Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

— Странно всё это, — покачал головой Владимир Алексеевич, с удивлением глядя, как горностай вручает мне очередную белку. — Даже если захочешь, всё равно не сможешь научить лесного зверя носить тебе добычу. Или ты всё это время прятал его в рюкзаке? В цирке, что ли, купил?

— Некогда мне по циркам ходить, — усмехнулся я. — Здесь сам прибился после того, как мы этого здоровенного червя завалили.

— Чудеса, — снова покачал головой Владимир Алексеевич.

— Согласен, — кивнул я.

— Кличку ему уже придумал? — спросил целитель, улыбаясь — в этот момент горностай спрыгнул с ветки мне прямо на голову, держа очередную белку в зубах, и её хвост болтался у меня перед носом. — Забирай, он ведь ждёт.

— Федя, не прыгай мне больше никогда на голову, — сказал я довольно спокойно, но постарался придать словам мысленный импульс.

Я особо не надеялся, что зверёк меня поймёт, к тому же он ещё не в курсе, что он Федя, но горностай тут же спрыгнул на плечо и виновато посмотрел мне в глаза, продолжая держать белку в зубах.

— Молодец! — улыбнулся я, забирая подношение. — Хороший Федя.

Горностай кивнул или мне просто показалось, потом спрыгнул с плеча и снова ускакал.

— Ну точно цирковой, — усмехнулся Владимир Алексеевич. — Удивительно, как он оказался так глубоко в Аномалии. Я ещё ни разу не видел здесь нормальных зверей и птиц. Хотя нет, птички были в том зелёном оазисе, пока червь не уполз. Может, он оттуда?

— Не думаю, — покачал я головой. — В прошлый раз в оазисе было две сотни человек и никто его не увидел.

— О чём ты говоришь? — рассмеялся целитель. — Кто его должен был увидеть? Солдаты? Они и сейчас на него внимания не обращают, и тогда тоже могли не заметить. А, может, просто спрятался хорошо.

Владимир Алексеевича кто-то позвал и он ушёл, а в это время со мной поравнялся майор Федулов.

— Ваня, я случайно услышал сейчас ваш разговор, — сказал Борис Аркадьевич. — Я сам охотой давно увлекаюсь и такого зверя в оазисе никак не мог пропустить, да и бойцы мои тоже не видели. Вряд ли он оттуда.

— Понял, спасибо, — кивнул я. — Я так и думал.

— Но откуда он здесь? — поинтересовался майор. — Да ещё и такой дрессированный.

— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Скорее всего, тот парень в плаще мог бы ответить, но теперь не сможет.

— Да уж, — ухмыльнулся Федулов. — Я бы много что хотел у него спросить. И не только я.

Следующего возвращения горностая мне пришлось ждать долго. Я уже было подумал, что он ушёл, но через некоторое время заметил, что он бежит рядом, облизываясь. Видимо, в этот раз он охотился в своих интересах.

Лес закончился, и мы вышли на равнину, пестревшую синим и фиолетовым кустарником, пучками травы и редкими заскорузлыми деревцами. Монстры Аномалии нас здесь практически не трогали. Встретился ещё один Кровожадный Танк, но он пробежал метрах в двухстах в стороне и исчез в чаще леса.

От осознания того, что скоро всё закончится и мы вернёмся домой, адреналин отступил и навалилась дикая усталость, все буквально еле переставляли ноги. Лишь непреодолимое желание поскорее вернуться домой двигало вперёд. Федя некоторое время шёл рядом, потом забрался на плечо, расположился поудобнее и водил носом по сторонам, рассматривая окрестности и к чему-то принюхиваясь.

Так же спокойно он сидел и когда мы подходили к городским воротам, даже не дёрнулся, чтобы убежать обратно в Аномалию, но в дом он со мной заходить не захотел, спрыгнул на газон, стараясь не касаться асфальта, потом залез на растущую у подъезда вишню и проводил меня взглядом.

— Думаю, что уйдёт он всё-таки, — сказал Матвей, когда мы поднимались по лестнице. — А жаль, прикольная зверушка, вон сколько белок натаскал. Мне теперь на весь вечер занятие, шкурки с них снимать.

— Не переживай, я тебе помогу, — успокоил я приятеля.

— Да ладно, ты умеешь? — искренне удивился Матвей.

— Представь себе! — усмехнулся я. — Мы с отцом тоже на охоту ходили.

Ну не совсем с отцом, а с наставником, но это к делу не относится. Все же в моем роду считали, что новое поколение должно уметь чуть ли не всё.

Матвей с глухим стуком опустил на пол прихожей мешок с рогами Красного медведя, а сверху плюхнул солидную связку Призрачных белок, которые и мёртвые выглядели довольно призрачно, их контуры словно расплывались, стоило отойти на пару шагов в сторону.

— Так, а с мясом-то беличьим что делать будем? — спросил Матвей, стягивая с себя порядком надоевший доспех. — Неужели выкидывать? Жалко так-то.

— Выкидывать не будем, — ответил я, тоже стаскивая с себя броню. — Я уже нашёл ему применение, за ужином расскажу.

— Заинтриговал, — улыбнулся Матвей. — Тогда я на кухню, как будет готово, я тебя позову.

— Я с тобой, — сказал я. — Помогу, чем смогу, вдвоём всё быстрее будет.

* * *

Утром я вышел из дома в хорошем расположении духа. Мы вчера настолько устали, что рухнули по кроватям сразу после ужина, поэтому выспался, как никогда. Ночью мне снился горностай Федя. Интересная эта штука — сны. Зверёк со мной разговаривал и рассказывал, где и на кого лучше охотиться, куда ходить опасно, он словно стал моим путеводителем по Аномалии и окрестностям.

Когда я дошёл до конца дома и собирался уже повернуть за угол, чтобы выйти на улицу, мне на плечо приземлился горностай. Я остановился и улыбнулся, словно встретил старого друга, а зверёк внимательно посмотрел мне в глаза и издал что-то вроде высокого мурлыканья. Понятия не имею, что это значит на их языке, но я был уверен, что он тоже рад меня видеть.

— Эх, Федя, знал бы я, что ты меня ждёшь, я бы прихватил тебе кусочек бельчатины, — сказал я и уверенным шагом направился в сторону госпиталя с горностаем на плече.

Редкие прохожие, кому так же, как и мне с утра не спалось, провожали меня изумлёнными взглядами. А я бодро шёл вперёд с горностаем на плече, словно пират с попугаем, и с довольным видом улыбался, радуясь, что зверёк всё же никуда не убежал.

Я не сильно удивился, когда недалеко от крыльца приёмного отделения Федя прыгнул на еловую ветку и исчез где-то внутри пышной кроны.

— Ты там не скучай без меня, — сказал я почему-то вслух, наверное, надеялся, что он меня услышит и поймёт.

— Ваня, ты чего это, с ёлками разговариваешь? — усмехнулся Василий Анатольевич, вывернувший из-за угла.

— А вы на работу огородами ходите? — усмехнулся я.

— Тебе-то какое дело, откуда я иду⁈ —