Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

развернулся по большой петле, издавая утробный рык и скрежет. Место, куда я его ранил, слегка дымилось. Моя атака не осталась незамеченной, маги бегали вокруг монстра и пытались попасть в то же место, куда угодил мой протазан. Я тем временем проглотил содержимое красного пузырька и начал вливать быстро восстанавливающийся запас энергии в навершие протазана.

Бой продолжался, жестокий и беспощадный. Монстр метался по площадке, раскатывая поваленные деревья в труху. Иногда кто-нибудь не успевал уклониться от огромных челюстей и исчезал в зловонной утробе, но червь начал всё же слабеть, рык становился более тоскливым, а движения начали замедляться.

Группы магов атаковали гиганта по очереди, непрерывно маневрируя на вытоптанной и раскатанной площадке. Я напитал навершие протазана двумя типами магической энергии до отказа и тоже бегал по площадке, перепрыгивая через поваленные деревья, пытаясь улучить момент для атаки и стараясь при этом не попасть под брюхо или в рот чудовищу.

Две группы магов умудрились поймать момент, когда тварь открыла пасть и все атаки были направлены прямо в глотку. Червь замер на месте и поднял голову вверх, истошно вопя, а я тем временем подскочил сбоку и прицельно ударил в стык между пластинами хитиновой брони, выпуская заряд внутрь чудовища.

В этот раз я смог придать своему оружию гораздо больший заряд двух видов энергии. Когда всё это полыхнуло внутри чудовища, между пластинами брони вырвались тонкие струйки дыма. Червь содрогнулся всем огромным телом и взвыл особенно надсадно, оглашая лес на большом расстоянии, словно прощаясь со своим создателем.

Все остальные маги быстро материализовались рядом со мной и дружно ударили в дымящийся бок остановившегося чудовища всем своим магическим арсеналом, вырывая огнём, молниями и вихрями из него большие куски плоти. Теперь победа уже была не за горами, если бы не одно но.

Мы отчаянно рвали на части тело червя, но это место находилось можно сказать в последнем вагоне этого состава, который внезапно отстегнулся, как хвост у ящерицы, а всё остальное ринулось вперёд. Червь снова развернулся и устремился к нам, решив забрать с собой как можно больше жизней.

Вот только то место, откуда отвалился сильно повреждённый хвост, защитной брони на себе не имело. Взвод спецназа, а следом и остальные военные открыли шквальный огонь именно туда. Оставшееся тело червя уже начало дымиться больше, чем наполовину. Чудище наконец остановилось и замерло, издав предсмертный стон, заставивший дрожать землю и листву.

Шум, грохот и потусторонний рёв прекратились. Теперь были слышны только стоны и ругательства. Чудовище больше не подавало признаков жизни, но приближаться к нему всё ещё никто не решался.

Самым смелым теперь оказался Фридрих Стефанович. Он вооружился какими-то датчиками и медленно приближался к телу поверженного монстра. Все остальные предпочли держаться на расстоянии.

Я окинул взглядом то, что осталось от лагеря, а от него уже практически ничего, собственно, и не осталось. Покорёженная установка для раскопок валялась в стороне от дыры в земле, запутавшись в оставшихся от шатра лохмотьях. Её внешний вид чётко дал понять, что ремонтировать в полевых условиях тут нечего. Все шатры превратились в рваные тряпки, смешанные с землёй. Тут и там виднелись останки военных и учёных, втоптанных в землю гигантским червём, а некоторых он и вовсе сожрал.

— Господа, — голос руководителя экспедиции прозвучал неожиданно бодро на фоне скорбной картины и звенящей тишины. — Это как раз то, что мы искали. Этот червяк и есть источник антимагии. Точнее, источник находится внутри него, его надо оттуда достать.

Герцог обернулся на стоявших в отдалении молча сотрудников. Видимо, он ожидал, что все ринутся выполнять его пожелание, но никто и не подумал даже сдвинуться с места. Все с опаской смотрели на дымящегося червя и словно ждали, когда тот резко повернёт голову и слопает их начальника. Но этого не происходило, монстр был мёртв.

— Уважаемые коллеги, — начал герцог уже совсем другим тоном, почти просящим. — Мы приложили столько усилий и только что потеряли своих коллег и соратников. Неужели всё это было зря и мы просто уйдём отсюда без такого значимого для науки и понимания природы Аномалии трофея? Ведь нам придётся немедленно отсюда уходить, остаться на ночь теперь нет возможности.

Для убедительности Фридрих Стефанович обвёл рукой то, что осталось от лагеря. Вся его пламенная речь, похоже, никого не зацепила. Его коллегам, судя по всему, было уже абсолютно начхать на науку после того, что здесь только что произошло. Всем просто хотелось выжить и вернуться домой. И желательно, больше никогда сюда не возвращаться.

После минуты гнетущего молчания герцог вынул из ножен охотничий нож и направился к телу червя сам. Уточнив с помощью датчика локацию источника излучения антимагии, он начал пытаться проковырять дыру в тлеющей хитиновой пластине. У него это получалось, но с большим трудом.

Я уверенным шагом направился помогать герцогу. Навершие протазана, сделанное из чёрного рога Красного медведя, вгрызалось в подпорченную броню монстра более охотно, чем охотничий нож. Лейхтенбергский быстро понял, что он только мешает мне и благоразумно отошёл в сторону, с интересом наблюдая за процессом.

Ко мне на помощь поспешил Матвей со своим огромным мечом и спецназовцы. Чтобы добраться до того, что находится внутри червя диаметром под три метра, нужно сделать большую дыру, и вскоре она стала обретать очертания. Мы методично откалывали куски хитина, врезались в ткани и пробирались вглубь.

— Господа, замрите! — крикнул вдруг Фридрих Стефанович.

Все отошли от сделанного общими усилиями огромного отверстия, пропуская учёного вперёд. Герцог поводил датчиком, чтобы точно определить место и снова начал орудовать ножом, осторожно углубляясь. Через несколько минут он запустил руку в образовавшуюся дыру и осторожно извлёк оттуда серый кристалл размером с кулак.

— Это оно! — восторженно воскликнул Лейхтенбергский, гордо подняв кристалл над головой.

Оставшиеся в живых учёные и до этого уже сместились поближе, теперь подошли к нему вплотную и с таким же детским восторгом смотрели на кристалл, тянули руки, чтобы прикоснуться к нему.

Я снова почувствовал дискомфорт, который волнами расходился от серого кристалла, но он был уже не таким сильным. Подходить к нему ближе всё же не хотелось. Пока учёные радовались находке, я решил осмотреться. Ясное дело, что не осталось ни одной целой тележки.

Отойдя от толпы на полсотни шагов, я услышал жалобный писк. Он исходил из-под вороха листвы. Я осторожно разбередил кучу прелых листьев древком протазана и обнаружил там раненого горностая. Внешне зверёк выглядел вполне обычно, без признаков мутации. На меня жалобно смотрели глазки бусинки, полные страдания и боли. И как он тут