруг собора, останавливаются и тоже смотрят на залив, точнее – на небо над ним.

День был очень ясным (может, стараниями Валентины), и небо без единого облачка протиралось над морем до самого горизонта. С площади, вокруг которой Большой канал превращался практически в озеро, был виден странный темный гриб на границе залива и моря. Столб гриба казался соткан из серо-лиловой дымки, а над ним вращались плотные фиолетовые тучи. То и дело в них вспыхивали белые и лиловые молнии, а воздух вокруг стал неестественно прозрачным.

– Это там, – прошептал Саварелли. – Это над островом. Боже!

– Но там же они! – выдохнул один из консультантов. – Регина и Уркиола!

В голове комиссара вдруг будто ударил колокол – Бреннон пошатнулся и сжал виски руками.

«Натан!» – голос Валентины прозвучал с такой силой, что у комиссара чуть череп не треснул. Ее возглас отдался в каждой косточке, и Бреннон со стоном навалился на плечо ведьмы, которая что-то с тревогой спрашивала у него, но он не мог ее расслышать.

«Натан! Натан! – Боль, отчаяние и ярость в голосе вивене пронизывали его насквозь, как штормовой ветер. – Раскол! Я чувствую!»

Перед комиссаром что-то вспыхнуло, но в глазах стояла такая пелена, что он